Читать онлайн «Крутое пике. Америка и новый экономический порядок после глобального кризиса». Страница 132

Олицетворением процесса разобщения является секьюритизация, а также связанные с нею злоупотребления. История о «дружественных» отношениях внутри тесного сообщества между банкиром и заемщиком, когда банкир лично знал человека, который пришел к нему за деньгами (и поэтому, если у заемщика действительно возникали проблемы с погашением, банкир знал, когда и как следует изменить условия выданного ранее кредита), возможно, выглядит как идиллия. Но была в ней и доля правды, состоящая в том, что те отношения основывались на доверии. При секьюритизации доверие не играет никакой роли; у кредитора и заемщика Нет никаких личных отношений. Процедура происходит анонимно, и вся необходимая информация о характеристиках ипотечного кредита приводится лишь в виде статистических данных. Те люди, чьи жизни рушатся из‑за этих сделок, представлены в этой статистике в виде обезличенных данных, и поэтому вопросы реструктуризации кредитов решаются в рамках закона, определяющего, что позволительно делать сервисному агенту, чтобы добиться максимальной ожидаемой доходности для владельцев ценных бумаг. Доверие теперь исчезло не только между заемщиком и кредитором, но и между другими, самыми разными сторонами сделок, например, держатель ценных бумаг не доверяет теперь сервисному агенту действовать в его интересах. Из‑за отсутствия доверия условия многих контрактов ограничивают возможности их реструктуризации25. От обилия правовых пут страдают и кредиторы, и заемщики. В выигрыше здесь оказываются лишь юристы.

Но даже когда реструктуризация возможна, по–прежнему действуют те же самые стимулы, которые позволили кредиторам воспользоваться слабым положением заемщиков. Если банкиры когда‑то и проявляли сострадание к другим, сегодняшняя ситуация этому не способствует: главное, что их теперь беспокоит, — это своевременность получения комиссионных. Почему же тогда мы не должны ожидать, что они снова прибегнут к тем приемам, которыми они научились владеть так мастерски, чтобы использовать обычных домовладельцев для увеличения своей прибыли. Складывается впечатление, что СМИ и правительство удивлялись, когда раз за разом скорость реструктуризации оказывалась медленной, а также тому факту, что слишком много реструктуризаций оказались невыгодны ми для заемщиков. Кредиторы готовы пойти на реструктуризацию, при которой лишь удлиняется период выплат по кредиту, в результате чего в краткосрочной перспективе увеличивается размер платежей (что весьма положительно сказывается на цифрах в итоговой строке годового отчета кредиторов); кредиторы знают, что многие заемщики будут осуществлять ежемесячные платежи, поскольку они не хотят потерять свои дома. При этом следует учесть и общее удрученное состояние заемщиков, в котором многие из них оказались после совершения плохих сделок.

Секьюритизация никуда не уйдет. Это реальность, характерная для современной экономики. К тому же косвенно, через предпринимаемые нами меры по спасению финансовой системы, мы субсидируем секьюритизацию. Все, что мы можем сделать в этом отношении, — это создать по крайней мере равные условия для всех и не поощрять участие в секьюритизации.

Этот кризис выявил трещины, имеющиеся в нашем обществе, которые возникли между Уолл–стрит и Мэйн–стрит, между Америкой богатых и остальной частью нашего общества. Я уже рассказывал, что хотя на протяжении последних трех десятилетий верхушка нашего общества процветала, доходы большинства американцев оставались неизменными или даже снижались. Последствия такой разницы пытались скрыть: тем, кто находил- ся внизу или даже в середине общественной пирамиды, говорили, что им следует продолжать потребление и делать это так, словно их доходы растут, их призывали жить не по средствам за счет заимствований, и надуваемый пузырь делал это возможным. Последствия возвращения к реалиям могут быть очевидными и тяжелыми: уровень жизни, возможно, снизится. Я подозреваю, что за интенсивно ведущимися дебатами по поводу величины бонусов, выплачиваемых банками своим руководителям, лежит именно это понимание возможного сценария развития событий.

Наша страна в целом живет не по средствам. Поэтому следует осуществить необходимые коррективы. При этом кому‑то придется заплатить по счетам, образовавшимся в результате оказания финансовой помощи банкам. Даже если эти счета будут распределены между гражданами страны Пропорционально, для большинства американцев последствия этого станут катастрофическими. В среднем доход домохозяйства в стране уже снизился по сравнению с 2000 годом примерно на 4%, и поэтому у нас нет выбора: если мы хотим сохранить хотя бы в какой‑то мере чувство справедливости, вся тяжесть корректировки должна лечь на тех представителей Верхушки общественной пирамиды, которые за последние три десятилетия Очень много выиграли благодаря созданному положению дел, и на финансовый сектор, действия которого так дорого обошлись остальной части общества.

Но проведение такой политики будет нелегким делом. Финансовый вектор не желает расплачиваться за совершенные им промахи. Моральное поведение и личная ответственность отчасти проявляются в том, чтобы признавать свою вину, когда в этом есть необходимость; любой человек может ошибиться, в том числе и банкиры. Но, как мы видели, они усердно стараются переложить свою вину на других, включая и тех, кто пострадал из‑за их действий.

Мы не одиноки в решении этой трудной задачи: серьезными корректировками в будущем предстоит заниматься многим странам. Финансовая система Великобритании еще более раздута, чем в Соединенных Штатах. Шотландский The Royal Bank до своего краха был крупнейшим банком в Европе и в 2008 году понес больше убытков, чем любой другой банк в мире. Как и в Соединенных Штатах, в Великобритании надулся пузырь недвижимости, который потом лопнул. Адаптация к новым реалиям может потребовать снижения потребления на целых 10%26.

Американские правительства никогда специально не занимались структуризацией и реструктуризацией экономики, за исключением одного случая, когда экономику надо было перевести на военные рельсы, а потом снова вернуться к мирному варианту. После начала Второй мировой войны эта задача была решена очень эффективно. Но тот факт, что в других случаях государству не приходилось настолько серьезно заниматься формированием экономики, не означает, что государственная политика не формировала наше общество. Современные пригороды в стране появились в результате реализации программы строительства скоростных дорог и шоссе, выполненной во времена президентства Эйзенхауэра, несмотря на все ее недостатки, включая энергозатратность, выбросы вредных веществ и увеличение времени на поездки. Эта программа привела к уничтожению некоторых наших городов и появлению многих социальных проблем.