Читать онлайн «Забайкальское казачество». Страница 119

Среди пехотных офицеров была полная неосведомленность о противнике, местонахождении своих войск, не знали, где находятся их начальники; полки, батальоны, роты оставляли свои окопы без всякой причины с первым разрывом немецкого снаряда, боясь окружения или обхода; разведку никто не вел, при восстановлении утраченного положения слепо шли вперед, попадая под перекрестный огонь пулеметов; моральное состояние войск было подавленное, остановить бегущих деморализованных солдат, не применяя оружия, оказывалось невозможным.

Когда 10 августа ростовцы, аза ними дружинники побежали с позиций, не выдержав ураганного огня немецкой артиллерии, казаки ничего не смогли сделать, чтобы остановить их. Обезумевшие от страха люди прорвали казачью лаву и разбежались кто куда. Артиллерия противника безнаказанно господствовала на поле боя, а наша молчала, сберегая снаряды на крайний случай. Пехота немцев несла потери практически только от ружейно-пулеметного огня стойко оборонявшихся подразделений и частей прикрытия, но и они в конечном итоге вынуждены были отходить из-за невозможности держаться на позициях под разрывами сотен снарядов. Но когда в бой вступала русская артиллерия, положение резко менялось. Так, например, занявшие без боя д. Хлевищи немцы 9 августа попали под огонь нескольких русских батарей, в том числе и Забайкальского дивизиона. Удар по скоплению пехоты, конницы, обозов оказался настолько эффективным, что противник, бросая убитых и раненых, бежал в панике несколько верст назад, на свои исходные позиции. Это доказывало то, что будь у русской артиллерии достаточное количество снарядов или столько, сколько у немцев, было бы легче с ним воевать. С винтовкой же противостоять тяжелой артиллерии противника русский солдат не мог при той подавленности морального духа, связанного с непрерывным отступлением, какое было в пехотных частях. Сопротивление оказывали наиболее дисциплинированные и сплоченные войска, такие, как полки 1-й Забайкальской казачьей дивизии, и не случайно командующий 4-й армией генерал А. В. Эверт в своей телеграмме командиру гренадерского корпуса возлагал на них надежды. Он телеграфировал: «Передайте забайкальцам, что я уверен, что они долго не пропустят противника через Пущу».

В первых числах августа Северо-Западный фронт был разделен на два фронта — Северный и Западный. В обязанности главнокомандующего Западным фронтом, в состав которого вошла 4-я армия, вступил талантливый военачальник генерал М. В. Алексеев. Группа армий этого фронта прикрывала пути, ведущие на Москву. В их задачу после отхода входило прочно удерживать в своих руках район Гродно, Белосток от Верхнего Нарева до Брест-Литовска включительно; прикрывать пути по правому берегу Верхнего Буга к рубежу Брест, Кобрин, Пинск, Лукинец.

А пока армии отходили, выталкиваемые из Польши немецкими войсками.

11 августа 1-й Верхнеудинский полк дважды спасал положение, закрывая бреши на позициях пехоты, останавливал и возвращал в окопы бегущих гренадер, обеспечивал связь между левым флангом 2-й гренадерской дивизии у д. Васильки и правым флангом 25-го корпуса у д. Бушмичи, сдерживал противника в этом промежутке уд. Подбуров. Потом был брошен для ликвидации прорыва между гренадерским и Сибирским корпусами.

Взводы 2-й сотни задержали и вернули в окопы сотни бегущих гренадер, а 3-я сотня была выслана на разведку и поиски 2-го батальона сибирских стрелков, не прибывшего на позиции в окопы. Гренадеры Сибирского, Московского, Киевского и Таврического полков в половине восьмого вечера бросили свои позиции, а 9-й и 54-й Сибирские стрелковые полки мужественно сражались с врагом.

Очевидно, что не только превосходство немецкой артиллерии над русской заставляло пехоту покидать свои окопы, но и обыкновенная трусость и паникерство, поразившие многие полки Русской армии в великое отступление 1915 года.

Казаки в этот день показали пехоте пример стойкости. 1-я сотня 1-го Аргунского полка подъесаула Духовского с утра и до 5 часов дня вела непрерывный бой с полнокровной ротой немцев. 60 казаков противостояли 180–200 хорошо обученным, закаленным в боях пехотинцам противника, наступающим при поддержке пулеметов и артиллерии. Продвинувшись за день боя на 600 шагов к окопам казаков, они остановились и начали окапываться. Сотня отошла после получения приказа. Командир ее, сотник Шемелин, будучи раненым, остался на позиции, руководил боем, вывез всех раненых и убитых, отвел сотню и пулеметы на другую позицию и только когда прибыл заместитель, убыл в госпиталь.

