Читать онлайн «Крутое пике. Америка и новый экономический порядок после глобального кризиса». Страница 50

Если всего сказанного еще недостаточно, примите во внимание еще один факт. В ответ на кризис правительство предоставило банкам стимулы, поощрявшие их не осуществлять реструктуризацию ипотечных кредитов: реструктуризация, например, заставила бы их признать убытки, которые были понесены, но которые из‑за применения бухгалтерских хитростей на данный момент могли быть проигнорированы. Неудивительно, что политика администрации Буша и половинчатые меры кабинета Обамы по осуществлению ипотечной реструктуризации привели к достижению лишь очень незначительных успехов.

Учитывая, что проблемы в финансовый сектор пришли с ипотечного рынка, можно было ожидать, что люди, которым поручили устранить возникшую проблему, начнут именно с ипотечных кредитов. Но они этого не сделали, и по мере того как в конце 2008–го и в начале 2009 года катастрофическое положение дел сохранялось, число ожидаемых обращений взыскания на заложенную недвижимость продолжало расти. Те прогнозы, которые когда‑то казались слишком мрачными (о том, что в тяжелом положении окажется пятая часть всех ипотечных кредитов), через некоторое время стали считаться консервативной оценкой.

Обращения взысканий на заложенную пнедвижимость затронули две группы и заемщиков: тех, кто не мог заплатить, и тех, кто мог, но предпочитал не платить. Определить, кто из неплательщиков относится к какой категории, не всегда легко. Некоторые люди могли бы заплатить, но при этом им пришлось бы испытать огромные финансовые трудности. Экономисты предпочитают считать, что люди действуют рационально. Для многих американцев в ситуации, когда разность между стоимостью их залогового обеспечения и кредитной задолженностью стала отрицательной, самым лучшим вариантом было объявление дефолта. Поскольку в США большинство ипотечных кредитов выдаются без права регресса, заемщик может просто передать ключи от своего дома кредитору, и никаких других последствий из‑за невозврата кредита для него не возникнет.

Если Джордж Джоунз живет в доме стоимостью в 300 тыс. долл. и взял ипотечный кредит в размере 400 тыс. долл., по условиям которого он платит 30 тыс. долл. в год, он может переехать в идентичный прежнему соседний дом стоимостью в 300 тыс. долл. и тем самым сократить свои платежи на четверть. В разгар кризиса он не сможет получить ипотечный кредит (поскольку стоимость дома, составляющего его капитал, резко упала, и он в любом случае, скорее всего, не сможет внести первый взнос за покупку нового дома), но он может арендовать дом. Арендная плата в большинстве мест тоже снизилась, и даже если у Джорджа были сбережения и он мог бы сделать первоначальный взнос по ипотечному кредиту, пока рынки находятся внизу, аренда все равно была бы для него более целесообразным вариантом. Возможно, он испытывает сомнения и беспокоится о том, как прекращение платежей по кредиту повлияет на его репутацию заемщика. Но в ситуации, когда все вокруг объявляют о своей неплатежеспособности, обвинения такого рода, скорее всего, будут ослабевать, а вина за происшедшее будет возложена на банки (за то, что они выдавали плохие кредиты), а не на заемщиков. В любом случае все имеет свою цену, и когда продолжение выплат по кредиту оказывается сопряженным со слишком серьезными жертвами, домовладелец объявляет о дефолте.

В феврале 2009 года президент Обама в конце концов выступил с предложением о том, как решить проблему обращений взыскания на заложенную недвижимость. Это был важный шаг, сделанный в правильном направлении, но, вероятно, недостаточно большой, чтобы предотвратить огромное количество осуществляемых взысканий. Его план предусматривал предоставление небольшой помощи по снижению размера платежей, но в отношении списания основной суммы долга не было сделано ничего, и для этого были обоснованные причины34. Если бы ипотечные кредиты были реструктурированы, банки были бы вынуждены признать тот факт, что они выдавали плохие кредиты, и им пришлось бы что‑то предпринять, чтобы закрыть дыры, возникшие в их балансовых отчетах. (Крупнейшими держателями ипотечных бумаг были Fannie Мае и Freddie Mac, которые были национализированы администрацией Буша. Это означало, что любое списание основных сумм, в отличие от более простого варианта — увеличения срока платежей по кредиту, было бы обеспечено за счет налогоплательщиков35.)

Одним из факторов, осложнявших решение проблемы ипотечных кредитов, были призывы участников к соблюдению справедливости: налогоплательщики, которые не имели никакого отношения к расточительным заимствованиям, полагали, что вовсе не они должны расплачиваться за это «удовольствие». Вот почему многие считали, что бремя корректировки должно быть возложено на кредиторов: как уже подчеркивалось выше, кредит является добровольной сделкой между заемщиком и кредитором, при этом считается, что кредиторы являются хорошими специалистами в области финансов и поэтому могут правильно оценивать возникающие там риски; если они не смогли должным образом выполнить работу, за которую получали вознаграждение, значит, именно они должны ощутить всю тяжесть последствий, хотя, возможно, заплатить относительно еще более высокую цену должны и заемщики, даже если стоимость их собственности в значительной степени исчезла.

Но предлагаемый правительством подход был вовсе не таким. Почти каждое решение, принятое Министерством финансов США, было сделано под доминирующим влиянием банков. При этом в данном случае и у банков, и у министерства был общий интерес: списание основной суммы ипотечного кредита означало бы, что банкам придется признать убытки. Возникшие дыры в балансовых отчетах банков в свою очередь привели бы к необходимости привлечения дополнительного капитала. Поскольку решить эту задачу в част ном порядке банкам было бы трудно, потребовалось бы больше государственных средств. По у правительства не было денег, а учитывая многочисленные ошибки в программе реструктуризации банков, добиться одобрения Конгрессом дополнительных расходов на эти цели было бы трудно.

Поэтому, когда Обама убедительно заявил о том, что нам необходимо заняться ипотечной проблемой, он на самом деле задвинул ее подальше в угол. Отчеты о выполнении правительственной программы не внушали оптимизма: к концу октября 2009 года условия выплат были изменены лишь для 651 тыс. (20%) проблемных кредитов из 3,2 млн36. Не все проблемные кредиты подпадали под программу государственной помощи, и не все реструктурированные кредиты избежали обращения взыскания на заложенную недвижимость. Даже оптимистичные цифры по изменениям кредитных условий, приводившиеся администрацией Обамы, были меньше тех, достижение которых эксперты в области жилья считали необходимым условием для недопущения серьезного напряжения на рынке жилой недвижимости37.