Читать онлайн «Война США в Афганистане. На кладбище империй». Страница 52

«В конце весны и начале лета 2003 г. мы встретились с президентом Карзаем и другими лидерами Афганистана, которые назвали дополнительных кандидатов на 35 ключевых должностей. Я хотел создать стабильные структуры, в которых работали бы проверенные люди и которым верили простые афганцы», – вспоминал Эйкенберри 52.

Работа, которую проделал Эйкенберри, значительно повлияла на подготовку сотрудников Министерства обороны и солдат. Афганские новобранцы обучались стрельбе, тактике взводов и рот, применению тяжелого вооружения, саперному делу и получали другие навыки53. Уровень дезертирства на первых порах был очень высок – в 1-м афганском батальоне дезертировало в среднем до 50 процентов личного состава ежемесячно, но к лету 2003 г. он снизился до 10 процентов, в 2004 г. составил от 2 до 3 процентов в месяц, а в 2006 г. – 1,25 процента 54.

Афганская армия столкнулась с проблемами в 2003 г., когда Эйкенберри покинул Афганистан. В 2005 г. он вернулся и занял дожность командующего американскими войсками в Афганистане. На смену Эйкенберри пришли два генерала ВВС США, практически не имевшие опыта создания иностранных армий – генерал-майор Крейг П. Уэстон и генерал-майор Джон Т. Бреннан. «Назначение летчика ответственным за создание армии – это то же самое, как назначить армейского генерала ответственным за создание ВВС Афганистана. Он не знал бы, что надо делать», – сказал мне высокопоставленный американский военный 55.

В декабре 2005 г. министр обороны Рамсфелд посетил Кабул и встретился с министром обороны Вардаком, советником по национальной безопасности Залмаем Расулом и министром финансов Анваром уль-Хаком Ахади. Вардак, дородный властный мужчина, стал офицером афганской армии в 80-х годах, после чего перебежал к моджахедам и вступил в ряды Национального исламского фронта Афганистана во главе с Пиром Саидом Ахмадом Гайлани. В 1987 г. он участвовал в одной из самых удачных операций моджахедов против советских войск (кодовое название «Аваланш») – засаде, в которую попала советская автоколонна. Потери, которые понесли тогда русские, стали для них самыми большими после окончания Второй мировой войны 56. Вардак очень хорошо относился к Соединенным Штатам, несколько раз выступал на слушаниях в Конгрессе во время войны против Советского Союза и лечился там после ранения ракетой «Скад» в 1989 г. У Ахади тоже были тесные контакты с Соединенными Штатами – он получил степень доктора философии в Северо-Западном университете. Ахади преподавал в колледжах Карлтон и Провиденс.

«Рамсфелд устроил нам разнос», – вспоминал Дауд Якуб, который также присутствовал на декабрьской встрече. Иметь в Афганистане армию численностью в 70 000 человек, за что выступал министр обороны Вардак, было просто непосильной задачей. Рамсфелд сказал, что армия численностью 45 000–52 000 человек «намного разумнее». Если афганцы хотят иметь 70-тысячную армию, заявил он, то они должны взять на нее деньги где-нибудь еще. Заявление Рамсфелда вызвало сильные споры в афганском правительстве, хотя деньги на большую армию были, в конце концов, найдены 57. Когда в 2006 г. в должность начальника Security Transition Command-Afghanistan вступил Дурбин, дела стали постепенно налаживаться. Несколько частей Афганской национальной армии были развернуты в различных районах Афганистана, они приступили к проведению боевых операций и обеспечению законности и порядка.

В 2005 г. афганские войска добились значительных успехов в провинции Кунар в ходе операции «Катания», целью которой было уничтожение позиций повстанцев перед сентябрьскими парламентскими выборами 58. В 2006 г. солдаты Афганской национальной армии сыграли ключевую роль в двух крупных противоповстанческих операциях – «Маунтин Траст» в южном Афганистане и операции «Маунтин Лайон» в провинции Кунар 59. Солдаты 3-й бригады 203-го корпуса Афганской национальной армии сражались вместе с американцами из оперативной группы «Спартан», в которую входили 3-я бригадная боевая группа 10-й горной дивизии и 1-й батальон 3-го полка морской пехоты. В операции было задействовано более 2500 афганских военнослужащих и солдат коалиционных сил60. В 2007 г. части афганской армии при поддержке небольшого американского контингента участвовали в операции «Мэйлуинд» в провинции Газни. Афганцы вынесли на себе основную тяжесть операции «Ахиллес» в провинции Гильменд.

