Читать онлайн «История спиритизма». Страница 107

Толкования Оригена[395] также во многом напоминают психическое учение. Любопытно сравнить полнейшее невежество наших современных вождей спиритизма с мудростью древних.

Мы могли бы продолжить наши ссылки, но остановимся, пожалуй, на краткой цитате, взятой из его дискуссии с Цельсом[396]:

«Многие люди вошли в лоно христианства несмотря на то, что их души неожиданно чувствуют перемену в себе после общения с неким духом, снизошедшим к ним во сне или наяву».

Именно таким путем лидеры материализма (и среди них доктор Эллиотсон) возвратились к вере в жизнь после смерти и определили свое отношение к этой жизни через изучение доказательств психического свойства.

Именно ранние Отцы церкви наиболее определенно высказались по поводу этой проблемы и были ближе всего к ее психическому источнику. Так, Иреней[397] и Тертуллиан[398], жившие в конце II столетия, писали о психических явлениях, хотя Евсевий[399] позже скорбел о том, что они не приемлемы для церкви. Иреней писал:

«Мы слышали о многих собратьях по церкви, обладающих пророческими (медиумическими. — Авт.) дарами: говорящих посредством духа на всех языках, проливающих свет на общие достижения скрытых достоинств человеческих, излагающих таинства Господни».

Что лучше этого отрывка может описать функции медиума высокого класса?

Когда Тертуллиан выступил с опровержением взглядов Марциона[400], он использовал спиритические возможности для проверки истинности аргументов спорящих сторон. Он утверждал, что подобные таланты проявятся в великом изобилии и упомянул о трансречевых сообщениях, о пророчествах и откровениях, проливающих свет на скрытую от глаз истину. Сегодня все это вызывает насмешки и осуждается современными священнослужителями, а в 200-м году подобные способности поощрялись христианством. Тертуллиан в своем труде «De Anima» («О Душе») сообщает:

«Среди нас сегодня находится сестра, обладающая природным даром Откровения. Она получила его от духа в церкви во время службы во славу Воскресения Господня, во время которого она испытала экстаз. Она разговаривала с ангелами (так он называет высших духов. — Авт.), постигая тайны, читая в сердцах некоторых людей и принося исцеление тому, кто просил ее об этом. „Среди прочих, — сказала она, — мне явилась душа, принявшая форму тела, похожая на духа, но не пустая. Казалось, что можно осязать ее: она была мягкой, прозрачной и имела очертания человеческой фигуры, которую можно было разглядеть во всех деталях“».

Еще одним источником информации об устройстве ранней христианской церкви являются «Апостольские постановления»[401]. В действительности они не принадлежат перу апостолов, но такие исследователи, как Уистон, Крэбб и Банзен, утверждают, что по крайней мере семь из восьми книг подлинные и относятся к до-Никейскому периоду, а именно к началу III столетия. Изучение их привело к открытию малоизвестных фактов. Во время церковной службы использовались ладан и кадильница, которые присутствуют и в современном католическом богослужении. Священники и епископы были женатыми людьми. Существовала система негласного бойкота тех, кто нарушил церковные правила. Если кто-либо из священников продвигался по церковной лестнице, используя мирские связи, то его лишали сана. Верховенство епископа или Папы принималось безоговорочно. Вегетарианство и полный отказ от вина не одобрялись и даже наказывались. Последнее особенно удивительно: возможно, такие установления были направлены против ересей, связанных с этими привычками. Священник, которого заставали в таверне, временно отстранялся от службы. Всем священнослужителям — согласно иудейской традиции — разрешалось есть только бескровное мясо. Пост соблюдался строго; один день в неделю (как правило, по четвергам) и 40 дней в Великий пост.

Все эти древние документы пролили свет на споры о «даре», то есть разных формах медиумизма, и на его психические корни. Тогда, как и ныне, медиумизм облекался в разные формы, как-то: речь, исцеление, предсказания и тому подобное. Харнак[402] пишет, что при каждой христианской церкви раннего периода числились три женщины: одна — для исцеления и две — для предсказаний. Этот вопрос подробно рассмотрен в «Апостольских постановлениях». Во избежание их самовозвеличивания над теми, кто не обладал подобным даром, они не получали никаких привилегий, ибо талант и добродетель не всегда совпадали.

