Читать онлайн «Тайны английской разведки (1939–1945)». Страница 85

Проблему решили деньги, ассигнованные разведывательным управлением ВМС. Подарки в виде шелковых чулок, парфюмерных изделий и других предметов роскоши быстро подействовали на исландцев, и они стали сообщать сведения о местопребывании экипажей немецких подводных лодок. Вскоре все немецкие моряки были выловлены.

Второй задачей Куилла и его миссии было создание в Исландии (она превосходила по площади Ирландию) службы наблюдения за наиболее опасными участками побережья. Добровольцев из местного населения стало больше, когда на остров для смены морских пехотинцев прибыли подразделения английских сухопутных войск. Была создана разветвленная сеть постов наблюдения, во главе которой Куилл поставил лейтенанта добровольческого резерва ВМС Конейерса Лэнга, известного орнитолога и яхтсмена.

Последствия всей этой проведенной в любительском стиле умной и весьма необычной операции, резко отличавшейся от профессиональных безжалостных десантных операций, были весьма примечательны. Когда английский гарнизон на острове сменили американцы, Исландия стала топливной базой для кораблей и самолетов, участвовавших в битве за Атлантику, стоянкой для крейсеров и тяжелых крейсеров Флота метрополии и базой, с которой авиация дальнего действия наносила удары по немецким подводным лодкам и рейдерам. «Слишком робко и слишком поздно» — так можно было охарактеризовать некоторые мероприятия англичан летом 1940 года. Но о быстром захвате Исландии, хозяин которой — Дания была оккупирована нацистами, этого сказать нельзя.

Идея рейда на Сен-Назер. Много написано об этом превосходно проведенном рейде, сыгравшем большую роль в поднятии нашего морального духа и нанесшем противнику огромный урон.

Рейд на Сен-Назер — захваченную немцами базу на западном побережье Франции — был совершен в марте 1942 года. Однако для историков и знатоков этого вопроса будет интересно узнать факты, иллюстрирующие два момента: во-первых, блестящее оформление разведывательной информации и, во-вторых, любопытный метод, с помощью которого были своевременно добыты важные технические сведения, позволившие подробно проинструктировать подрывников, проводивших операцию.

Кроме того, приводимые сведения позволяют уточнить, когда же возникла сама идея о проведении рейда. Историки, видимо, скажут, что датой рождения идеи следует считать день составления соответствующего документа. Однако в нашем распоряжении имеются и словесные, и документальные доказательства того, когда Сен-Назер впервые был упомянут в качестве объекта рейда. Эти доказательства были предоставлены мне начальником отдела разведывательного управления ВМС, занимавшегося в то время Францией и Нидерландами, капитан-лейтенантом Джорджем Гониным, о котором я упоминал в связи с описанием разведывательного обеспечения Нормандской операции.

Вполне естественно, что Гонин обсуждал со своими коллегами из отдела, ведавшего Германией, и со специалистами по немецкому военно-морскому флоту в оперативно-информационном центре разведывательную информацию о базах в Бресте, Лориане, Ла-Паллисе и Сен-Назере, которые давали возможность немецким подводным лодкам и надводным рейдерам, выходившим из Балтики, чувствовать себя уверенными в том, что в случае повреждений они могут зайти в док или укрыться, не подвергая себя опасностям, связанным с прохождением узкостей, ведущих из Атлантики в Северное море. «Бисмарк» был пойман, когда он пытался перейти во Францию, и теперь многие ожидали такого же случая в отношении «Тирпица». Если бы «Тирпицу» такой переход удался, то его мог бы принять только один сухой док — новый док в Сен-Назере. Если же удалось бы вывести этот док из строя, возможности для действий «Тирпица» сократились бы вдвое.

В конце июня 1944 года Гонин представлял разведывательное управление ВМС на совещании с представителями управления десантных операций и штаба оперативного планирования, на котором рассматривались объекты рейдов на побережье Ла-Манша. В то время внимание участников совещания привлекали только небольшие объекты в наиболее узкой части пролива. В перерыве Гонин обратился к капитану 1 ранга Фрэнчу и сказал ему о Сен-Назере.

Вскоре управление планирования предложило осуществить рейд на эту базу. По совету Гонина разведывательное управление энергично поддержало это предложение. Отдел, который возглавлял Гонин, начал собирать необходимую информацию, а командующему Плимутским военно-морским районом адмиралтейство приказало подготовить рейд на Сен-Назер — сильно укрепленную базу противника, расположенную в 400 милях от Плимута.

