Читать онлайн «Третий рейх: символы злодейства. История нацизма в Германии. 1933-1945». Страница 54

В частности, профессор Берлинского университета Вольфганг Абель предупреждал нацистских бонз о русской опасности. В жилах русских, говорил он, течет много «нордической» крови, а биологически они сильнее, чем немцы. Если Германия забудет об этом факте, то через двадцать пять – тридцать лет ей придется вести с Россией еще одну войну. Лучшее, что можно в этом случае сделать, – это максимально снизить рождаемость среди русских. Добиться этого можно массированной пропагандой, лекциями, памфлетами, с помощью газет, кино и радио. Необходимо пропагандировать применение противозачаточных средств, разрешить искусственные аборты и подготовить соответствующий персонал. Не следует бороться с детской смертностью и поощрять добровольную стерилизацию.

В ноябре 1941 года Гитлер заявил, что заселит русское пространство немцами. В 1942 году он сказал, что не будет никакой возможности учить русских, украинцев и другие народы Востока читать и писать, ибо грамотные представители этих народов приобретут исторические знания и станут врагами Германии. В мае 1942 года он сказал: «Если мы хотим получить кавказскую нефть, нам надо навести там жесточайший порядок». Крым должен быть перестроен так, чтобы немцам следующих поколений не могло даже прийти в голову кому-то отдать это чудо немецкой предприимчивости. 12 апреля 1942 года Гитлер сказал: «Если мы выиграем войну, то нам не придется сожалеть о потраченных на вермахт миллиардах. Они уже окупились рудными месторождениями, попавшими в наши руки за последний год в России».

В январе 1941 года Гиммлер сказал собравшимся в Везельбурге высшим чинам СС, что уничтожение тридцати миллионов славян является необходимым условием успешного планирования на Востоке. 4 октября 1943 года он же сказал руководителям СС в Познани: «Меня совершенно не интересует, как чувствуют себя русские или чехи. Процветают другие нации или умирают от голода – интересует меня только в той мере, в какой они нужны нам в качестве рабов нашей культуры. Умрут десять тысяч русских женщин, копая противотанковый ров, или нет, интересует меня только в отношении того, успеют ли они вырыть этот ров вовремя… Тревожиться за них – это преступление против нашей крови, и еще большее преступление – прививать им наши идеалы, ибо это создаст нашим детям и внукам еще большие трудности в отношениях с ними».

Гитлер сказал, что нация, сознающая свою миссию, имеет право завоевать и колонизировать Восток. Русские, говорил он, недочеловеки, и обращаться с ними надо именно как с таковыми. Лютеранский богослов профессор Гельмут Гольвицер сказал после войны: «Это одно из величайших преступлений – называть русских недочеловеками. Они не только «такие же люди, как мы», они – крестьяне с естественными чувствами, сильными страстями, живым умом и зачастую удивительным тактом».

Еще до того как германская армия пересекла русскую границу, Кейтель и Йодль издали приказ убивать всех русских комиссаров, попавших в руки немецкой армии, и сотни таких комиссаров, одетых в военную форму, были убиты. «Невозможно, – говорит граф Биркенхед, – удержаться от сравнения наполеоновского нападения на Россию с нашествием Гитлера. Обе агрессии вынашивались умами, поглощенными чудовищным эгоизмом. Агрессию Наполеона с агрессией Гитера сближает то, что обе они были вероломными и скрытными, при обоих нападениях стратеги не учли пространство и климат. Разница же заключается в одном-единственном факте: Наполеон не был таким чудовищем, как Гитлер. Он был свободен от отвратительной ненависти к славянам, которая толкала Гитлера на создание в составе армии эйнзатцгрупп, занимавшихся массовыми убийствами».

Гиммлер говорил, что видит германизацию Востока не такой, какой она бывала ранее; только истинные немцы с чистой германской кровью будут населять восточные территории. Победоносный конец войны откроет свободную дорогу на Восток, и мир станет свидетелем создания Германского рейха с населением в сто двадцать миллионов немцев, рейха, который станет самым могущественным государством Европы. Фельдмаршал Рейхенау говорил, что было бы излишней добротой кормить гражданское население и военнопленных. Ему вторил фельдмаршал Манштейн. Риббентроп говорил, что гуманитарная сентиментальность в отношении русских заведет Германию в безнадежный тупик.

