Читать онлайн «Операция "Невозможное" (Лето и осень сорок пятого)». Страница 188

Причина столь быстрой смерти заключалась в том, что смертельным ядом был обработано не только лезвие кинжала, но и его ручка. При этом яд, был использован совершенно иной. При простом прикосновении пальцев он был абсолютно нейтрален, тогда как прикосновение влажными руками, приводило его в действие.

При трансдермальном проникновении яда в организм, быстрота его воздействия значительно уменьшалась. Благодаря этому, Кумар Сингх и прожил на десять минут больше своего врага.

Бедную Мэнни Пэнни, потом долго таскали по кабинетам грозного учреждения МИ-5, требуя признательных показаний о работе на вражескую разведку, но секретарша твердо стояла на версии аффекта. Яд, приготовленный в секретной лаборатории, не был обнаружен.

Расследовавшие это дело британские следователи, не исключали возможности отравления обоих фигурантов, но доказать ничего не смогли.

Извести о смерти Черчилля, в Москву сначала поступило по линии телеграфного агентства. Падкие на сенсацию, западные журналисты наплевали на все протесты англичан, выдали это в эфир и на страницы газет, незамедлительно.

Получив это известие, Берия с огромным трудом выждал два часа, пока смерть британского премьера не подтвердили через посольство. Только тогда, нарком потребовал машину и отправился на доклад в Кремль.

Сталин холодно выслушал доклад Лаврентия Павловича. Низко наклонив голову, он подошел к окну и, взглянув на хмурое октябрьское небо, перекрестился. Молился ли он в этом момент перед Богом за прегрешение или пытался оправдаться перед ним государственными интересами, неизвестно.

Простояв у окна около минуты, вождь повернулся к наркому и сказал.

— О случившемся, надо немедленно сообщить Вышинскому в Стокгольм. А также следует отправить инструкцию к действиям. Пусть дожимает англичан и работает по американцам. Садись, пиши — приказал Сталин, и Берия послушно раскрыл один из лежавших на столе блокнотов. Начинался новый виток необъявленной войны, которая медленно, но верно приближалась к своему финалу.

Командующий американскими войсками на Тихом океане генерал армии Дуглас Макартур, все начало октября находился в скверном настроении. Легендарный полководец, герой Америки, награжденный множеством медалей за храбрость, откровенно побаивался японцев. Вернее сказать, он остерегался определенных возможностей своего противника. Это были не линкоры с авианосцами, атомная бомба, сверхмощная пушка или химическое и биологическое оружие. Пятизвенный генерал, всерьез опасался магических ритуалов синтоистов, способных обрушить силы небес на голову врага.

Да, да, прожженный материалист и прагматик, потомок покорителей дикого Запада верил, что потомкам богини Аматерасу подвластно управление главными стихиями планеты. Американский генерал, не был полностью уверен, подвластна ли японским священнослужителям земля с огнем, но вот в том, что они могли оказывать воздействие на воздух и воду, в этом он не сомневался.

О мистических способностях противника Макартур слышал с самого начала войны и как любой нормальный человек, носящий военную форму, а уж тем более генеральский мундир, относился к этой информации крайне скептически. Мало ли чего там говорят разные ученые умники, которые только и умеют, что красиво и загадочно говорить, и получать за это деньги американских налогоплательщиков. То чего нельзя было пощупать, посмотреть и быстро применить, для генерала не могло существовать в принципе.

Однако по мере того как он воевал с японцами, его мнение относительно этого вопроса стало постепенно меняться. Всякое ухудшение погоды, будь это туман, дождь или шторм, он стал связывать с происками врага. Сначала в шутку, а потом и всерьез, он вспоминал недобрым словом японские храмовые ритуальные песнопения, способные нанести ощутимый вред американским войскам.

Например, несмываемым позором на американский мундир, легла высадка многотысячного десанта на остров Кыска, где врага не оказалось и в помине. Ведь только благодаря внезапно появившемуся туману, японцы ушли с острова буквально под носом у янки, которые утюжили пустой остров несколько дней.

Потом, синоптики клялись и божились генералу, что тумана не должно было быть. Что он появился буквально неоткуда и непонятно почему. И чем дольше он воевал, тем больше становилось таких примеров, когда непогода выступала на стороне противника.