12 августа 1-й Читинский полк прикрывал правый фланг 2-й гренадерской дивизии, вел бой и не позволил противнику прорваться на этом направлении и выйти во фланг и тыл пехоте. 6-я сотня 1-го Верхнеудинского полка обеспечивала левый фланг этой дивизии, вела разведку и поддерживала связь с 25-м корпусом. Вечером сотня заняла брешь в обороне одного из полков дивизии и к 12 часам ночи поступила в распоряжение командира 9-го Сибирского стрелкового полка.

13 августа верхнеудинцы и читинцы прикрывали отход гренадер, медленно отступая с одного рубежа на другой, вели разведку. Как только последний казак из разведывательных сотен перешел мост через реку Лесна, его подожгли, а сотни заняли позицию у переправы.

14 августа 1-я Забайкальская бригада вела бой на позициях, высылала разведывательные сотни, прикрывала отход пехоты.

В арьергарде бригады находился 1-й Читинский полк, который удерживал переправу через р. Лесна до отхода 5-й Донской казачьей дивизии, а потом сам отошел в образовавшийся разрыв между донцами и гренадерской дивизией. Кони казаков сутками не были расседланы, не кормлены, так как болотистая местность и отсутствие дорог не позволяли подвозить фураж; начались проливные дожди.

До конца августа 1-я Забайкальская бригада прикрывала отход 25-го и гренадерского корпусов и 7 сентября перешла в распоряжение командира 9-го армейского корпуса. Отбивая атаки передовых частей противника, бригада заставляла его вводить в бой главные силы.

10 сентября 1-й Читинский полк убыл для прикрытия отхода 11-го армейского корпуса. Его 5-я сотня, перемещаясь на другую позицию, попала под ружейно-пулеметный огонь противника и потеряла 6 казаков ранеными. Всех раненых, кроме одного, удалось вывезти, а казак Иннокентий Бородин был оставлен на поле боя. Казаки, как ни старались, не смогли прорваться к нему через наступающую по пятам цепь противника.

13 сентября 1-я Забайкальская бригада была выведена в резерв 4-й армии и расположилась в д. Мир. Противник, тоже измотанный непрерывными боями, стал выдыхаться, темп наступления замедлился.

17 сентября корпуса 4-й армии перешли в наступление, которое из-за упорного сопротивления противника и отсутствия боеприпасов развивалось медленно, до ввода в прорыв 1-й Забайкальской бригады дело не дошло. Ночью 18 сентября русская пехота отошла в исходное положение, а бригада осталась до 3 октября в армейском резерве 4-й армии.

3 октября она временно вошла в состав 25-го армейского корпуса, которым командовал генерал-адъютант А.Н. Куропаткин, старый знакомый забайкальцев по Русско-японской войне. Забегая вперед, следует сказать, что и в этой войне он оказался неспособным руководить ни корпусом, ни 5-й армией, ни Северным фронтом. Все наступательные действия подчиненных ему корпусов и армий заканчивались неудачно. Гораздо лучше справился он с подавлением Среднеазиатского восстания в 1916 году, будучи Туркестанским генерал-губернатором. С мая 1917 года и до конца своей жизни жил в своем бывшем имении Псковской губернии, где преподавал в средней школе и основанной им сельскохозяйственной школе. К белому движению он не примкнул, а также отверг предложение французского посла эмигрировать из России.

После ликвидации Свенцянского прорыва немцев отступление русских армий прекратилось, и положение на русских фронтах стабилизировалось. Обе стороны перешли к позиционной обороне на всем протяжении русского фронта — от Балтийского моря до румынской границы. Линия расположения противника тянулась по Западной Двине от Риги до Двинска и далее, почти по прямой линии на Поставы, Крево, Барановичи, Пинск, Дубно, Тарнополь, Бугач и Новоселицы.

К этому времени великий князь Николай Николаевич был назначен на Кавказ, а верховное командование принял на себя Николай II, при начальнике штаба генерале М, В. Алексееве. В должность главнокомандующего Западным фронтом вступил А.Е. Эверт, а командующим 4-й армией стал генерал от инфантерии Рагоза.

1 — я Забайкальская бригада разместилась в районе г. Бобруйска. С I по 31 декабря офицеры и казаки стали уезжать в отпуска. Полки приводили себя в порядок, отдыхали. Приходили приказы о награждении офицеров и казаков орденами и медалями. Проводились смотры и парады Георгиевских кавалеров. Рассматривались дела провинившихся казаков и офицеров в различных судебных инстанциях, которые из-за постоянных боев не были ранее рассмотрены.