Геринг в 1943 году писал графу Чиано: «В лагерях для русских военнопленных участились случаи людоедства. Только в этом году от двадцати до тридцати миллионов людей умрут от голода. Вероятно, это хорошо, так как некоторые нации стоит проредить». В так называемой «Зеленой папке» Геринга хранился приказ Гитлера вывозить из России все, что может оказаться полезным для немецкой военной машины. Экономический штаб Геринга вывозил из России все, прекрасно зная, что из-за этого миллионы русских умрут от голода. Геринг говорил своим подчиненным 5 октября 1942 года, чтобы они не забывали, что у России отобраны самые плодородные провинции: там можно найти яйца, масло и муку в невообразимых количествах.

Генерал фон Гревениц приказал расстреливать тех русских военнопленных, кто из-за истощения не способен работать. Великое множество русских военнопленных было брошено умирать в чистом поле без продовольствия и медицинской помощи. Многие умирали от эпидемий; голодные солдаты ели мясо своих умерших товарищей. Эсэсовец Пауль Вальдман говорил на Нюрнбергском процессе, что за короткое время в концентрационном лагере Заксенхаузен были убиты и сожжены восемьсот сорок тысяч русских военнопленных. Рейхскомиссар Эрих Кох сказал: «Мы – раса господ. Я пришел сюда не для того, чтобы раздавать благословения. Простой немецкий рабочий в тысячу раз более ценен в расовом и биологическом отношении, чем любой русский». Шеф отдела расовой колонизации Гофман писал в 1942 году: «Земли хватит для всех, кто пожелает стать колонистом. Даже дети наших солдат и их дети найдут здесь в будущем достаточно земли. Пусть никто не боится опоздать». Они разрушили 1700 городов, 70 тысяч сел и деревень, 1700 церквей, 530 синагог, ряд наиболее известных средневековых монастырей. Они ограбили все музеи и библиотеки, похитив драгоценные персидские, эфиопские и китайские рукописи.

Гаулейтер Заукель отдал приказ поставлять людей для рабского труда в Германии. Если они не пойдут добровольно, сказал он 20 апреля 1942 года, то их надо принудить силой. Немецкие агенты обоего пола буквально охотились за русскими и швыряли их в неотапливаемые вагоны поездов, лишенных всякого санитарного оборудования. Людей, умиравших в пути, и младенцев, рождавшихся в вагонах, просто выбрасывали из окон. Для того чтобы облегчить жизнь многодетным немецким матерям, в Германию были доставлены от четырехсот до пятисот тысяч здоровых русских девушек. 14 апреля 1943 года Заукель докладывал Гитлеру, что после года такой охоты на немецкую военную машину работают три с половиной миллиона русских гражданских лиц и полтора миллиона русских военнопленных. В другом докладе Заукель сообщал, что с ноября 1941 года по январь 1942 года умерли пятьсот тысяч русских.

Гаулейтер Альфред Розенберг, грабивший после войны 1940 года художественные сокровища Франции (список похищенного составил тридцать девять томов), сказал в 1941 году, что войну можно выиграть только в том случае, если армия будет питаться исключительно взятым в России продовольствием; если при этом умрут миллионы русских, то к этому надо будет отнестись спокойно, так как Гаагская конвенция потеряла свою силу, ибо СССР можно считать более не существующим. Судьба русских военнопленных в Германии – это отдельная ужасная трагедия; многие умерли, других, ослабевших и неспособных идти, расстреливали на глазах у населения. Что же касается евреев, то Розенберг писал: «Европейские нации не могли решить еврейский вопрос в течение двух тысяч лет, но теперь его решит национал-социалистическая революция».

Фельдмаршал Мильх находил забавным, что русские делают для немцев пушки. Генерал Кейтель отдал приказ расстреливать от пятидесяти до ста русских за одного убитого немецкого солдата и приказал солдатам развязать жесточайший террор – даже против женщин и детей. Прежде чем американские войска успели подойти к концентрационному лагерю Дахау, все заключенные, доставленные туда согласно приказу Кейтеля об операции «Мрак и туман», были убиты. Тех, кто не мог идти, тащили в крематорий на носилках. Профессор Гебхардт вскрыл черепа живых русских военнопленных, чтобы описать костные изменения.

Доктор Ойген Когон говорит: «Немецкие генералы во Франции и на Востоке вели себя как безумцы, думавшие, что их поведение есть реальная политика. На самом же деле, попирая законы гуманности, они попирали интересы Германии: Ex ossibus – ultor – из убитых заложников восстанут тысячи мстителей». Диктор баварского радио сказал 7 февраля 1956 года, что высшие офицеры немецких вооруженных сил принимали участие в депортациях, ликвидациях и убийствах, наказуемых даже по нацистским законам. Генерал Гейр фон Швеппенбург сказал: «Национал-социализм разложил германский вермахт. Эти преступники разложили и воинскую доблесть немецкой армии, чем ускорили поражение Третьего рейха».