Читать онлайн «Флаг Святого Георгия: Английский флот во Второй мировой войне». Страница 94

К концу апреля наши легкие силы командовали в северной Адриатике и полностью господствовали вдоль последнего отрезка побережья Лигурийского моря, еще оставшегося в руках противника. Германские перевозки морем практически прекратились, у противника почти не осталось военных кораблей и транспортов. В целом за войну наши вооруженные силы на Средиземном море потопили 3082 торговых судна Оси общим водоизмещением более 4 миллионов тонн. Постепенное сокращение вражеского грузового тоннажа внесло огромный вклад в успех наступления в Африке. Этот же фактор помог нанести поражение армиям противника в Италии, на Балканах, в южной Франции. 29 апреля 1945 была подписана капитуляция всех войск Оси в Италии. Она вступила в силу 2 мая.

Так наше постоянное давление в рамках Средиземноморской стратегии принесло великую победу на этом театре. Именно наша морская мощь сделала возможной эту победу. Кампания с самого начала была общей для всех трех видов вооруженных сил, все они находились в одной упряжке. Армия зависела от морских перевозок подкреплений, техники и припасов. Судьба флота полностью зависела от исхода боев на суше. При этом и флот, и армия полностью зависели от взаимодействия с авиацией. Так как стратегия союзников имела британскую направленность, то совершенно естественно, что мы обеспечивали большую часть сил. Но, начиная с осени 1942, помощь нашего американского союзника стала очень большой, особенно на суше и в воздухе. На море Королевский Флот нес на себе всю тяжесть борьбы с июня 1940 до операции «Торч», начавшейся в ноябре 1942. Это положение сохранилось и позднее, исключая операцию «Драгун» — высадку в южной Франции в августе 1944. Победа на Средиземном море показала, что все технические нововведения не снизили значение традиционных уроков морской стратегии, например, внезапной высадки на избранном нами театре. Эта кампания снова доказала неизменность принципов морской войны. Но в то же время, приложив новые технологии к древнему искусству морской войны, мы пожали богатые плоды, вознаградившие нас за долгие страдания. Наши потомки должны будут признать, что Средиземноморская кампания 1940 — 45, особенно первый период, когда командующим был адмирал сэр Эндрю Каннингхэм, стала в долгой истории Королевского Флота такой же славной страницей, как и написанные ранее.

В отечественных водах в начале 1945 главной задачей флота было обеспечение проводки арктических конвоев в Мурманск и Архангельск, а также удары по немецкому судоходству у берегов Норвегии. Командование Западных Подходов и все остальные береговые службы в Британии были озабочены проблемами, возникшими после появления большого числа германских подводных лодок в наших прибрежных водах. Немало хлопот доставляли постоянные попытки противника помешать интенсивным перевозкам между устьем Темзы и Антверпеном.

2 января союзники понесли тяжелую утрату. Во Франции в авиакатастрофе погиб адмирал сэр Бертрам Рамсей. Мы уже видели, что он планировал, организовал и руководил всей морской частью кампании в Западной Европе. При этом нужно помнить, что триумфальный успех операции «Нептун» полностью затмил его колоссальный вклад в успех эвакуации Дюнкерка в 1940, в организацию высадок в Северной Африке и Сицилии, его непревзойденный опыт десантных операций. В этом плане все высшее командование как Британии, так и Соединенных Штатов признавало его несомненное превосходство. Его заместитель американский вице-адмирал А.Г. Кирк взял на себя временное исполнение обязанностей Рамсея. 19 января вице-адмирал сэр Гарольд Барроу, бывший командующий Гибралтарской военно-морской базой, стал командующим морскими силами союзников во Франции.

В конце года западная Голландия еще оставалась в руках немцев. Там находилось около 40 торпедных катеров и большое число «малых боевых единиц». Они продолжали наносить удары по нашим конвоям. В бой вступили германские сверхмалые подводные лодки «Зеехунд». Это было гораздо более удачное оружие, чем различные человеко-торпеды и взрывающиеся катера, которые противник использовал в Нормандии и на Средиземном море. В мелководных районах у нашего восточного побережья и вблизи устья Шельды, где судоходство было очень интенсивным, самую большую опасность представляли мины. В первые 2 месяца года на поставленных торпедными катерами и самолетами минах погибли 15 наших судов водоизмещением около 36000 тонн. К счастью для нас, в конце января Люфтваффе прекратили минные постановки. Возможно, немцы потеряли самую лучшую возможность нарушить наши коммуникации. Однако набеги торпедных катеров и сверхмалых лодок продолжались. Иногда они доходили до Ярмута на восточном побережье и Дандженесса в Ла Манше. Но именно мины, а не торпеды, нанесли нам самые тяжелые потери. Мы держали сильное соединение из фрегатов и малых кораблей для патрулирования у бельгийского побережья и походов к Шельде. Для этой же цели использовалось много самолетов. Одновременно мы продолжали прочесывать вражеские прибрежные воды. Но катера и миджеты оставались слишком трудными целями, а мы пока еще не добились тесного взаимодействия флота с авиацией. Для перехвата торпедных катеров мы начали использовать ту же тактику, которая была применена против подводных лодок, пересекающих Бискайский залив. Самолет, обнаруживший противника, немедленно вызывал по радио корабли, а сам продолжал слежение. В результате мы в очередной раз узнали, что только совместные действия' хорошо подготовленных команд кораблей и самолетов делают эффективным патрулирование.

