Читать онлайн «Сталин в преддверии войны». Страница 44

Танковая группа генерала Клейста (пять танковых и три моторизованные дивизии: 1250 танков и 365 броневиков), поддержанная более чем 1000 самолетов, преодолев горно-лесистую местность, которую союзники считали непроходимой для танков, на рассвете 12 мая форсировала р. Маас, глубоко вклинилась в боевые порядки французов, прорвалась в глубокий тыл противника. 16 мая танки генерала Гудериана, повернув в сторону Ла-

Манша, продвинулись на 80 км. Прорыв крупных сил вермахта через Арденны и Маас, выход их на рубеж р. Сомма поверг французские войска в панику. Главнокомандующий французской армией М. Гамелен, получивший 15 мая сообщение о продвижении немцев, заявил правительству Франции, что, не имея резервов, он может гарантировать безопасность Парижа не более чем на один день362. 20 мая немецкие части вступили в Абвиль и начали продвигаться на север. Выйдя на побережье Ла-Манша, они рассекли стратегический фронт: около 40 французских, английских и бельгийских дивизий, действовавших во Фландрии, оказались в изоляции363.

Командующий английским экспедиционным корпусом генерал Горт принял решение об эвакуации английских войск, отходивших к Дюнкерку — последнему порту, через который войска западных союзников могли эвакуироваться. Наступавшие на Дюнкерк танковые соединения вермахта могли уничтожить группировку английских войск, прижатую к морю, но Гитлер, опасаясь затяжных боев и больших потерь в танках, необходимых для наступления в глубь Франции, 24 мая приказал оставить наступление на Дюнкерк. Уничтожить английские войска было поручено люфтваффе. «Стоп-приказ» Гитлера спас англо-французскую группировку от неминуемого разгрома. Англичане, несмотря на непрерывную бомбардировку с воздуха, проявив массовый героизм, сумели вывести свои войска. 4 июня немцы вступили в Дюнкерк. К этому времени английский и французский флот под прикрытием авиации смог эвакуировать 198 тыс. английских и 14 тыс. союзных, в основном французских, войск1. 5 июня немецкие войска вновь перешли в наступление с целью уничтожить оставшиеся силы противника во Франции. Поспешно созданная французская оборона южнее рек Сомма и Эна была прорвана, и к середине июня основные силы армии Франции были разгромлены.

10 июня в войну на стороне Германии вступила Италия. Итальянская группа армий «Запад» перешла в наступление во Французских Альпах, но лишь 24 июня итальянские войска заняли французские позиции.

Двумя днями раньше представители Франции подписали пакт о капитуляции Франции перед Германией. По его условиям немецко-фашистские войска оккупировали большую часть французской территории, а французское правительство, резиденцией которого стал городок Виши (отсюда — вишистское правительство), стало осуществлять власть на неоккупированной территории. Оно обязывалось нести расходы по содержанию оккупационных войск. Вооруженные силы Франции подлежали демобилизации и разоружению, а военные объекты в оккупационной зоне передавались вермахту. Всем боевым французским кораб-

лям надлежало вернуться в порты Франции. Контроль за их разоружением должны были осуществлять представители Германии и Италии.

В ходе кампании, продолжавшейся немногим более месяца, французские вооруженные силы потеряли 250 тыс. убитыми и более миллиона ранеными, английский экспедиционный корпус недосчитался 68 тыс. человек. Вермахт одержал победу ценою 60 тыс. убитых и пропавших без вести1.

Таким образом, к середине лета 1940 г. Франция была разгромлена, английская армия, бросив на полях Фландрии всю боевую технику и понеся большие потери, эвакуировалась на Британские острова. Рейх, по существу, получил господство над всей Западной Европой. С военной точки зрения, западная кампания вермахта явилась демонстрацией высокого уровня военного искусства, слаженности и четкого взаимодействия родов войск.

Разгром Франции, эвакуация английского экспедиционного корпуса, бросившего все вооружение во Фландрии, на Британские острова, завоевание ряда стран Западной и Северной Европы коренным образом изменили военно-политическую обстановку в мире. Вермахт воочию продемонстрировал свою мощь на полях Европы. В Европе оставались только две реальные военные силы: фашистская Германия в блоке с Италией и Советский Союз, находившийся, по существу, в политической изоляции. Вопрос о схватке между Германией и СССР, который существовал со времени прихода фашистов к власти, теперь выступил на первый план, хотя внешне обе державы продолжали соблюдать рамки пакта о ненападении и демонстрировать дружбу. В этой обстановке Советскому Союзу приходилось считаться с возможностью переброски германских войск на Восток для нападения на СССР и одновременного захвата Прибалтики. Действительно, вскоре началось сосредото-

чение германских войск в Восточной Пруссии, там была объявлена дополнительная мобилизация, проводились и другие мероприятия, которые свидетельствовали о возможной угрозе фашистского вторжения в Прибалтику.

