Читать онлайн «НАРОДНОСТЬ, НАРОД, НАЦИЯ...». Страница 200

В условиях Великой Депрессии укрепления политического положения национального среднего класса, усложнения и усовершенствования производственных отношений нельзя было достичь без дальнейшего разрушения американским национальным общественным самосознанием общественно-политической самостоятельности отдельных штатов. Но добиться соответствующего усиления национального общественного самосознания оказывалось возможным только наступлением космополитического материалистического либерализма на местническое общинное протестантское мировоззрение англосаксов, а такое наступление либерализма постепенно размывало и расшатывало протестантское мировоззрение, подрывая способность государствообразующего этноса к сохранению в общинах традиций родоплеменного общественного и архетипического умозрения. В США при Рузвельте, с одной стороны, происходило усовершенствование национального общественного бытия, а господствующими политическими настроениями стали настроения национального среднего класса связанных с производственными капиталистическими интересами англосаксов. Но с другой стороны, национальное общественное бытиё и само существование национального среднего класса были поставлены в зависимость от их нацеленности на расширение мирового влияния американского правительства, чтобы оно выстраивало мировые рынки под задачи развития американского промышленного производства с помощью идеологического либерализма и мирового коммерческого капитализма. Такое положение дел постепенно подчиняло интересы национального среднего класса США глобальным коммерческим интересам либералов, заставляло сам американский национальный средний класс подлаживаться под либерализм и космополитизм.

Чтобы протестантские общинные настроения изменялись в соответствующем направлении, их прежнее изоляционистское и аскетическое мировосприятие постепенно разрушалось рекламной пропагандой либеральных свобод раскрепощённых индивидуумов и сугубо потребительских, материальных запросов, всяческого поощрения таких запросов. А культ абсолютных свобод и удовлетворение материальных запросов ставились в зависимость от превращения страны в мировую либеральную космополитическую империю, в мирового жандарма на страже интересов мирового коммерческого капитализма. Иначе говоря, за исторически временным подъёмом национального самосознания англосаксов и повышением социальной культуры их производственных отношений неизбежно должно было начаться разложение и того и другого, подобно тому, как это уже происходило в Англии и во Франции.

Во время Великой Депрессии североамериканская капиталистическая держава переживала то, через что Англия и Франция прошли во второй половине 19 века, и должна была заменить эти государства в мировой политике ради сохранения их достижений в борьбе за становление мирового капиталистического рынка товарно-денежных отношений и выстраивание управляющего мировым рынком мирового правительства. Заменять данные капиталистические державы в мировых делах США приходилось как раз потому, что в Англии и во Франции подчинение национального общественного бытия горожан государствообразующих этносов либеральному коммерческому космополитизму уже достигло критического значения, за которым последовал упадок национальных общественных отношений, производительных сил и способности управлять мировым рынком. Поскольку в Англии и во Франции самостоятельного усовершенствования национальных общественных отношений государствообразующих этносов не происходило, постольку эти страны стали терять значение мировых индустриальных держав и способность удерживать, сохранять мировой рынок товарно-денежного обмена, что угрожало всем капиталистическим странам и в первую очередь США.

А не происходило в Англии и Франции самостоятельного усовершенствования национальных общественных отношений по одной причине. Десятилетия вывоза данными державами коммерческого и производственного капитала в другие страны создало в метрополиях и провинциях Англии и Франции политически очень влиятельный слой рантье с либеральным потребительским мировоззрением и рабочую аристократию, которая стала тяготеть к образу жизни рантье. Слой рантье становился всё более и более ублюдизованным и оторванным от общественного архетипического умозрения государствообразующих этносов, от соответствующих идеологических, управленческих и производственных отношений, что оказывало воздействие и на рабочую аристократию, на квалифицированных рабочих и служащих производства. Имея в рантье свою политическую опору, в столицах-метрополиях британской и французской капиталистических империй сосредоточились мировые олигархические интересы, мировые олигархические семьи. Они поддерживали либеральные политические силы или навязывали самую выгодную для себя либеральную политику через масонство, через масонскую агентуру во всех ветвях власти, в партиях, в средствах массовой информации, в культуре и пр. Великая Депрессия, вызвав упадок мировой торговли, резко сократила доходы олигархов и правительств Англии и Франции, необходимые для поддержания военного присутствия в колониях, в других частях мира, благодаря которому сохранялся мировой капиталистический рынок. Она же сократила потребность данных держав в сырье колоний и слаборазвитых стран, в созданном так вывозимым из метрополий капиталом дочернем производстве полуфабрикатов и простых потребительских товаров. Это вызвало в колониях существенное ухудшение условий существования местного населения, возбуждало у связанного с добычей сырья и перерабатывающим, потребительским производством слоя местных горожан родовое бессознательное умозрение, направленное против государственной власти господствующих в них колониальных держав. Группы туземной интеллигенции, являющиеся первым поколением туземцев в городе и образованные на европейский лад для обслуживания интересов колониальных держав в колониях, пытались использовать это возбуждение бессознательного умозрения, готовность местного населения нести жертвы в борьбе со слабеющей иностранной государственной властью. Видя экономические успехи Советской России на фоне упадка мировой капиталистической экономики, они часто создавали политические организации с прокоммунистической направленностью, стремились получить поддержку в России, тем самым усиливая её влияние в разных частях света. Подобные организации быстро возрастали в численности и в политическом значении главным образом там, где были глубокими традиции общинного крестьянского земледелия, а в городах появлялся малоквалифицированный пролетариат по обслуживанию колониальных производств, которые создавались на местах предпринимателями из капиталистических индустриальных держав.