Ночью 8–9 марта немцы напомнили нам, что на островах в Ла Манше все еще находятся сильные гарнизоны противника. Сильная диверсионная партия внезапно атаковала находящийся на материке порт Гранвиль, серьезно разрушив его и захватив в качестве приза маленький британский угольщик. Хотя этот рейд не имел стратегического значения, он стал серьезным ударом по гордости англо-американцев, особенно потому, что в Гранвиле недавно находились штабы генерала Эйзенхауэра и адмирала Рамсея. Через 3 ночи германские морские силы из портов западной Голландии попытались прорваться в устье Шельды, используя все имеющиеся типы кораблей. Однако наши патрули были настороже. Мы уничтожили не меньше 22 человеко-торпед («Мольх» и «Бибер») и 16 взрывающихся катеров «Линзе». У союзников ни один корабль не получил даже повреждений. Несмотря на очень тяжелые потери, которые понесли специальные штурмовые средства флота, и крайне плохую погоду, обычно стоявшую в этом районе, немцы до самого конца войны упорно посылали подкрепления в Голландию. В марте мы потеряли в прибрежных водах 16 торговых судов водоизмещением около 42000 тонн. Большинство из них опять погибло на минах, поставленных торпедными катерами.

Тем временем, дальние бомбардировщики Бомбардировочного Командования продолжали засеивать Балтику минами. «Бофайтеры» Берегового Командования постоянно прочесывали Северное море до самого Каттегата в поисках германских судов. В январе наши минные постановки вынудили противника перенести тренировку подводных лодок из любимых вод в районе Данцига в Осло-фиорд. К марту интенсивность наших минных постановок и постоянных воздушных атак поставила под угрозу краха всю германскую минно-тральную службу, которая до этого справлялась со своими задачами. Теперь гавани и фарватеры постоянно закрывались, потери на минах росли. В марте от этого оружия погибли 26 судов водоизмещением около 70000 тонн. К концу марта подготовка новых экипажей для подводных лодок серьезно пострадала. Вражеское прибрежное судоходство на Балтике, в южной части Северного моря и у берегов Норвегии почти прекратилось. Но прежде, чем мы рассмотрим события последних 5 недель войны, нам следует вернуться к началу года, чтобы вспомнить события подводной войны.

Может показаться неожиданным, но первые месяцы 1945 стали тревожным временем для британского морского командования. Мы знали, что немцы строят новые лодки быстрее, чем мы топим их. Еще больше тревоги вызывала перспектива вступления в строй значительного числа лодок новых проектов XXI и XXIII. Мы уже знали, что появление шноркеля во многом снизило эффективность действий наших воздушных патрулей. Таким образом, появлялись основания думать, что немцы снова могут перехватить инициативу, если нам не удастся переломить неблагоприятные тенденции. Замаячила перспектива возобновления в прежнем масштабе действий в Северной Атлантике. Адмиралтейство считало, что тяжелые потери на этом театре помешают сухопутной кампании в Западной Европе. Теперь мы знаем, что в марте 1945 численность германских подводных лодок достигла 463 единиц. В этом месяце мы перебазировали в Англию большое количество эскортных кораблей и морских самолетов, чтобы справиться с пятью десятками лодок, которые действовали в наших прибрежных водах. Поэтому становится понятно, что страхи Адмиралтейства имели некоторое основание[37]. Были приняты энергичные меры, чтобы выправить ситуацию. Комитет Начальников Штабов распорядился задержать отправку на Дальний Восток примерно 300 эскортных кораблей. Бомбардировочное Командование получило приказ больше внимания уделять верфям и базам подводных лодок. Адмиралтейство снова начало постановку глубоководных минных заграждений в Ла Манше и Ирландском море. Наши морские и воздушные силы начали применять новую тактику. Самая главная сложность заключалась в том, что подводную лодку было исключительно трудно обнаружить до того, как она совершала нападение. Поэтому группы поддержки получили приказ следовать за кормой конвоев в постоянной готовности нанести удар, если покажется перископ. На маршруте следования лодок из Норвегии вокруг северной Шотландии были усилены корабельные и воздушные патрули. В январе в наших прибрежных водах действовали 39 лодок, из них 6 проникли в Ирландское море, которое было одним из ключевых пунктов. Хотя за месяц они потопили только 7 судов, наши силы сумели уничтожить всего 6 лодок. В феврале количество германских субмарин у наших берегов возросло до 51. Однако они потопили меньше судов, чем в прошлом месяце, зато их собственные потери возросли до 12 единиц. Три четверти из них были потоплены кораблями. В этом месяце 4 фрегата 10-й эскортной группы капитана 2 ранга Ф.У. Барнетта провели очень удачный рейд к северу от Шотландии. С 3 по 17 февраля они потопили 3 подводные лодки с помощью новых реактивных бомбометов.