Читать онлайн «Коминтерн и мировая революция. 1919-1943». Страница 56

Суммируя вышесказанное, можно сказать, что Коминтерн в этот период не рассматривал ранее планировавшийся захват власти коммунистами в качестве реальной или достаточной причины мировой революции. Однако он в действительности рассматривал активное и искреннее участие коммунистов в борьбе за победу над Гитлером и фашизмом как чрезвычайно правильный шаг, направленный на достижение конечных целей, которые ставило перед собой мировое коммунистическое движение. Полагали, что борьба против Гитлера сохранит и упрочит положение Советского Союза в качестве лидера всего «прогрессивного человечества» и будет способствовать росту репутации коммунистической партии как самого яростного противника фашизма и самого преданного защитника интересов людей.

Упомянутые выше свидетельства в достаточной мере показывают степень подчиненности Коминтерна и его изданий требованиям советской внешней политики военных лет. Сам Коминтерн в этот период находился в процессе роспуска. Осенью 1941 года исполком Коминтерна был эвакуирован из Москвы в Уфу, столицу Башкирской Автономной Советской Социалистической Республики, находящейся в 1300 км к востоку от Москвы20. В этом отдаленном от центра городе «главный штаб» мировой революционной организации доживал свои последние дни. В мае 1943 года Коминтерн был официально распущен. Таким образом, была завершена его четвертьвековая история.

Как же объяснялся столь решительный шаг самим Коминтерном? Решение президиума ИККИ, опубликованное в форме предложения к коммунистическим партиям с предложением распустить Коминтерн, можно найти в последнем выпуске «Коммунистического интернационала»21. В документе утверждается, что дальнейшее существование Коминтерна перестало быть целесообразным и даже стало «препятствием для дальнейшего усиления национальных рабочих партий». В качестве причин названы следующие: 1) рост и политическая зрелость коммунистических партий и их руководящих кадров в отдельных странах; 2) противоречие между положением Коминтерна как единого руководящего центра и разнообразием ситуаций в различных странах (фундаментальных различий в историческом пути развития в различных странах мира), ставшее очевидным еще до войны; 3) каждая коммунистическая партия могла лучше осуществлять борьбу с Гитлером изнутри, учитывая специфику каждой страны.

Президиум одобрил решение, принятое в ноябре 1940 года Коммунистической партией США, выйти из состава Коминтерна и заявил, что некоторые секции Коминтерна подняли вопрос о роспуске Коминтерна как единого руководящего центра международного рабочего движения. Как говорилось в заявлении президиума, коммунисты «никогда не были сторонниками сохранения изживших себя организационных форм». Президиум ИККИ внес на утверждение секций Коммунистического интернационала предложение о роспуске Коминтерна.

Документ о роспуске Коминтерна подписали следующие члены президиума ИККИ в количестве 12 человек: Клемент Готвальд, Георгий Димитров, Андрей Жданов, Василь Коларов, Иоганн Коплениг, Отто Куусинен, Дмитрий Мануильский, Андре Марти, Вильгельм Пик, Морис Торез, Вильгельм Флорин и Эрколи (Пальмиро Тольятти). Затем последовало заявление о том, что к настоящему решению присоединились следующие представители коммунистических партий: Бьянко (Италия), Долорес Ибаррури (Испания), Летинен (Финляндия), Паукер (Румыния) и Ракоши (Венгрия)22. Документ был датирован 15 мая 1943 года.

Таким образом, подошло к концу наше обсуждение основных моделей стратегии и тактики Коминтерна. Общие выводы по этой теме будут сделаны в заключительной главе. Сейчас мы обратимся к проблеме захвата власти коммунистами.

1 Единый фронт народов против гитлеровского фашизма // КИ. 1941. № 6 – 7. С. 16.

2 World News and Views. 1942. January 17. P. 47.

3 Там же. 1942. October 31. P. 431.

4 Там же. 1942. November 7. P. 435.

5 Великая армия великого народа // КИ. 1943. № 2 – 3. С. 10.

6 Шиллинг Ф. Австрия в гитлеровской войне // КИ. 1943. № 2 – 3. С. 38.

7 Торез М. Наступление Красной армии и освободительная борьба французского народа // КИ. 1943. № 2 – 3. С. 13.

8 World News and Views. 1942. December 19. P. 482.

9 Там же. February 28. P. 136.

10 Единый антигитлеровский фронт народов // КИ. 1943. № 2 – 3. С. 61.

11 World News and Views. December 12. 1942. P. 475.

12 Эрколи М. «Фашистская Италия накануне банкротства // КИ. 1942. № 1 – 2. С. 36.

13 World News and Views. 1942. May 23. P. 243.

14 В действительности кандидат в члены президиума, был избран вскоре после VII конгресса Коминтерна 1935 года. См.: Lazitch. Les Partis communistes d’Europe, 1919 – 1955. С. 42.

