Читать онлайн «Рождённый в сраженьях...». Страница 61

— Полковник Чуйков. Доложите главному инспектору Красной армии, генералу Слащеву о ходе наступления.

Слушая доклад и стараясь получше рассмотреть Слащева, Новиков не заметил, как в блиндаж вошел еще один командир.

Не перебивая, выслушав доклад, Слащев нервно, как будто ему мешал ворот кителя, дернул головой.

— Почему КП всё еще на этом берегу?

— Ожидаю, пока связисты проложат связь к новому КП. После чего, оставив за себя начальника штаба, немедленно перебазируюсь.

— Хорошо. Принимаю. А вы кто? — Слащев повернулся к Новикову.

— Командир первого Отдельного танкового полка, майор Новиков.

— Хорошо, что вы здесь. Принимайте представителя союзников. Полковник Роммель, направлен к нам командованием рейхсвера в качестве наблюдателя.

Роммель вышел вперед и крепко пожал руку Новикову.

— Вот мы и снова встретились Николай.

Слащев резким движением пододвинув раскладной стул, не сел, а буквально упал на него. Сняв фуражку, провел ладонью по редким волосам.

— Знакомы. Это хорошо. Не будете тратить время на притирание. Не смею задерживать вас, майор и вас, полковник.

К концу четвертых суток стрелковые корпуса свою задачу выполнили, замкнули кольцо окружения южнее Хайлара. В последний день сопротивление японцев стало отчаянным, они любой ценой стремились сохранить коридор, по которому отводились войска. И вот тогда, впервые в истории, для захвата Хинганского тоннеля были использованы воздушно-десантные подразделения. Эффект неожиданности был полный. Запертые в узкой долине, не имеющие путей отхода, подвергаемые постоянной бомбежке и артиллерийским обстрелам японцы дрались отчаянно, до последнего солдата, в плен практически не сдавались. Их порой совершенно безрассудное мужество вызывало невольное уважение и вместе с тем злость. Из-за их фанатизма гибли твои товарищи и друзья, а ты должен миндальничать! Нет уж узкоглазые, не дождетесь! Особо яростные бои шли у входа в Хинганский тоннель. Воздушно-десантная рота, захватившая его, полегла практически вся, но японцев не пропустила. Прорвавшиеся к тоннелю кавалеристы 5-й бригады на руках вынесли оставшихся в живых израненных защитников. Трупы японцев лежали так густо, местами в несколько слоев, что на ум невольно приходило лермонтовское:

Путь на Харбин был открыт. Настал черед полка Новикова. Даешь Цицикар!

Все предыдущие дни Новиков и Роммель провели на КП передовых частей, чтобы из первых рук получать информацию о противнике.

Для Новикова это все же была первая война. Память прежнего хозяина, конечно, здорово помогала, но все же. «Опыт, сын ошибок…» Свой опыт, ничем не заменишь. Да и просто было интересно.

Япония хорошо подготовилась к войне и многому научилась за прошедший год. В частях была железная дисциплина. Солдаты были хорошо экипированы и обучены. Непропорционально большие потери командного состава Красной армии в первые же дни боев, объяснялись широким использованием японцами снайперов. Наши командиры по форме сильно отличались от рядовых, и их было видно издалека — чем враг и не преминул воспользоваться. Самого снайпера обнаружить было чрезвычайно сложно, и даже обнаружив тяжело уничтожить обычным стрелковым оружием. Японские снайперы укрывались за… саперной лопаткой. Лопатка была острая как бритва, сделанная из великолепной стали, с небольшим отверстием по левому краю лотка и крепкой легкой ручкой. Воткнутая наклонно в бруствер окопа или просто в землю, саперная лопатка была надежной защитой от стрелкового огня на средних и дальних дистанциях. С еще большим уважением Новиков стал относиться к этому на первый взгляд немудреному шанцевому инструменту, когда ему с одного удара удалось перерубить лопаткой толстый бамбук.

Роммель покрутил лопатку в руках и вдруг резким движением метнул её в росшее метрах в десяти дерево. К удивлению Новикова лопатка чуть не до трети лотка вошла в ствол.

— И сбалансирована хорошо. У нас для рейхсвера делают не хуже, только до смотровой дырки не додумались.

«А у нас, полное дерьмо» — подумал про себя Новиков, вспоминая, сколько сделанных из плохого железа, тупых как валенок лопат было поломано при рытье окопов.

А вот японские танки впечатления не производили. Сделанные из тонкой противопульной брони, вооруженные пулеметами или 20-и миллиметровыми пушками, с плохим обзором — они явно были не соперники для Т-19. Да и было их очень мало. Опасаться следовало только огня артиллерии, которой японцы пользовались весьма удачно.

Вызвав помощника, Котовский зашел в соседнюю комнату и поставил на плитку чайник. Достал маленький чайничек и насыпал в него «конрабандного» крупнолистового индийского чая. Через минуту большой чайник издал короткий свист. Залив заварку кипятком, Котовский закрыл заварочный чайник крышкой и накрыл сверху матерчатой куклой — подарком дочери. Достал из буфета пару стаканов в подстаканниках. Насыпал сахара и хмыкнул, вспоминая свое «сахарное» прошлое. Раздался стук в дверь кабинета.

— Входи, Егоров. Я всё подготовил, а ты организуй нам чаю в кабинет.

Прихлёбывая горячий, как он любил, душистый чай, заместитель наркома спросил своего помощника.

— Вот что, Егоров. Думаю, хватит уже дружку твоему Слащеву над тобой измываться. Фамилии, кем он интересовался, у тебя с собой?

— Так точно, Григорий Иванович.

— Про кого он последнего спрашивал?

— Про нескольких. Капица, Зворыкин и Ларионов.

— Что выяснил про них?

— Капица в Англии, работает в кавендишской лаборатории в Кембридже. Под руководством Резерфорда. