Читать онлайн «Москва бандитская 1-2». Страница 95

"Летунов находился в Центральной клинической больнице на Рублевском шоссе, где проходил обследование. Поэтому вопрос о выдаче наличных денег пришлось решать мне. Прежде чем дать разрешение на выдачу, я по телефону связался с Мартыновым и узнал, что с ним вопрос согласован…"

Установить и допросить директора малого предприятия с символичным названием "Феникс" не представилось возможным, по причине отсутствия как директора, так и самого предприятия, имеющего фиктивный юридический адрес. Это еще одно свидетельство распространенности создания липовых фирм с единственной целью - получения кредитов и наличных средств.

Следствие продолжалось год, а итогом его работы явились 60 томов уголовного дела. Еще год обвиняемые и их адвокаты знакомились с материалами. И почти год дело слушалось в Московском городском суде.

Приговор был оглашен за несколько дней до начала 1997 года. И вызвал он вполне объяснимую реакцию. Одни восприняли его с чувством удовлетворения по поводу хорошо сделанной работы. Другие возмущались суровостью наказаний. Равиля Ситдикова, Владимира Мартынова и Георгия Летунова приговорили к семи годам лагерей. К банкиршам, учитывая их возраст и пол, суд отнесся снисходительнее - Валентина Попруга получила шесть лет, а Раиса Турова три года. Последняя уже освободилась и работает на прежнем месте.

Приговор будет обжалован в Верховном Суде России. Об этом сразу же заявили банкиры и их адвокаты. Они же возмущались несправедливостью судьи, говорили о предвзятости в отношении к обвиняемым и уверенно предсказывали отмену приговора. Думаю, это вряд ли возможно. Московский городской суд никак не упрекнешь в жесткости. Из окончательной редакции приговора ушли злоупотребления служебным положением и нарушение правил о валютных операциях. Что касается взяток, то и здесь срок заключения, учитывая действующую в старом УК вилку, вполне умеренный. Возмущение же приговором, на мой взгляд, объясняется иными причинами.

1992 год был самым "урожайным" для тех, кто действовал в кредитно-финансовой сфере. Банкиров, коммерсантов, бизнесменов пьянили шальные деньги, получаемые с помощью легко добываемых кредитов. Капитал можно было сколотить на пустом месте - только чуть-чуть удачи и разумного риска. Всеобщий психоз растащиловки, по принципу известной частушки: "Гуляй, Вася! Ешь опилки…", охватил даже вполне правопослушных и умеренных в своих желаниях людей. Девиз "Жить у реки и не напиться!" стал мотивом действий практически всех сотрудников банков. Не миновал он и финансистов ЦОУ.

Обидно же, в самом деле. Тащили-то все, а отвечают только они…

Дефицит наличных денег заставил государство включить печатный станок на полную мощность. Спешка, как известно, до добра никогда не доводит. Выпущенные в обращение Банком России в 1993 году 50-тысячные купюры стали подтверждением этой народной мудрости.

Новый хрустящий полтинник, который должен был скрасить жизнь сограждан и вылечить финансовую систему страны от хронического безденежья, как будто бы решил поставленные задачи. Он выделялся из всех предыдущих советских и российских банковских билетов веселеньким многоцветьем. В отличие от скромных болотногрязных заокеанских собратьев - зеленых американских долларов, отечественный шедевр полиграфии пестрел радужными тонами. Создатели полтинника заботились, конечно, не о праздничном настроении обладателей дензнаков. Вероятно, составляющая сложный узор цветовая гамма должна была защитить банкноты от подделок. Увы, купюра образца 1993 года войдет в историю российской криминалистики как самый яркий пример неудачной защиты денежных знаков. Уже через несколько месяцев начали поступать сообщения о хождении фальшивок в разных областях России. Само по себе это обычное явление. Государственные казначейские билеты подделывали везде и во все времена. Но то, что случилось позже, превзошло даже наиболее мрачные прогнозы опытных оперативников. К середине 1994 года в России и соседних странах фальшивые 50-тысячные купюры начали появляться миллионами…

Пресечь канал для переброски в страну самой крупной партии поддельных полтинников удалось с помощью рискованной оперативной комбинации, проведенной сотрудниками МВД РФ. Для изобличения мошенников офицер Главного управления по экономическим преступлениям отправился в Польшу и, под видом оптовика-покупателя, внедрился в банду фальшивомонетчиков. Подобная операция, по словам начальника отдела ГУЭП Владимира Ускова, проводилась впервые за всю историю службы. Риск для сыщика, конечно, был. Нынешние фальшивомонетчики, если на кон ставится успех в бизнесе, действуют самыми жестокими бандитскими методами. Только за варшавской группой, по оперативным данным, числилось три убийства провалившихся или заподозренных в связях со спецслужбами продавцов фальшивых денег. Поэтому детали операции сначала тщательно обсудили с польскими коллегами из подразделения по организованной преступности и заранее просчитали возможные варианты. Встречи и переговоры человека из Москвы проходили под контролем, и результат того стоил. У мошенников было изъято 265 миллионов фальшивых денег.