15 Tuominen. The North European Communist Parties // Occidente. 1955. XI. May – June. P. 204.

16 World News and Views. 1942. January 3. P. 13.

17 Там же. December 19. P. 486.

18 Историю развития коммунистических воззрений в Индии в этот период см.: Masani. The Communist Party of India. P. 80 – 86 и Overstreet and Windmiller. Communism in India. P. 191 – 222.

19 World News and Views. 1942. August 1. P. 326.

20 Leonhadr. Child of the Revolution. P. 163. Автор описывает свое пребывание в Школе Коминтерна в Уфе на с. 163 – 239. Леонхард. Дети революции. С. 163.

21 Последним номером «Коммунистического интернационала» явился № 5 – 6. 1943 год. Текст документа о роспуске Коминтерна см.: С. 8 – 10.

22 Леонхард, следовательно, не точен, когда он утверждает, что зарубежные лидеры Коминтерна в 1943 году в Уфе «были собраны не для того, чтобы подписать документ». Leonhard. Child of the Revolution. P. 219. Он упоминает Долорес Ибаррури, Анну Паукер и Матиаса Ракоши как представителей ИККИ в то время.

В последующей дискуссии мы принимаем за аксиому, что все предпосылки, требуемые коммунистической доктриной для захвата власти, уже созрели. Революционная ситуация существует, и коммунистическая партия, идеологически правильная и организационно крепкая, добилась поддержки «решительного слоя» пролетариата так же, как и поддержки среди определенных непролетарских групп. Теперь проблема состоит в том, как осуществить захват власти. Цели и задачи такой власти обсуждались в главе 4.

Одним из самых поразительных пробелов в литературе Коминтерна представляется отсутствие сколько-нибудь всеобъемлющих материалов, рассматривающих проблемы действительного захвата власти. Существует мало свидетельств о выборе стратегии и тактики в этот жизненно важный период, продолжающийся от первых выстрелов повстанцев до окончательной капитуляции контрреволюционных сил. Но имеющиеся по этому вопросу материалы могут помочь прояснить, по крайней мере частично, некоторые важные вопросы.

Первая и самая главная проблема, возникающая при рассмотрении вопроса о захвате власти коммунистами, – то, что она должна быть осуществлена насильственным путем. Во всех материалах Коминтерна по этому пункту высказываются единодушные мнения. Ограничения, наложенные существующим режимом через его конституционную и законодательную системы, должны открыто отвергаться и игнорироваться революционерами. Революционные силы должны были расшатать все устои и организовать и провести вооруженное восстание. «Завоевание власти пролетариатом, – как утверждала программа Коминтерна, – есть не мирное завоевание... посредством завоевания парламентского большинства»1. Отказ правящих классов добровольно сдать свои позиции неизбежно заставил бы прибегнуть к революционному насилию. Завоевание власти требовало, следовательно, «насильственного свержения власти буржуазии» и разрушения всей структуры буржуазного государства2.

Это положение никогда не подвергалось сомнению, и от него никогда не отказывались. Невозможность мирного захвата власти со стороны революционного движения под руководством коммунистов последовательно подтверждалась на протяжении всей истории Коминтерна. Даже после наступления периода народного фронта, провозглашенного Димитровым в 1935 году на VII конгрессе, на котором Димитров решительно отрицал, что новая, менее агрессивная тактика Коминтерна подразумевала возможность мирного перехода от пролетарского безвластия к власти пролетариата под руководством коммунистов3.

Если насилие было неизбежным спутником захвата власти коммунистами, то наряду с этим предрекались беспрецедентные волнения и беспорядки. Различные социальные группы в лагере революционеров высказали разного рода несогласия и негодование, что уже сделало бы невозможным единое «монолитное» восстание, несмотря на руководство им коммунистической партией и пролетариатом. Точно так же проправительственные силы были бы разделены на разные группировки, предлагающие конкурирующие программы, нацеленные на разрешение кризиса. О завоевании власти поэтому не думали как о простом, четко продуманном и спланированном деле. На VII конгрессе Коминтерна Мануильский предложил подробные комментарии по вопросу о сложности революционного процесса и высмеял тех, кто упрощал процедуру захвата власти. Он процитировал Энгельса, отвергавшего мысль о том, что захват власти будет состоять из единственного грандиозного решающего сражения между «всеми официальными партиями, объединенными в одну группу здесь, [и] всеми социалистами в другой группе там»4. Такая схема, предусматривавшая две ясно очерченные антагонистические силы, наивно и ошибочно устранила бы все промежуточные, колеблющиеся социальные группы и неправильно свидетельствовала о единстве цели как со стороны различных антиреволюционных, так и со стороны революционных сил5. Мануильский цитировал Ленина для подтверждения своих слов: «Те, кто предполагает, что в одном месте армия выстроится в одну линию и скажет: «Мы за социализм», а в другом месте другая армия скажет: «Мы за империализм», и что это будет социалистической революцией...»