В результате перегруппировки войск вермахта только из Франции немцы перебросили на Восток несколько десятков дивизий, значительное число которых было направлено в районы Польши и на границу Германии с Литвой. В результате к середине июля в Восточной Пруссии оказалось сосредоточено 12 дивизий, а на территории Польши — до 36 дивизий364.

Наряду с наращиванием сухопутных сил против СССР Германия сразу же после ввода советских войск на территорию Прибалтийских стран фактически начала вести активную крейсерскую войну в зоне непосредственных военно-политических интересов СССР в Балтийском море. Германское морское командование не ограничилось организацией крейсирования своих военных кораблей у входа в Финский и Рижский заливы. В устье этих заливов под предлогом контроля над торговыми судами Латвии, Эстонии и Финляндии, перевозящими в шведские порты грузы, предназначенные для Англии, оно направляло свои корабли.

В сложной обстановке лета 1940 года руководство СССР и лично Сталин не могли не учитывать и тревожную информацию, получаемую от разведки и из других источников, о враждебных СССР настроениях правящих кругов, многих высших военных и политических деятелей Прибалтийских стран, о их связях с Германией. В самом деле, политическая ситуация в Прибалтике начала обостряться уже в ходе советско-финляндской войны. Эстония и Латвия в нарушение договоров с СССР оказывали помощь Финляндии. Из Эстонии, в частности, в Финляндию прибыло несколько десятков добровольцев. В феврале 1940 года президент Литвы Сметона направил в Берлин директора департамента госбезопасности Повилайтиса на секретные переговоры об установлении в Литве германского протектората. В начале 1940 года состоялась встреча министра иностранных дел Эстонии Сельтера с Герингом. Летом усилился приток в Прибалтику, в частности в Литву, немецких туристов, журналистов. По мере роста германских успехов в ходе кампании на Западе и на фоне неудач Красной Армии в войне с Финляндией, правящие круги Прибалтийских республик все более активизировали антисоветскую деятельность.

В связи с этим Советское правительство сочло необходимым принять срочные меры по укреплению обороны Прибалтийских республик. Оно направило ноты руководству Литвы (14 июня), Латвии и Эстонии (16 июня), где указывало, что считает совершенно необходимым и неотложным сформировать в них такие правительства, которые могли бы обеспечить «честное проведение в жизнь» договоров о взаимной помощи с СССР, а также потребовало увеличить численность советских войск на территории Прибалтики. Эти ноты СССР были продиктованы объективной необходимостью, поскольку немногочисленность советских гарнизонов в Прибалтике и невысокие боевые возможности армий Прибалтийских государств не обеспечивали надежного заслона в случае гитлеровской агрессии.

Однако составленные в грубой форме, присущей стилю Сталина и Молотова («чтобы немедленно было сформировано...», «чтобы немедленно был обеспечен...»), советские ультиматумы являлись отражением сталинских методов во внешней политике, а требование изменить состав правительства, конечно же, было нарушением международного права, вмешательством во внутренние дела суверенных государств.

Но было бы ошибкой утверждать, что методы силового давления в годы войны были присущи только СССР или только тоталитарным государствам. Нет, они широко применялись в то время и буржуазными демократиями. Нарушения международного права при решении проблем национальной безопасности в условиях войны были в то время распространенным явлением. Воюющие державы не раз в годы войны игнорировали правовые нормы, когда это диктовала стратегия. Расстрел или интернирование французского флота англичанами 3 июля 1940 года, еще до того как были порваны дипломатические отношения с Францией (5 июля), вступление английских и советских войск в Иран, высадка американских войск в Марокко, вопреки воле правительств этих стран или без их разрешения, захват англичанами о. Мадагаскар в 1941 году, принадлежавшего не участвовавшей в войне вишистской Франции, — такими примерами полна история войны. Стратегические приоритеты отодвигали нормы международного права на второй план.