Читать онлайн «Флот двух океанов». Страница 43

Ни одна американская торпеда в цель не попала, зато в 23.27 японские «лонг лэнсы» начали выпускать кишки крейсерам Райта. «Миннеаполис» вздрогнул от 2 страшных взрывов и вышел из линии. «Нью Орлеанс» повернул, чтобы не столкнуться с ним, и налетел на торпеду, которая начисто отрезала ему носовую часть до башни № 2. «Пенсакола» повернул влево, чтобы обойти 2 горящих крейсера. Его силуэт четко обрисовался на фоне пожаров, и крейсер получил торпеду прямо под грот-мачту, которую нефть из разорванной цистерны превратила в ужасный факел. «Гонолулу» ушел от опасности, благодаря искусному маневрированию штурмана, капитан-лейтенанта Джорджа Ф. Дэвиса. На эту честь мог претендовать командир корабля капитан 1 ранга Роберт У. Хейлер, однако он благородно отдал Дэвису его лавры. «Нортгемптон» дал 18 залпов главным калибром, получил 2 попадания торпедами и затонул после почти 3 часов отчаянных попыток аварийной команды спасти его. 1 декабря в 1.30 все японские корабли, если не считать потопленного «Таканами», совершенно невредимые, были уже далеко от пролива Железное Дно.

3 поврежденных тяжелых крейсера были спасены благодаря незаурядной энергии и умению их экипажей. Они были отправлены домой на ремонт и вернулись в состав флота только следующей осенью. Горькая правда состоит в том, что бой у Тассафаронги стал крупным поражением, которое японцы нанесли значительно более сильному соединению. Наша крейсерская эскадра захватила врасплох группу эсминцев, палубы которых были завалены грузами, и была разгромлена. Однако Танаке не удалось доставить припасы, что вызвало резкое неудовольствие его начальников.

Но 3 декабря этот замечательный офицер был готов совершить новый поход. Генерал Имамура, который принял командование силами армии в Рабауле, имел теперь около 60000 солдат и планировал перебросить на Гуадалканал 2 дивизии. Успешные походы были совершены 3 — 4, 7 — 8 и 11 — 12 декабря. Японцам попытались помешать, но не остановили их, торпедные катера из Тулаги. 9 декабря РТ-79 под командой мл. лейтенанта Джона М. Сирлса потопил большую подводную лодку I-3. 12 декабря 3 торпедных катера мл. лейтенанта Лестера Г. Гэмбла потопили флагман Танаки, новейший эсминец «Тэрудзуки».

Япония имела все основания гордиться своими эсминцами, их успехи были вполне заслуженными. В течение 40 лет Императорский Японский Флот приложил массу усилий для усовершенствования торпед, отработки тактики ночного боя и торпедных атак. Эсминцы типа «Фубуки», из которых состояло соединение Танаки, имели 9 торпедных аппаратов, снаряженных смертоносными «лонг лэнсами». Экипажи были обучены перезаряжать аппараты за считанные минуты, а все командиры были специалистами по торпедам. Ни американские, ни британские эсминцы не имели подобного оружия, методик и тренировок. Тем не менее, ошибочная тактика и глупая стратегия обрекли на неудачу попытки японцев удержать Гуадалканал. В своей работе «Проигранное сражение за Гуадалканал», опубликованной в журнале USNIP, адмирал Танака анализирует причины поражения японцев. Он считает, что отсутствовал общий план действий, использовались раздробленные силы, связь была ужасной, взаимоотношения с армией были невыносимы. Японцы недооценили противника и потеряли превосходство в воздухе. «Мы плелись от одной ошибки к другой, в то время, как противник умнел», — пишет адмирал.

В последнюю неделю ноября и первую неделю декабря силы союзников на острове были сменены и увеличены. 1 дивизия морской пехоты, которая сражалась почти без перерывов 17 недель, была сменена 2 полками 2 дивизии морской пехоты. Сюда же была направлена дивизия «Америкал». 9 декабря ее командир, генерал-майор Александр М. Пэтч, сменил генерала Вандегрифта.

До конца декабря японцы воздерживались от посылки каких-либо кораблей, кроме подводных лодок, чтобы облегчить положение истощенного гарнизона Гуадалканала. Однако японцы строили новую взлетную полосу в Мунде, чтобы сократить перелет до Гуадалканала. Она строилась в обстановке большой секретности в густой пальмовой роще. Деревья стояли на месте до самой последней минуты. К 5 декабря полоса длиной 2000 фт была готова. Так как воздушные бомбардировки были не в силах остановить японских бобров, Хэлси приказал легким крейсерам и эсминцам обстреливать Мунду. Это началось ночью 4 января 1943.

Именно в этот день Тодзио решил эвакуировать Гуадалканал. Однако это решение было доведено только до части высшего японского руководства и оставалось неизвестно союзникам, пока операция не была завершена. Токийский экспресс 10 — 11 января стоил нам 2 торпедных катеров, а японцам 1 эсминца. Ночью 14 — 15 января контр-адмирал Коянаги, сменивший Танаку, повел вниз по Слоту 9 эсминцев с арьергардом для прикрытия эвакуации и благополучно высадил его.

