Читать онлайн «ИСТОРИЧЕСКОЕ ПРЕДНАЗНАЧЕНИЕ РУССКОГО НАЦИОНАЛИЗМА». Страница 71

Богатые и процветающие тянутся к центрам силы, как наркоман к наркотикам, где бы эти силовые центры ни находились, — при условии, что эти центры силы не угрожают их основным интересам. Все проблемы отношений с правящими кругами США сейчас зависят от самой России, ибо она еще не приобрела собственного лица ни экономического, ни политического. Чем быстрее она созреет до национальной революции, тем раньше она станет превращаться в капиталистическую сверхдержаву, способную активно воздействовать на мировые процессы, когда станет реально возможным говорить о превращении ее в серьезного партнера для США. Из всех великих держав имеющих место быть или потенциальных, пока становящихся таковыми, лишь с Индией и с США у нас немыслимо столкновение жизненных национальных интересов такой конфронтационной, такой антагонистичной остроты, при которых невозможны взаимоприемлемые компромиссы и конфликт политический может перерасти в военный.

К острым международным проблемам тяготеет и отношение русского национализма к еврейскому вопросу. Русский национализм должен исходить только и только из того, кто в кризисной для России ситуации может по своим жизненным интересам стать союзником нашему национальному интересу, интересу борьбы за становление евразийской торговли, евразийского созидательного процветания, кто способен разделить с нами бремя ответственности за стабильность в стратегически важных для мировой промышленной цивилизации зонах, географически близких России. Одним из таких союзников потенциально является Израиль. Не просто союзником, но союзником на предстоящие десятилетия стратегическим. Россия-Германия-Израиль есть желательная ось стратегического взаимодействия для создания условий наиболее эффективного и наименее болезненного преодоления внешних препятствий нашим национальным устремлениям в ХХI веке.

Однако даже ради стратегического союзничества национализм не может поступиться принципом безусловной необходимости революционного реформирования России в русское национально организованное государство с национально организованным обществом. При этом нельзя не учитывать и исторический опыт всех без исключения развитых стран Западной Европы. Опыт этот показывает, что на определенном этапе экономического, политического, общественно-демократического развития при буржуазных рыночно-капиталистических преобразованиях все они в той или иной, но достаточно жестокой форме избавлялись от влияния еврейских общин, еврейского экономического и политического видения мира, еврейского видения кровных интересов этих стран, которые зачастую оказывались полярно противоположными тому, как виделись собственные национальные интересы формировавшимися национальными обществами государствообразующих этносов. Россия подходит к такому же порогу в своем развитии, и остановить ее в стремлении перешагнуть за этот порог не сможет никто. Чем отчетливее будут обозначаться попытки накинуть на нее узду в этом стремлении, тем яростнее и беспощаднее, практически неуправляемее будет конечная реакция русского национализма, сметающая всех и вся на своем пути. К тому же у нас еврейский вопрос при неизбежном росте русского национального самосознания среднего класса, при разрастающейся болезненной реакции на демографическую ситуацию в России, как прямого следствия политики большевистской идеологии и коммунистического режима, — у нас этот вопрос может принять чрезвычайно взрывной, неудержимый в антисемитизме характер. Ни один, даже самый сдержанный в этом вопросе политик не сможет удержать страсти, которые станут набирать силу вокруг идеи, что без евреев не было бы большевизма, не было бы трагедии русского демографического надрыва за семь десятилетий советской власти. Особенно в обстоятельствах неизбежного накопления именно у евреев основного коммерческого капитала страны. Политическая и экономическая стабильность при этом окажутся недостижимыми, немыслимыми без радикального устранения условий для возникновения таких страстей.

Поэтому в складывающихся противоречивых обстоятельствах единственный здравомыслящий подход к этой проблеме может быть только таким — хороший развод. Русский национализм признает право Израиля на видение себя как Израиля Великого со всеми вытекающими из этого политическими и военно-стратегическими последствиями; русский национализм заинтересован в организованном переселении евреев в Палестину, готов идти на самые широкие формы торгового, научного, промышленного, общественного сотрудничества с Израилем. Но русский национализм не может позволить себе роскоши и не позволит присутствие нерусских сил в государственной, политической, экономической, финансовой элите России, не позволит больше участия в политической жизни организованных в той или иной форме нерусских сил влияния, нерусских интересов, а за любые подобные попытки будет лишать гражданства и высылать из страны без всяких прав на апелляцию. Когда вопрос ставится уже о выживании русской нации, русского государства, тем для обсуждения нет, как нет и не может быть оснований для компромиссов, — это безусловно, это принципиально!

Режиму русского национализма придется быть весьма бдительным в отношениях с Китаем. Проблемы этих отношений кроются в нескольких причинах. Не последняя из них связана с крайней недостаточностью заселенности русскими Дальневосточного региона России, где русских должно быть в три-четыре раза больше, чем сейчас, и должна быть такая плотность рассредоточения городов и поселков, чтобы обеспечивать в регионе нормальную, эффективную и достаточно независимую от европейской России экономическую, продовольственную, военно-политическую жизнедеятельность. А достигнуть этого нельзя без десятилетий целенаправленной политики развития соответствующих этой цели экономической, транспортной, военной инфраструктуры при одновременном осуществлении долгосрочной демографической политики по значительному увеличению численности русских во всей России. Но и конечно же проблемы отношений с Китаем вызваны тревогами по поводу чрезмерной заселенности этого соседа России, из-за чего он вынужден при развитии собственных промышленности, энергетики, социальной инфраструктуры добывать, перерабатывать или сжигать невообразимые объемы сырья, что в конце концов не может не привести к дестабилизации экологической и политической обстановки в Дальневосточном регионе. Такой ход событий с высокой вероятностью подтолкнет правящие круги Катая к попыткам обеспечить себе преимущества через дестабилизацию всей России, в том числе и через Среднюю Азию. При всей искренней заинтересованности русского национального государства в становлении созидательной современной китайской  цивилизации, как одного из важнейших торговых контрагентов Европы и емкого рынка сбыта передовой промышленной продукции, пока существуют вышеуказанные факторы риска угроз для стабильности в дальневосточном регионе России, — пока это имеет место, в обозримом будущем в наших отношениях не может быть полного доверия и стратегического взаимодействия, которые возникают на основаниях общих интересов и только общих интересов. А потому любые проявления инфильтрации китайцев в Россию должны быть поставлены под действенный контроль, присутствие их в России должно быть жестко и при необходимости радикально ограничиваемым. Тем более, что преобладающими в структуре населения Китая остаются малограмотные, с укорененным влиянием феодальных пережитков сельские, деревенские жители, чуждые русской городской цивилизованности, задаче ускоренного формирования русской политической нации.