Читать онлайн «Москва бандитская 1-2». Страница 93

Розыскные действия на территории чужой теперь Литвы осложнялись многими юридическими и психологическими моментами. Во всяком случае, Пилюгин этим воспользовался. Заметив за собой слежку, он довольно легко обманул местную службу наружного наблюдения и сумел оторваться от машины оперативников на мощном "Мерседесе600". Казалось, надежд на продолжение истории нет. И вновь выручили опыт и личные связи Виталия Лавренева и Ивана Еськова. Они отправились в Вильнюс и этапировали Пилюгина из Прибалтики в Москву. Правда, на этот раз ему предоставили не апартаменты в госпитале МВД, а менее комфортную камеру следственного изолятора в Лефортове. Интересно, что на момент задержания беглец уже обладал "зеленым" паспортом гражданина Литвы. Как ему удалось за считанные месяцы сделать то, что другим не под силу за годы, также остается тайной. Впрочем, с его-то способностями… Вернувшись в Москву, Пилюгин вновь превратился в главного обличителя коррупционеров из Центробанка. Он обладал не только прекрасной памятью, но и тщательно фиксировал все свои коммерческие операции. В гроссбухе пунктуального свидетеля в точности до рубля отражены суммы подношений нужным людям, указаны купленные "для подарков" вещи, - холодильники, магнитофоны, автомобили, телевизоры… Пилюгин и в самом деле был бесценным человеком для следствия. Но прежде чем перейти к истории грехопадения Центробанка, для лучшего понимания ситуации нужно вспомнить, в каких условиях оно произошло.

Либерализация цен, проведенная с начала 1992 года, потребовала резкого увеличения объема денежной массы. В то же время ограниченные мощности ГПО "Гознак", сложности в обеспечении необходимыми компонентами для производства банкнот, невозможность в короткий срок выпустить купюры более высоких номиналов не позволили решить проблему насыщения рынка денежной массой. Поэтому уже с января 1992 года сложилось крайне тяжелое положение с наличностью.

Нехватка денежных знаков приводила к задержкам заработной платы бюджетным организациям, вызывала социальную напряженность во многих регионах. Чтобы оценить серьезность проблемы, достаточно обратиться к статистике. Задолженность по зарплате в России на 1 января 1992 года равнялась 39,7 миллиардам рублей. На 1 мая она составляла уже вдвое большую цифру, а на 1 июля достигла 221,6 миллиарда рублей.

Банком России проводилась работа по увеличению производства банкнот, развитию безналичных расчетов и строгому соблюдению ведения банковских операций. Указом Президента РФ и принятием других документов все юридические лица, независимо от форм их собственности, должны были рассчитываться по обязательствам в безналичном порядке, действуя через банки. Кроме того, предприятиям было предписано своевременно сдавать наличную выручку в кассы банков и там же хранить имевшиеся денежные средства. В своих же кассах можно было оставлять небольшие суммы, в пределах лимитов, установленных банками.

Ситуация с наличностью в стране была просто катастрофическая. Об этом свидетельствует указание Банка России от 27 февраля 1991 года, предписывающее выдачу всем без исключения юридическим лицам наличных денег на хозяйственные нужды в пределах одной тысячи рублей. Исключение составили организации, занимающиеся закупкой сельскохозяйственной продукции. Понятно, что в таких условиях на коне оказывался тот, кто распоряжался наличностью, или тот, кто имел подходы к таким распорядителям.

Одной из организаций, которая имела право распоряжаться наличностью, было Центральное операционное управление Центробанка России (ЦОУ). Деньги, как нетрудно догадаться, в главном банке страны водились. За ними, что также вполне понятно, доглядывали опытные финансисты. Один из них Равиль Ситдиков - начальник ЦОУ при Центробанке России. Его распоряжением от 10 мая 1992 года был установлен порядок рассмотрения, подготовки и выдачи ссуд. Согласно этому документу клиент, просивший о предоставлении денег, должен был представить в ЦОУ обоснованное ходатайство, прилагая при необходимости экономические расчеты: обеспеченности, своевременной возвратности и характера использования получаемого кредита. Лишь после этого, с учетом указаний Центробанка России, ЦОУ рассматривал вопрос кредита и в случае положительного решения заключал с просителем кредитный договор.