Сами эти явления, как и в современном спиритизме, способствовали обращению неверующих. Их целью было «не дарование преимуществ тем, кто обладает подобными способностями, но убеждение неверующих, тех, кого слово не может убедить в силе знамения. Кого-то могут смутить подобные знамения, но не нас — верующих, а скорее неверующих, иудеев и язычников»[403].

Далее следует описание этих разнообразных талантов, которые при внимательном рассмотрении похожи на современные формы медиумизма:

«Не каждый из тех, кто подает эти знамения и совершает чудеса, может судить тех верующих, кто не удостоился того же дара. Дары Божии, которые он передал через Христа, различны: этот человек получает один дар, а тот — другой. Некоторые могут обладать словом мудрости (речь в трансе. — Авт.), другие словом знания (наитие. — Авт.), третьи — духовной проницательностью (ясновидение. — Авт.), иные — предвидением грядущего, словом веры (духовное обращение. — Авт.) или долготерпением».

Все наши медиумы, несомненно, особенно нуждаются в последнем даре.

Те, кто не состоит в рядах спиритов, могут поинтересоваться, обнаружены ли упоминания о подобных духовных проявлениях в других церквах, происшедших от одного раннехристианского корня? Да, присутствие высшего духовного начала признавалось всегда. Так, в «Рукоположении в сан епископа» мы находим следующие слова: «Святой Дух всегда с нами, так же как и духи праведников и духи-хранители». В целом, насколько я могу судить, мы сегодня более близки к полному пониманию психических явлений, чем авторы «Постановлений», которые, возможно, уже отошли от непосредственного общения со святыми, характерного для I века. Есть основание поверить в то, что психическая сила — суть неизменна, что она набегает как волна прилива, но мы не знаем, насколько долго она сохраняет свою мощь.

Некоторые могут заметить, что поскольку наши знания о событиях, связанных с историей ранней церкви, очень ограниченны, возможно, полезно было бы вступить в связь с некими высшими интеллигенциями, которые принимали участие в тех событиях и могли бы обогатить наши знания, предоставив кем новую информацию. На самом деле такая информация уже содержится во многих вдохновенных рукописях, и даже если доказательства, помещенные в нашей книге, подвергнутся уточнению, все равно они дают возможность проследить историю вопроса и показать всему миру, насколько тесна связь между сообщениями из потустороннего мира и религией. Не так давно были обнародованы две пространные рукописи, написанные рукой леди-медиума мисс Камминз, находившейся в полубессознательном состоянии и писавшей при этом со скоростью 2000 слов в час. Одна рукопись представляла собой описание миссии Христа Филиппом Евангелистом[404], а вторая — дополнения к «Деяниям апостолов», принадлежавшие, как утверждалось, руке Клеопы, который трапезничал с воскресшим Христом в Эммаусе[405]. Первая из рукописей была опубликована[406], вторая скоро выйдет в свет.

Насколько известно автору, никто из критиков не изучал рукопись, написанную от имени Филиппа, но ее внимательное прочтение убеждает в безусловных достоинствах этого документа. Рукопись ясно и последовательно объясняет многие факты, приводившие в недоумение исследователей. История с рукописью Клеопы, однако, более примечательна, и автор склоняется признать ее наиболее значительным документом во всей истории движения, имеющим сверхъестественное происхождение. Она была передана доктору Остерлею — капеллану епископа Лондонского — одному из выдающихся авторитетов церковных традиций и истории. Доктор утверждал, что рукопись несет все признаки принадлежности ее руке современника эпохи, тесно связанного с кругом апостолов. Многое указывало на высокую эрудицию автора: например, использование имени первосвященника иудея Ханаана, известного англоязычным читателям под именем Анания; это обстоятельство служило также доказательством подлинности рукописи. Среди прочих интересных фактов Клеопа описывает Пятидесятницу[407] и утверждает, что апостолы сидели по кругу, взявшись за руки, в то время, как Учитель наставлял их. Эта рукопись может стать чрезвычайно ценным свидетельством, проливающим свет на историю раннего христианства.