В своих заметках для Чарльза Моргана, об очерках которого по истории разведывательного управления ВМС я уже упоминал, Гонин вспоминает о дальнейшем развитии событий. Прежде всего он попросил разведку ВВС изготовить путем использования аэрофотоснимков крупномасштабный макет базы. Затем Гонин побывал в Медменхеме, где этот макет создавался, и обсудил с фотографами составленный ими отчет о аэрофотосъемках. Все фотоснимки были увеличены, и на них можно было видеть не только орудийные позиции и здания, но даже входы в них.

15 сентября на совещании в адмиралтействе с участием начальника штаба Плимутского военно-морского района и начальника штаба управления десантных операций был принят проект плана рейда. Предлагались две даты в октябре, одна из которых приходилась на день победы в Трафальгарском сражении. Однако командующий Плимутским военно-морским районом адмирал Форбс выдвинул серьезные возражения: он считал, что выход в море неизбежно придется назначить на светлое время суток, за два-три часа до наступления темноты и рейдовая группа наверняка будет обнаружена разведывательной авиацией противника, что исключит преимущества внезапности. Хотя адмиралтейство благосклонно относилось к плану, оно все же сочло неразумным отвергать возражения тех, кому была поручена операция. Взрыв шлюзов дока поручили осуществить управлению специальных операций, но эта задача оказалась невыполнимой из-за размеров сооружения и усиленной охраны его.

Прекрасно выполненный макет в Медменхеме воодушевил Гонина продолжать попытки добиться выбора Сен-Назера в качестве объекта рейда. В конце концов, эти попытки увенчались успехом.

Гонин вспоминает:

«В начале 1942 года начальником управления десантных операций стал адмирал Маунтбэттен, который сразу же начал искать подходящие объекты для рейдов. Краткое изложение плана рейда вместе с фотоснимками я показал офицерам разведывательного отдела штаба Маунтбэттена. Адмирал сразу оценил важность Сен-Назера и, понимая все трудности задачи, пригласил к себе на совещание адмирала Форбса. Я на этом совещании не присутствовал, но знаю, что Маунтбэттен сумел переубедить Форбса и зажечь его своим энтузиазмом».

Вся имеющаяся разведывательная информация была передана в штаб начальника управления десантных операций. Капитан-лейтенант резерва ВМС Мурхауз сразу же приступил к разработке плана операции по взрыву дока. Единственная серьезная трудность возникла в связи со все возраставшими требованиями подрывников обеспечить их более подробной информацией.

«Удовлетворить эти требования оказалось возможным лишь потому, что один из офицеров штаба Маунбэттена лично знал руководителя института гражданских инженеров, который вспомнил, что в одном из издаваемых институтом сборников публиковалась подробная информации о новом доке и даже приводились некоторые чертежи».

Только после рейда из разговора с уцелевшими участниками авторы планов операции поняли, насколько важна была детальная техническая информация для подрывников, действовавших на пирсе в темноте, под ураганным огнем противника и имевших в своем распоряжении считанные минуты. И все же, по словам Гонина, были моменты, когда он и его отдел испытывали сильное раздражение, поскольку, чем больше сведений они давали, тем большими становились требования подрывников.

Особым вкладом оперативно-информационного центра в этой операции (помимо обычной информации об условиях плавания в Ла-Манше и повадках немецких моряков) была информация о секретных опознавательных сигналах, позволившая эсминцу «Кэмпбел», походившему по своему силуэту на немецкий корабль, ответить на запрос прожекторных установок противника и тем самым выиграть время, пока противник решал, открыть огонь или нет.

Своевременная «кража»… Любой офицер оперативной разведки и немецкого, и союзного флота, всегда мечтал о том, чтобы захватить корабль противника со всей командой, овладеть шифрами и кодами, а также другими секретными документами, а корабль после этого незаметно потопить. Тогда появилась бы возможность тайно читать радиопереговоры противника, хотя бы в течение одной-двух недель проверять достоверность информации, полученной из других источников. Естественно, чтобы такая операция удалась, сторона, осуществившая ее, должна сохранить все в тайне, иначе противник, узнав, что захвачен его корабль, немедленно сменит шифры и коды.