Сразу внесу ясность: даже если бы вы составили сверхобоснованный запрос и гарантировали бы своевременное возвращение кредита, у вас было бы ничтожно мало шансов на положительный ответ. Получение льготной кредитной линии в Центробанке - мечта любого бизнесмена. И не только потому, что в главном банке страны самые низкие процентные ставки. Как следует из материалов уголовного дела, они дополнительно могли корректироваться в пользу просителя. Так, если в Центробанке России кредитная ставка (то есть процент от выданной суммы, который берущий обязан вернуть в указанный срок) назначалась не менее 50 процентов, "свои" клиенты могли надеяться на ее снижение до 20, а то и до 18 процентов. Кто же был "свой", кому и как удавалось найти ключик к неприступным финансистам Центрального банка России?

Из показаний Пилюгина: "В апреле я познакомился с Летуновым Георгием Ивановичем, работавшим председателем правления Союзпрофбанка. Подружились, он даже приглашал меня в гости. Примерно в декабре у меня возникла идея создать сильную производственнокоммерческую структуру, замыкающуюся на банк. Одновременно я познакомился с президентом концерна "ГОАР" Сержем Джиловяном. Ранее я знал этот концерн, его мощности и обороты. "ГОАР" закупал крупные партии товара и реализовывал их через свою торговую сеть".

Сказано - сделано. Скоро Пилюгин осуществил свой проект. Он стал гордо именоваться генеральным директором акционерного общества "Славянский торговый дом". К нему и обратился Джиловян с предложением помочь добыть кредит. Детали сотрудничества со слов Пилюгина выглядели так:

"За использование кредитных средств "ГОАР" гарантировал нам дивиденды. Я пообещал поговорить с Летуновым, который, кроме меня, не подпускал к себе никого. Летунов сказал, что снять деньги можно только под закупку сельхозпродукции и только тем предприятиям, которые имеют счет в его Союзпрофбанке. Я пояснил Летунову, что "ГОАР" отдает нам 18 процентов от обналиченной суммы. Половину получают посредники, предлагающие нам сделку, и инкассирующие полученную сумму, а оставшиеся девять процентов получат те, кто обналичку проведут…"

Чтобы девять процентов не показались крохой, назову цифру обналички - 80 миллионов рублей. Переведя в оговоренные сделкой проценты, получим 7,2 миллиона рублей. И сделаю еще одну калькуляцию. Учитывая, что речь идет о 1992 годе, выражу все в привычных "зеленых". Похлопотав о кредите, Летунов с Пилюгиным могли получить за посредничество ни много ни мало 51,4 тысячи долларов. Неплохо, правда?

Выдать деньги Союзпрофбанк самостоятельно не мог, их у него не было. Зато получить нужную сумму для "ГОАРа" в Центробанке Летунов возможность имел. Он хорошо знал финансистов ЦОУ и запросто мог просить их обналичить даже немалую по тем временам сумму.

Какими же сверхъестественными качествами обладал глава Союзпрофбанка, почему он пользовался особыми льготами строгих и неприступных руководителей ЦОУ?

Из показаний Андрея Пилюгина: "Летунов сказал, что он договорился с ЦОУ, деньги будут, но для этого надо помочь работникам Центробанка. Спросил меня, что можно им предложить. Я составил список вещей и товаров, отдал его Летунову, предварительно отпечатав на компьютере. Через день Летунов возвратил список с проставленным количеством по каждой позиции. Я сейчас уже точно не помню, на том листке или на другом от руки были написаны адреса: Мартынова Владимира, отчества не помню, он руководил кассовым управлением, ему подчинялась приемка и выдача денег; Ситдикова Равиля Ахметовича, начальника ЦОУ; Тычковой или Тучковой, точно не знаю, работает первым заместителем начальника ЦОУ, и Валентины Ивановны, фамилию не знаю, которая руководит кредитным управлением".

Тщательная проверка показаний Пилюгина путем допросов его знакомых, окружения, проведения документальных ревизий и выемок банковских документов позволила доказать вину Ситдикова и его заместителей в получении взяток. Подтвердили доставку "даров" по месту жительства руководителей ЦОУ их соседи по дому. Зато документальными ревизиями концерна "ГОАР" и его дочерних предприятий доподлинно установлено, что никакой закупкой сельскохозяйственной продукции эти коммерческие организации не занимались.

Рассказывая о деталях передачи взяток работникам ЦОУ, Пилюгин добровольно выдал следователям хранившиеся у него в Курской области черновые записи-два еженедельника. Он постоянно вел учет своих трат, чтобы компаньоны не могли обвинить его в утаивании денег. В одном из еженедельников имеется запись, сделанная рукой Пилюгина (сохранена орфография оригинала):