Читать онлайн «Неизвестная революция. Сборник произведений Джона Рида». Страница 68

«…Советское правительство считает, что они [союзники] ведут против него войну. С какой целью? Просто чтобы помочь каким-то шестидесяти тысячам чехословаков добраться до Франции? Уж не для этого ли десятки тысяч войск были сняты с Западного фронта и отправлены на другой конец света?» – пишет американец, убеждая американское общество, что восстанавливать Россию в ее «старом виде» не нужно. Это как если бы в январе 1945 года газета «Правда» писала, что нельзя возвращать Эльзас и Лотарингию Франции и вообще помогать французам. Джон Рид так прямо и говорит: «Я обвинил союзнических представителей в России в том, что они поощряли контрреволюционные движения в России и поддерживали их». Почему Вашингтон и Лондон, по мнению Джона Рида, должны поощрять революционные движения? Потому что революционеры уничтожили Россию в 1917 году. В два присеста, в две революции. И более страшным для России был, безусловно, Февраль. Те, кто пришел к власти позже, в Октябре, восстановят мощь России, создадут СССР и сделают его к 1945 году мощнейшей сверхдержавой. Чтобы это осуществить, им придется путем сложных интриг, страшной борьбы и большой крови ликвидировать большинство «пламенных революционеров-предателей».

Вторая интересная статья Джона Рида, текст которой размещен здесь, была опубликована в 1921 году под заголовком «Такое не забывается». Это рассказ об очередном конгрессе очередного Интернационала. Тогда ведь для поднятия энтузиазма «рабочих масс» было важно создавать у них иллюзию того, что весь мир вот-вот восстанет. В реальности никто мировую революцию никогда не готовил. Смешно и грустно читать сегодня отчеты о таких мероприятиях: «Конгресс Коминтерна принял решение о принципиальной возможности перехода к социализму отсталых и зависимых стран, о том… что эти страны могут перейти к коммунизму, минуя капитализм. Это является важным шагом в развитии теории социализма».

Но самым любопытным и объемным является еще один материал, приведенный в книге. Это стенограмма показаний Джона Рида, данных юридическому комитету Сената Соединенных Штатов Америки (от 21 февраля 1919 года). Интересный факт: в первые же секунды допроса Джон Рид отказывается принимать присягу. Почему? Ответ невнятен: его убеждения не позволяют ему давать присягу. Он просто «обещает» говорить правду. Почему он так поступил? Возможно потому, что ложь, данная под присягой, – уголовно наказуемое деяние. А без присяги его показания можно будет считать просто неточностью или ошибкой.

Наибольшего внимания в выступлении Джона Рида перед сенаторами заслуживают подробности его поездки в Россию. Цифры, даты. Все помнит.

Но когда Джона Рида снова спрашивают: «Ваши заявления госдепартаменту были сделаны под присягой?», он начинает юлить: «Да, сэр, думаю, что да».

Сенатор Уолкотт. Вы точно не помните?

М-р Рид. Не помню. В то время я не придавал этому большого значения. Думаю все же, что я дал это обещание под присягой.

Вот так: когда речь идет о присяге – память Джона Рида сразу дает сбой. Странная избирательность.

И вновь сенатор задает Риду вопрос о присяге. И опять следует уклончивый ответ.

Сенатор Уолкотт. Не можете ли вы сообщить нам, почему вы возражаете против принесения присяги?

М-р Рид. Я возражаю против принесения присяги, потому что считаю недостойным связывать себя подобным образом. Я верю своему слову и полагаю, что и другие должны ему верить. Я не намерен лгать.

Рассказывая сенаторам о деятельности в России, Джон Рид о себе и своем коллеге Вильямсе, который работал в бюро у Троцкого и Радека, говорит следующее: «Мы принимали участие в издании газет, а мне лично было поручено следить за правильностью перевода декретов и других документов Советского правительства на английский язык. Перевод, как таковой, не входил в мои обязанности. Меня интересовала лишь правильность перевода. Я также участвовал в сборе и подготовке материалов и информации, предназначенных для немецких окопов».

Отметим функции Джона Рида при издании газет в России: он следит за правильностью перевода на английский и собирает материал для «немецких окопов». Возникает вопрос: а на каком языке газеты-то издаются? Джон Рид отвечает подробно.

