Читать онлайн «НАРОДНОСТЬ, НАРОД, НАЦИЯ...». Страница 148

Непримиримую борьбу пролетариата с собственниками индустриального производства, которую марксизм ошибочно рассматривал, как классовую борьбу, вдохновляли традиции народной борьбы крестьян и феодальных землевладельцев. Поэтому борьба пролетариата после возникновения отражающих его интересы марксистских идеологий и партий приобрела такую политическую организованность, такую способность опереться на крестьянские народные массы, что на время устранила из политики влияние либералов, выражающих интересы коммерческих спекулянтов, всяческих ростовщиков и торгашей. Говоря иначе, борьба эта увела в тень коммерческий капитализм как таковой, подчинила его политической цели ускоренной капиталистической индустриализации, которая должна была, согласно марксизму, на высшей ступени мирового обобществления производственных отношений приблизить полное господство коммунистического идеала человеческого общежития. Возможным же это стало именно потому, что марксизм использовал европейские христианские традиции непримиримого противоборства идеалистического строя с коммерческим капитализмом, наполнив их новым идеологическим содержанием.

Пока феодально-бюрократическая государственная власть опиралась на широкие слои народного крестьянства, коммерческий капитализм был поднадзорным и управляемым со стороны феодальной бюрократии. Но сокращение крестьянства среди всего населения переживающей регламентируемую индустриализацию страны ослабляло возможности феодально-бюрократического абсолютизма противостоять давлению коммерческого олигархического капитала, его стремлению с помощью идеологического либерализма ослабить государственную власть как таковую. В европейских странах, в которых сохранялась феодально-бюрократическая государственная власть, под воздействием революционных потрясений она стала вырождаться в крайние формы феодально-бюрократического абсолютизма, вынужденного заниматься проблемами индустриального развития и, так или иначе, прямо или косвенно, искать поддержки выражающих интересы индустриальных слоёв горожан идеологий и партий.

Другим было положение дел во Франции и США, в которых после буржуазных революций установилась буржуазно-представительная конституционная монархия и конституционная республика соответственно. Французская буржуазно-демократическая революция произошла уже после начала промышленного переворота в Англии. Поэтому на становление французского буржуазно-капиталистического государства, которое совершалось в эпоху индустриализации, оказывала непосредственное влияние борьба двух противоположных интересов получения капиталистической прибыли и соответствующих им форм не монотеистического идеологического насилия, то есть интересов и идеологий, порождённых промышленным производством, с одной стороны, и капиталистической коммерцией  с другой. Собственно, новая форма этнократического общества европейской промышленной цивилизации, осуществляющего общественно-государственную власть посредством представительной демократии и антагонистической борьбы двух самодовлеющих политических интересов, коммерческого и промышленного, как раз во Франции и была признана буржуазно-капиталистической нацией в современном понимании этого слова. А разработки политических учений, обосновывающих проведение самой выгодной для развития промышленного или коммерческого интереса политики, привели к появлению антагонистически непримиримых политических течений, каждое из которых порождало свои партии, развивало свои идеологии, отыскивая своё идеологическое насилие. Партийные организации, защищающие и продвигающие интересы коммерческой спекуляции или промышленных производственных отношений, рациональной политической борьбой и идеологиями стали вытеснять в европейских странах и США церковь от главенствующего влияния на массовое сознание. В новом, рационально-городском образе жизни те партии, которые отражали интересы промышленных производственных отношений в своём идеале национальных общественных отношений, постепенно предстали первым сословием, вытесняющим священников монотеистических церковных организаций и, по сути, занимающим их место,  но сословием особого рода, партийно-политическим.

Партии, которые отстаивали интересы коммерческого капитализма, проповедовали либерализм и невнятную идею гражданского общества, были явно или скрытно связаны с масонством и направляемы им. Либеральное масонство стало первым межгосударственным политическим движением эпохи буржуазного капитализма. Оно появилось тогда, когда городской капитализм был только коммерческим. Его верхушка, благодаря внутренне присущему коммерческому политическому интересу космополитизму и выражающему этот интерес идеологическому либерализму, под влиянием евреев ещё в 18 веке осознала себя единым, общемировым политическим движением. С того времени либеральное масонство столетия вело борьбу за мировое господство коммерческого капитализма, становление мировой исполнительной власти, призванной свергнуть всякую государственную власть и учредить мировое правительство, обслуживающее самые могущественные олигархические кланы планеты. Тайный характер организаций либеральных масонов объяснялся тем, что они опирались на абсолютное меньшинство населения любой страны, только на тех, кто вовлекался в обслуживание коммерческого интереса. По этой причине они вынуждены были скрывать цели своей политики от социальных слоёв, занятых в той или иной производственной деятельности и почти везде составляющих подавляющее большинство населения.

Промышленный же интерес только в разработанной Марксом и Энгельсом концепции классовой борьбы за глобальный пролетарский коммунизм был поднят до уровня мирового интереса, и эта концепция побуждала к созданию мирового политического движения, призванного организовать пролетарские партии во всех странах мира для осуществления глобального политического господства. “Международное товарищество рабочих”  I Интернационал и II Социалистический Интернационал создавались как мировые орденские организации, как новое, антилиберальное масонство для осуществления конкретных задач в данном направлении. Однако ревизия политических целей тред-юнионизма в Великобритании, социалистической партии во Франции и рабочего движения в США, которая происходила во второй половине 19 века, после того, как в этих странах пролетарское народное сознание стало вытесняться в индустриальном производстве мелкобуржуазным рабочим сознанием с двойной этикой и моралью, привела к роспуску I Интернационала. А схожие явления в социал-демократической партии Германии, которая была идейным и организационным ядром II Интернационала, накануне Первой Мировой войны похоронили попытку поднять уже социал-демократический вариант марксизма до уровня мирового политического влияния. Только после того, как В.Ленин превратил русский марксизм в политическое философское мировоззрение и создал большевистскую партию, которая пришла к власти в России и провозгласила мировую пролетарскую революцию, в Советской России зародилось первое глобальное антилиберальное масонство. На такой смысл деятельности Коминтерна, то есть Третьего, Коммунистического Интернационала, прямо указывал В.Ленин. Коммунистическое масонство на практике принялось бороться за мировую диктатуру пролетариата, то есть строить глобальное господство промышленного индустриального интереса. Однако мировое коммунистическое движение повторило судьбу социалистического и социал-демократического Интернационалов. Оно стало распадаться вместе с завершением раскрестьянивания русской деревни и сокращением численности русского народного пролетариата, потерей им своей исторической перспективы существования и вызванного этим углубления кризиса Советского Союза.