Иногда солдаты афганской армии приносили пользу смешными способами. В 2006 г., например, подразделения американских сил специальных операций и афганской армии участвовали в тяжелых боях в районе Тарин Кот, маленького пыльного городка с населением 10 000 человек в провинции Урузган в центральном Афганистане. Единственная взлетно-посадочная площадка в городе располагалась на территории базы группы НАТО по восстановлению провинции, которую называли «Кэмп-Холланд» по развернутому там довольно большому контингенту голландских солдат. Американский спецназовец во время боя наблюдал, слегка растерявшись, как афганский солдат отложил свой автомат Калашникова и, обратившись в сторону Мекки, начал молиться Аллаху. Он проделал гораздо больше обязательных для мусульман пяти ежедневных молитв.

Когда бой закончился, американец спросил его, что он делал. «Я молил Аллаха прислать «Апачи», – ответил афганский солдат. – И знаешь что? Аллах услышал мои молитвы. «Апачи» прилетели и спасли положение». Подобно русским, которые очень полагались на вертолеты, американцы активно применяли боевые вертолеты «Апач» против талибов в сельских районах. «Апач» ошеломлял противника шквалом огня своей 30-мм автоматической пушки скорострельностью 625 выстрелов в минуту. Его вооружение составляли также противотанковые ракеты «Хеллфайр» и неуправляемые ракеты. Термобарические ракеты «Хеллфайр», которые несут некоторые «Апачи», особенно страшны. «Эффект от взрыва в замкнутом пространстве ошеломляющ, – говорится в одном из докладов ЦРУ. – Находившиеся рядом с эпицентром исчезают. Находившиеся на расстоянии получают многочисленные внутренние и потому невидимые повреждения»61.

Солдаты Афганской национальной армии начали зарабатывать репутацию крепких и упорных бойцов. По всеобщему признанию, в ходе обучения у американских инструкторов они отлично овладевали тактикой и методами противоповстанческих операций. Своими действиями при подавлении массовых беспорядков, доставке гуманитарной помощи, сборе разведывательной информации о мятежниках и их пособниках, во время поиска складов с оружием афганцы впечатлили многих наблюдателей 62. Некоторые утверждали, однако, что стремление обеспечить высокое качество подготовки стоило очень дорого. В аналитической справке, подготовленной Всемирным банком, отмечалось, что «структура заработной платы Афганской национальной армии, определенная без учета бюджетных ограничений и уровня заработной платы в гражданском секторе, создает прецедент, к которому будут стремиться полиция и другие сектора и который обойдется очень дорого в финансовом отношении»63.

Несмотря на растущий уровень боевой подготовки, афганская армия по-прежнему не имела собственной авиации и самоподдерживающейся сметы текущих расходов. Во время боевых действий она полагалась на поддержку военной авиации США и международных сил, ее вооружение было изношено. Подобно полицейским, у большинства солдат имелся ограниченный запас боеприпасов и несколько магазинов. В частях афганской армии было мало минометов, пулеметов, автоматических гранатометов МК-19 и артиллерии. В ней практически отсутствовали транспортные вертолеты и самолеты, не было и штурмовой авиации. Армия не имела бронежилетов, взрывозащитных очков, кевларовых касок, бронированных автомобилей «Хамви» и легких бронированных гусеничных машин с пулеметом, установленным во вращающейся башне, оборудованных противокумулятивными экранами 64. Все это мешало ей самостоятельно проводить боевые операции против хорошо вооруженных отрядов талибов, оснащенных реактивными гранатометами, безоткатными орудиями и зенитными пулеметами, в том числе 12,7-мм пулеметами ДШК советского производства 65.

Неспособность властей обеспечить соблюдение законности и порядка в сельских районах Афганистана толкала местное население в объятия «Талибана». Афганская разведка признавала: «Мы вообще не смогли обеспечить правопорядок и защитить население деревень от мятежников и других нежелательных элементов»66. В других внутренних документах такая оценка повторяется: «У населения создается ощущение, что для его защиты делается недостаточно, и растущие преступность и коррупция делают ситуацию похожей на ту, что привела к подъему «Талибана» [в начале 90-х годов]»67. Это был поразительный вывод. Один высокопоставленный афганский чиновник рассказывал мне: «Армия входит в город, очищает его от мятежников, находится там несколько дней, затем уходит. Но так нельзя обеспечить долгосрочную безопасность. Это становится причиной недовольства местного населения. Оно поддерживает «Талибан» пассивно.