К 23 января наша воздушная разведка сообщила, что в Рабауле и Буине собралось большое количество транспортов, грузовых судов и эсминцев, а линкоры и авианосцы кружат около Онтонг Джавы, севернее Гуадалканала. Это была подготовка к эвакуации, однако адмирал Хэлси предположил, что готовится переброска новых крупных подкреплений. Он послал к острову 4 груженых транспорта под сильным прикрытием, надеясь вызвать Ямамото на новую морскую битву. Однако главнокомандующий Объединенного Флота отклонил гамбит. Используя новый аэродром Мунды, он провел 2 успешные воздушные атаки, которые стоили нам тяжелого крейсера, пережившего бой у Саво.

Соединение контр-адмирала Роберта К. Гиффена, прикрывавшее транспорты, состояло из тяжелых крейсеров «Уичита», «Чикаго», «Луисвилл», 3 легких крейсеров, 8 эсминцев и 2 эскортных авианосцев типа «Сэнгамон», которые впервые показали себя при высадке в Касабланке. Айк Гиффен, весьма колоритный офицер, до сих пор почти не имел дела с вражескими самолетами. Поэтому, когда в сумерках 29 января его соединение атаковали японские торпедоносцы, он выбрал неудачный строй для отражения атаки. Его корабли не имели приказа, что им следует делать. Но что гораздо хуже, он оставил эскортные авианосцы далеко позади, и потому лишился воздушного прикрытия. Он упрямо мчался вперед, полагаясь только на зенитный огонь, в то время как японские летчики повторяли свои атаки. В 19.45 «Чикаго» получил попадание и потерял ход. Гиффен приказал крейсеру «Луисвилл» (капитан 1 ранга К. Тэрнер Джой) взять поврежденный крейсер на буксир и в сопровождении 6 эсминцев тащить его на юг. 30 января в 16.00 японцы перехватили эту группу. Теперь поврежденный «Чикаго» имел воздушное прикрытие с «Энтерпрайза», который Хэлси отправил на помощь. Однако воздушный патруль «Биг Э» оказался недостаточно силен, чтобы прикрыть почти неподвижную цель. В нескольких милях восточнее острова Реннел 9 торпедоносцев «Бетти» прорвались к «Чикаго» и всадили 4 торпеды в беспомощную цель. Он затонул через 20 минут. Бой у острова Реннел стал последним из 7 крупных морских боев возле Гуадалканала.

Американские транспорты выгрузили войска и припасы в Лунга Пойнт без помех, как и второй конвой, который прибыл 4 февраля 1943.

К этому времени японцы почти полностью покинули Гуадалканал. Они выбрали ночь 1 — 2 февраля для начала финальной эвакуации, которую следовало выполнить в несколько приемов за 2 или 3 недели. Американские корабли, самолеты, торпедные катера и мины должны были остановить корабли, которые по мнению адмирала Хэлси и генерала Пэтча перевозили на остров свежие войска. Еще 2 рейда, 4 — 5 и 5 — 6 февраля завершили работу, сняв последние 11000 японских солдат. Американские войска так и не сообразили, что происходит, до 9 февраля, когда они вышли к западной оконечности острова, не встретив ни одного живого японца. В тот день генерал Пэтч радировал адмиралу Хэлси:

«Полный и окончательный разгром японских войск на Гуадалканале ожидается сегодня… Токийский экспресс больше не имеет остановки на Гуадалканале».

Таким образом 2500 кв. миль вонючих джунглей и покрытых буйной зеленью гор окончательно попали в руки американцев после 6 месяцев тяжелого труда и страданий. Потери американских войск были не слишком велики, японцы пострадали гораздо сильнее. Однако число моряков, погибших с обеих сторон в морских боях, и летчиков, сбитых над Слотом, проливом Железное Дно и аэродромом Гендерсон, никто не считал. Каждая из сторон потеряла по 24 корабля, не считая торпедных катеров и транспортов. В тактическом плане Гуадалканал оказался очень полезным учебным полигоном для американского флота, армии и морской пехоты. Со стратегической точки зрения здесь был остановлен противник, пытавшийся прорваться антиподам. Была решена задача № 1 операции «Уотчтауэр» — трудного восхождения к Рабаулу.

Название «Гуадалканал» навсегда останется в американской военной истории, напоминая ожесточенные схватки в воздухе, страшные ночные морские бои, отчаянную работу по доставке снабжения и строительству аэродрома, ужасные сражения в джунглях, ночную тишину, прерываемую воем бомб и грохотом снарядов тяжелых морских орудий. Слава тем, кто пал! Зазубренный конус острова Саво, возвышающийся над залитыми кровью водами пролива Железное Дно, стал вечным памятником людям и кораблям, которые повернули вспять японский прилив.