Следует сказать, что все свои опасения, генерал держал сугубо при себе и дальше ближнего окружения они не шли. Первый раз, он публично озвучил их в августе месяце, когда американские летчики никак не могли сначала снять развалины Хиросимы, а потом доставить эти снимки в Америку. Момент был весьма щекотливый, и только счастливый случай, помог генералу Маккартуру сохранить лицо. Вот тогда-то герой Америки и обвинил во всем происходящем японских колдунов.

Многие молодые офицеры его штаба, случай со снимками был досадной случайностью и слова о возможностях врага управлять погодой, восприняли как генеральскую причуду. Для самого же Макартура, это стало своеобразным Рубиконом. Он окончательно поверил, что враги обладают пусть далеко неусовершенствованным, но всё же, метеорологическим оружием. И чем ближе становилась дата начала проведения операции по высадке на японский остров Кюсю, тем сильнее росло опасение Дугласа Макартура.

Наступательные планы американцев, не были для японцев тайной за семью печатями. То, что после захвата Окинавы, следующая цель американцев будет Кюсю, сомневаться не приходилось.

Определив направление наступления врага, японцы всячески старались если не сорвать его вторжение в метрополию, то хотя бы отсрочить день начала «Даунфола». Благодаря своему бактериологическому оружию, они сумели расстроить планы американского командования, но не более того. Получив очередной болезненный укол в мягкое место, очкастый ковбой из Белого дома просто рвал и метал, требуя немедленного пролития японской крови.

Некоторые советники, предлагали президенту Трумэну обрушить на голову противника бомбы и снаряды, содержавшие отравляющие вещества. Этот ход вполне вписывался в общую стратегию американцев, отводящих главную роль в наказании противника авиации. Какая разница в замене одних бомб другими, но все оказалось не так-то просто. Бомбы с отравляющими веществами нужно было ещё доставить на Окинаву, и никто не знал, как они проявят себя в столь массовом применении.

Но не это было главным. Подобными действиями производители отравляющих веществ переходили дорогу производителям обычного вооружения, что грозило им большой потерей прибылей. Для господ промышленников это было невозможно. И они принялись активно топить конкурентов, под громкие крики о бесчеловечности применения подобного вида оружия против мирного населения Японии.

Ради очернения своих конкурентов, они не стеснялись приводить в пример Гитлера. Германский фюрер имел солидные запасы химического оружия, но так и не решился применить его против своих врагов. Лобби у господ промышленников, в виде прикормленных конгрессменов и советников президента имелось, и они в два счета отговорили Трумэна от этой затеи.

Вопрос о применении химического оружия был отодвинут на второй план, и всё было отдано на откуп, так любимой американским президентом ударной авиации. Ей было поручено вогнать в землю и уничтожить японские войска на острове Кюсю, открыть дорогу десанту корпуса морской пехоты.

Все выявленные разведкой цели и прочие объекты, представляющие интерес для военных были нанесены на карты американских летчиков. Карты были заправлены в планшеты, самолеты заправлены по самое горлышко. Переполненные мщением, экипажи авианосцев только и ждали приказа для свершения священного возмездия, но в дело вмешались проклятые колдуны.

Подтверждая самые худшие предчувствия генерала Макартура, американские синоптики вновь проморгали подготовку козней противника. За двое суток до начала операции, командующий затребовал подробнейший прогноз погоды и получил от метеорологов самые радужные обещания. Согласно бумаге, скрепленной авторитетными подписями и печатями, ничто не мешало американской ударной авиации напасть на врага.

Господа ученые дружно клялись и божились в верностях своих прогнозов. Трясли перед Макартуром синоптическими картами и кипами метеорологических сводок. Генерал поверил им, и как оказалось напрасно. Ровно за сутки до начала операции на американский флот, стоявший у берегов Окинавы, обрушился сильнейший ураган.

По словам старожилов подобного безумства природы, по своей силе и размаху, на острове не было сто лет. В считанные минуты, маленькая черная точка на горизонте, стремительно разрослась до огромных размеров, закрыв темно-свинцовым плащом, ярко светившее солнце.