Читать онлайн «История спиритизма». Страница 94

Германия дала миру нескольких великих медиумов, среди которых следует особо отметить госпожу Анну Роте. Вполне возможно, что эта женщина прибегала к мошенничеству, когда психические силы покинули ее, но она, несомненно, обладала огромным потенциалом. Это подтверждали свидетели на судебном процессе, посвященном ее «разоблачению» в 1902 году.

Медиум Анна Роте после двенадцати месяцев и трех недель предварительного заключения была приговорена к восемнадцати Месяцам тюрьмы и штрафу в пятьсот марок. В ходе судебного разбирательства в ее пользу свидетельствовало множество людей, в их числе — господин Штокер, бывший судья Хаплайн и судья Зультцерс — председатель Верховного апелляционного суда Цюриха. Он заявил под присягой о том, что при посредничестве госпожи Роте общался с духами своей покойной жены и умершего отца, которые говорили ему о таких вещах, в которые не были посвящены не только женщина-медиум, но и ни один другой смертный. Он также утверждал, что в комнате прямо из воздуха появились необычные цветы, заполнив всю ее светом. Его показания вызвали настоящую сенсацию.

Совершенно ясно, что исход судебного процесса был предрешен. Решение суда мало чем отличалось от позиции судьи мистера Флауэрса на процессе Слэйда. Это «светило германского законодательства» сказало в своей заключительной речи следующее:

«Суд не может позволить себе критику в адрес спиритической теории, для этого он должен обладать обширными познаниями в области данного учения со всеми его авторитетами и культурой. Поэтому суд не может утверждать возможность сверхъестественных проявлений».

Последней фразой суд признавался в том, что любые доказательства не имели для суда никакого веса.

За последнее время к названным именам добавились еще два, имеющие непосредственное отношение к событиям, происходящим в наши дни. Первым следует назвать доктора Шренка Нотцинга из Мюнхена, прекрасные лабораторные исследования которого уже упоминались в главе об эктоплазме. И второе — это имя знаменитого доктора Ганса Дриша, профессора философии Лейпцигского университета. Совсем недавно он провозгласил, что «реальность психических явлений в настоящее время ставится под сомнение только невежественными догматиками». Он высказал эту мысль на лекции в Лондонском университете в 1924 году, позднее его лекция была опубликована в журнале «Квест» («The Quest»)[318]. В развитие сказанного выше он говорит:

«Борьба за признание подобных проявлений была жестокой. Главной ее причиной стало то, что они противоречили общепринятым понятиям о психологии и естественнонаучным законам, которые преобладали в умах общественности конца прошлого века».

Профессор Дриш подчеркивал, что естественные науки в целом и психология в частности радикально изменились с начала нынешнего столетия и психические явления вот-вот встанут в один ряд с «привычными» представлениями о природе вещей. Он отмечает, что если естественные науки откажутся признать существование каких-либо связей этих явлений с человеческой психикой, то это никак не повлияет на истинность подобных явлений. Он показывает крах чисто механистической теории, приводя яркие примеры из области биологии. Объясняя суть своей виталистической теории, профессор Дриш утверждает, что она «усматривает тесную связь между биологическими и психическим явлениями в сфере психического исследования».

Италия по сравнению с другими европейскими странами оказалась наиболее прогрессивной в своем отношении к спиритизму. Это шло вразрез с постоянной оппозицией Римской католической церкви, которая с завидной непоследовательностью приписывала одержимость дьявольскими силами всему, что не было отмечено особой печатью святости, принадлежавшей только самой Римской католической церкви, и что выходило за рамки «Acta Sanctorum» — уникальной многовековой церковной летописи всевозможных психических проявлений, включая левитации, пророчества и другие случаи, связанные с медиумическими силами. Римская церковь всегда преследовала спиритов. Властная и могущественная, со временем она должна будет столкнуться с чем-то более сильным и неподдающимся ее власти.