Польские "двойники" российских 50-тысячных купюр "засветились" в августе 1994 года на ВВЦ. Тогда, благодаря внимательности кассира одного из коммерческих банков, удалось изъять 832 подделки. А позже произошел обвал. В Россию хлынул поток фальшивок. Преступники не замедлили воспользоваться слабой защищенностью 50-тысячных банкнот и наладили массовое производство высококлассных банковских билетов. За год с небольшим милицией было изъято около двух миллиардов фальшивок практически во всех регионах России от Дальнего Востока до Балтики.

Криминалисты сразу же обратили внимание на исключительное качество бумаги. Она почти ничем не отличалась от "родной" - эмиссионная, снабженная вполне достоверными водяными знаками, со специальными вкраплениями защитных "ворсинок". Вскоре удалось установить и авторов чуда полиграфического мастерства. Мошенники действовали где-то на территории Польши и занимались подделками давно. Еще в начале 1993 года местная полиция задерживала курьера с чемоданами фальшивых украинских карбованцев.

Здесь позволю себе небольшое отступление. Приходилось видеть липовые полтинники и раньше. Ни в какое сравнение с польскими они не идут. Как правило, это грубо сработанные фальшивки. Отличить от подлинных их легко - рыхлая бумага, размытая печать, недостоверный цвет. Когда же Владимир Усков положил передо мной две банкноты и предложить указать на подлинную, пришлось довольно долго выбирать, какая же действительно "преследуется по закону". Объяснялся феномен просто. Польским мошенникам еще в 1992 году удалось закупить в ФРГ несколько тонн специальной бумаги с водяными знаками "лабиринт" и приспособления для нанесения на банкноты серий и номеров.

Расследование было затруднено тем, что в руки оперативников МВД попадали посредники или продавцы мелких партий. Сами же умельцы успешно конспирировались и ускользали из ловушек, так как находились на территории другого государства. Несколько арестов, проведенных польскими полицейскими, ясности в дело не внесли. Задержанные молчали, а тех, у кого развязывался язык, подельники просто убирали.

Один из организаторов группы, авторитет по кличке Цербер, почти год находился в варшавском следственном изоляторе. Полиция отпустила его на свободу под залог в надежде, что Цербер сделает ошибку и выведет на след компаньонов. Но авторитет так никуда польских сыщиков и не привел - через два дня "БМВ", в котором он ехал, был подорван мощной радиоуправляемой миной.

Удача улыбнулась сотрудникам ГУЭП в августе 1995 года. Их коллегам из Регионального управления по организованной преступности ГУВД Московской области стало известно о варшавском коммерсанте, предлагавшем российским партнерам приобрести крупную партию качественных польских 50-тысячных купюр.

Оперативники проверили информацию. Все совпало - качество бумаги, характер водяных знаков, даже аппетиты фальшивомонетчиков (они хотели поставить в Россию под 50-процентную оплату любое количество подделок). Сотрудники ГУЭП, взвесив все за и против, начали оперативную игру.

Заручились поддержкой польских спецслужб. Те, получив данные на разрабатываемых российскими сыщиками лиц, подтвердили полученные сведения. Продавцы имели отношение к фальшивомонетничеству. С этого момента российская сторона уже не играла "втемную". Решено было ввести в комбинацию опытного офицера, имевшего подходящие для выполнения сложной задачи темперамент и физические данные.

"Покупатель" несколько раз звонил в Польшу, оговаривал детали встречи, осторожничал, чтобы не вызвать подозрение мошенников. Наконец время контакта было согласовано. Первая встреча состоялась в одном из варшавских отелей 25 июня 1996 года. Переговоры с двумя членами банды записывались скрытой видеокамерой. Продемонстрировав образцы, продавцы договорились привести заказанную сумму через несколько часов.