Читать онлайн «Танкист». Страница 101

Теперь Прохору была ясно и объяснима причина появление роты советских танков Т-34 под Мелихово. По приказу командования Воронежского фронта она проводила разведку боем этого самого Мелихова, выясняла, есть ли или нет в этом селе немецкие танки? И если немецкие танки имеются в этом разрушенном и сожженном русском селе, то в каком количестве? На эти вопросы своего фронтового командования советские танкисты должны были ответить ценой своих жизней!

Размышления Прохора продолжались всего доли секунды! За это время механик-водитель Мышенков успел запустить двигатель танка. Он начал его медленно, осторожно подводить к крестьянским домам, в которых расположился штаб армейской группы "Кемпф", чтобы затем их расстрелять из танкового орудия. Сергей Мышенков вместе с Михаилом Кувалдиным хорошо слышал мысли своего командира, принимаемые им в этой связи решения. Им не нужно было отдавать приказов на то, чтобы исполнить тот или иной маневр. Как только Прохор принимал окончательное решение, оба парни тут приступали к его исполнению.

Всем троим было понятно, что внимание немцев нужно было бы как-то отвлечь от этой атакующей село роты Т-34. Иначе советские танкисты погибнут, так и не выполнив боевой задачи!

Нужно было, предоставить советским танкистам возможность, успешно выполнить приказ своего командования и одновременно позволить им, после выполнения боевого задания, целыми и невредимыми уйти из села. А для этого было нужно нанести неожиданный удар по наиболее ранимому месту для немцев в этом селе Мелихово! Именно поэтому механик-водитель танка Серега Мышенков, без приказа командира танка Прохора, и выдвигался к штабу армейской оперативной группы "Кемпф", а Кувалдин приник к визиру прицела танкового орудия, выбирая наиболее лакомую цель.

Прохор удовлетворенно хмыкнул себе под нос, ему очень понравилось, как сейчас работали в одном хомуте члены его танкового экипажа. Никого из них не надо было подгонять, или матерно на него лаяться, чтобы заставить выполнить ту или иную задачу! Его парни хорошо и наперед знали, что им надо делать!

Тем временем медленно, но верно КВ приближался к штабным строениям. Что ни говори, но немцы всегда были хорошими и дисциплинированными солдатами! Вскоре часовые штабы обратили внимание на то, что к штабу приближается подозрительный танк, который одновременно мог бы быть как пленным советским танком, так и своим немецким танком. Но в любом случае такое сближение несло в себе определенную опасность! Часовые своим офицерам сообщили о появлении подозрительного танка, об опасных маневрах, которые он начал выполнять, те тут же подняли общую тревогу. Прохор и его друзья-товарищи хорошо видели в виртуальном шлемофоне, как из сараев, расположенных рядом со штабными домами, выскочили немецкие танкисты и стали занимать места в своих танках Т-4, которые стояли в охранении штаба.

Дистанция до штабных строений еще оставалась чуть более километра. Разумеется, хотелось бы подойти еще ближе, чтобы отлупить немцев по первое число, но четыре немецких Т-4 начали уже начали выдвигаться им навстречу. Эти танки, наверняка, постараются сделать все возможное, чтобы не позволить им нанести удар по своему штабу. К тому же рота Т-34 уже потеряла два своих танка, вокруг нее уже начало формироваться кольцо вражеское окружения из немецких танков. Расстояние до того боя было около четырех километров, по тем немецким танкам Кувалдин уже мог прицельно стрелять из своей 88 мм пушки, на это уже было бы на грани предела выстрелов из этого орудия.

Прогремели три выстрела подряд из танкового орудия, по мысленному приказу Прохора наводчик Михаил Кувалдин открыл огонь по немецкому штабу. Один снаряд взорвался во дворе штабного комплекса, убив нескольких немецких солдат и офицеров, разогнав часовых, а другой разорвался среди праздно шатавшихся по двору немецкий люд. Третий же снаряд влетел в окно одного из штабных домов и разорвался внутри дома. Из окна тут же полыхнули языки пламени, в доме начинался пожар. Немецкие танкисты так и не позвали Кувалдину отвести свою душу обстрелом штабных строений, они открыли ответный огонь по КВ.

При этом, немецкие танкисты оказались супермастерами своего танкового дела, да и стреляли очень метко. Три немецких танковых снаряда легли рядом по их танковому борту, но не нанесли КВ какого-либо серьезного повреждения. Четвертый же снаряд ударил прямо в лобовую броню танковой башни КВ. Получился очень сильный встречный удар. В тот момент Прохору показалось, что помимо того, что их танк всем корпусом содрогнулся от прямого попадания вражеского снаряда, на какую-то долю секунды прекратил работу его двигатель. Но вскоре все возобновилось, танковый двигатель продолжал работать, как ни в чем не бывало.

Механик-водитель Мышенков мгновенно перевел КВ на прерывистое и зигзагообразное поступательное движение. Тем самым он вражеских танкистов лишил возможности аккуратно прицеливаться, вести огонь по спокойно передвигающейся цели. Мишка Кувалдин в ответ на обстрел произвел вторую короткую очередь из трех выстрелов своей 88 мм танковой пушки. На этот раз огонь он вел по танкам Т-4, один из которых от прямого попадания двух снарядов мгновенно остановился. Вскоре из моторного отсека пораженного Т-4 в небо начали подниматься тяжелые черные клубы дыма. Трое других немецких танков, имея возможность наблюдать подобную картину, тут же потеряли предыдущий азарт и задор боя. Теперь они для того, чтобы продвинуться вперед, выискивали наиболее безопасное место для укрытия, быстро-быстро передвигались в то место, чтобы только после этого выстрелить из танковой пушки. Так они и в дальнейшем двигались вперед, передвигаясь от одного такого укрытия к другому, что мгновенно сказалось на скорости и качестве немецких танковых атак.

Но, тем не менее, задачу свою немецкие танкисты все-таки выполнили.

Они так и не позволили наводчику-снайперу Михаилу Кувалдину отвести душу, отстреляться по немецким штабистам.

Один немецкий танк, одно штабное строение продолжали пылать ярким пламенем.

Три немецких танка Т-4 уже больше имитировали свои атаки на советский тяжелый танк КВ 1, всячески стараясь ему не позволить напрямую атаковать немецкий армейский штаб. Одним словом, создалась патовая ситуация, в которой ни одна сторон не могла объегорить другую, выйти победителем из этого боя. Но подобные дела не могли пройти с таким серьезным механиком-водителем, как Серега Мышенков. Его КВ совершенно неожиданно для экипажей вражеских танков вдруг резко прибавил скорость движения и, одновременно танком смещаясь вправо, продолжил атаку немецкого штаба. Но и на этот раз КВ оказался под атакой сразу трех немецких танков Т-4. Но такое выполнение маневра позволяло КВ, выйти из-под атаки трех Т-4, чтобы перейти в глиссаду атаки дальних немецких танков, которые в тот момент пытались окружить остатки разбитой роты танков Т-34.