В самые тяжелые для спиритизма дни в его защиту выступил великий Мадзини[319]. Его сподвижник — Гарибальди[320] — был президентом Психического общества. В письме к другу, написанном Мадзини в 1849 году, он определил принципы своих религиозно-философских воззрений, которые во многом предвосхитили основные постулаты современных спиритов. Он, в частности, заменил выражение «временное чистилище» на «вечный ад», объяснив различие между этими двумя понятиями, определил иерархию духов и предсказал непрерывное развитие в направлении высшего совершенства. Италия всегда славилась своими медиумами, но этой стране более других посчастливилось и в отношении людей науки, которым хватило мудрости продолжать исследование фактов, не задумываясь заранее, к какому выводу они придут. Среди таких одержимых исследователей, убежденных в реальности психических проявлений (хотя далеко не все среди них были ярыми сторонниками спиритизма), вы найдете имена Эрмакора, Скиапарелли, Ломброзо, Бодзано, Морселли, Киайа Пиктет, Фоа, Порро, Брофферио, Боттадзи и многих других. Им посчастливилось иметь дело с прекрасными объектами для исследований в лице Эвсапии Палладино, о которой мы уже упоминали в других главах, и других не менее выдающихся медиумов, таких как Полити, Каранчини, Дзукарини Лючия Сорди и, особенно, Линда Гадзера. В Италии, как и в других странах, первым импульсом к развитию движения был пример англоязычных стран. Стоит напомнить о визите Д. Д. Хоума во Флоренцию в 1855 году и о последовавшем за ним визите миссис Гаппи в 1868 году. Оба они надолго запомнились итальянским последователям движения. В 1872 году синьор Дамиани стал первым итальянским исследователем медиумических способностей Палладино.

Дамиани передал эстафету доктору Дж. Б. Эрмакора — одному из основателей «Ривиста ди студи психичи» («Rivista di Studi Psichici») и помощнику редактора, которым был доктор Финци. Эрмакора погиб в Ровиго в возрасте сорока лет от руки убийцы, что стало большой потерей для движения. Его преданность учению и энтузиазм повлияли на деятельность других исследователей. Так, Порро в своей страстном некрологе писал:

«Ломброзо обосновался в Милане с тремя полностью лишенными предрассудков молодыми физиками — Эрмакора, Финци и Героза и двумя выдающимися мыслителями, целиком посвятившими себя философской стороне вопроса немцем дю Прелем и русским Аксаковым, а также высокообразованным философом с проницательным умом по имени Брофферио, знаменитым астрономом, Скиапарелли и физиологом Рише…. Трудно подобрать лучшую компанию более одаренных и хорошо образованных людей для дальнейших серьезных и компетентных исследований с использованием технических возможностей в экспериментах. Группа молодых ученых обладает проницательностью и рассудительностью, необходимыми для того, чтобы сделать объективные выводы и заключения».

Порро продолжает: «Брофферио в своей монографии 1892 года „В защиту спиритизма“[321] отклоняет шаг за шагом все аргументы, подбирая и классифицируя доказательства в пользу своей теории, используя при этом неподражаемый диалектический метод. Эрмакора использовал все возможности своего трезвого и изощренного мышления для подтверждения истинности выводов Брофферио.

Он получил колоссальное удовольствие от этого нового и плодотворного труда, полностью забросив свою работу, связанную с изучением электричества и снискавшую ему славу преемника Фарадея и Максвелла[322]».

Доктор Эрколе Киайа, скончавшийся в 1905 году, был также одним из тех добросовестных тружеников и пропагандистов, которым многие достойные мужи, известные в Европе, доверяли свои первые открытия, касающиеся психических явлений. Среди них можно назвать Ломброзо, профессора Бьянки из университета в Неаполе, Скиапарелли, Флурноя, профессора Порро из Генуэзского университета и полковника де Роша. Ломброзо так отзывался о Киайа:

«Вы совершенно правы, высоко почитая память Эрколе Киайа. В стране, где все новое повергает общественность в ужас, только благородная душа могла решиться стать апостолом новой веры, вызывающей насмешки общества. Борьба за это учение требует большого мужества, упорства и энергии, которые были присущи Киайа. Благодаря ему, многие (в том числе и я) поняли все преимущества, которые открываются перед нами при использовании нового подхода к изучению психики. Только одним путем можно убедить образованного человека в открытии чего-то нового — путем непосредственного участия в наблюдениях».