М-р Хьюмс. Сколько газет вы тогда издавали, в скольких изданиях вы сотрудничали?

М-р Рид. Я был маленьким винтиком в этой машине. Я лишь получал материал и передавал его различным группам… Газеты редактировало пресс-бюро. Оно издавало одну газету на немецком языке, которая вначале называлась «Die Fackel», а потом была переименована в «Volksfriede». Мы распространяли ежедневно полмиллиона экземпляров этой газеты на немецком и, кроме того, полмиллиона экземпляров газеты на венгерском языке, четверть миллиона на чешском, четверть миллиона на румынском, четверть миллиона на турецком языке. Помимо этого мы переводили все декреты…

Обратите внимание: на английском языке никаких газет не издается, как и на французском. Революционная пресса печатается только на языках противников Антанты, чтобы вызвать революции вслед за Россией еще и в Германии и в Австро-Венгрии. А через несколько минут допроса Джон Рид прямо скажет, что американцы просили большевиков публиковать в издаваемой ими «Ди Факел» пропагандистские материалы США. Чтобы они дошли таким путем до немецких окопов. Читайте текст допроса – все открыто, об этом прямо говорится.

Потом Джон Рид рассказывает много интересных для современного читателя подробностей об организации снабжения продовольствием после Октября, о пресечении «винных бунтов», об управлении рабочими заводами. Читать все это увлекательно и крайне познавательно. Но давайте постараемся понять общий смысл слов Джона Рида. А он все тот же: в России все нормально, не нужно свергать власть большевиков. Не нужно восстанавливать могучую Российскую империю в том виде, в каком она существовала в качестве союзника США, Великобритании и Франции.

Для достижения этого столь необходимого результата Джон Рид… откровенно лжет (вот почему нельзя принимать присягу!), сообщая, что в 1918 году в России… издавались две кадетские газеты. Названий он, правда, не помнит. «Я видел газеты некоторых других партий, тоже оппозиционных. Они издаются в Москве и по сие время», – говорит Рид. На вопрос, какие же это газеты, он может назвать только газету левых эсеров. Больше ничего назвать не может. Тот факт, что никаких других легальных партий в Советской России нет, все запрещены, а значит, нет и других партийных газет, Джон Рид, разумеется, не помнит. Плохая у него память.

Много интересного узнает читатель из этой стенограммы. Например, вот такое откровение «пламенного борца»: «Когда я выступаю на митинге, я обычно получаю за это вознаграждение, потому что должен жить, и это мой единственный источник дохода». Вот вам и журналист! Пробыв несколько месяцев русской революции «независимым журналистом», Джон Рид стал работать «профессиональным революционером». Но вот не проверить нам сегодня, кто и сколько платил ему за участие в митингах! И платил ли вообще?! Ведь такое красивое объяснение для сенаторов по источнику происхождения денег…

Одним словом, надо читать. Но читать с открытыми глазами.

Николай Стариков

Из статьи, опубликованной в журнале «Коммунист», официальном органе Объединенной коммунистической партии Америки, № 10 за 1921 г.

«Отличительной особенностью II конгресса было участие в нем многочисленных истинных пролетариев, настоящих рабочих-борцов – участников забастовок, защитников баррикад и активных руководителей национально-революционного движения в отсталых и колониальных странах. Спартаковцы из Германии, синдикалисты Испании, члены ИРМ из Америки, руководители венгерских Советов и Венгерской Красной Армии, английские “шопстюарты”, представители от рабочих комитетов промышленного района на реке Клайд, голландские транспортные рабочие, индийские, корейские, китайские и персидские повстанцы, ирландские шинфейнеры и аргентинские докеры-коммунисты, австралийские “уоббли”. У всех этих людей не было ясного представления о коммунизме, их понятия о диктатуре пролетариата, парламентаризме и необходимости политической партии были совершенно различны, но их приветствовали как братьев по революции, как лучших борцов рабочего класса, как товарищей, которые готовы умереть ради свержения капитализма. И почти все они покидали Москву убежденные, что коммунистическая партия необходима…

Первым решением конгресса, направленным на централизацию и усиление дисциплины, было решение о переименовании наших партий в коммунистические партии, основанные на демократическом централизме; о чистке рядов партий от оставшихся в них оппортунистов и реформистов; о том, чтобы на руководящих постах в них находились только испытанные и надежные коммунисты…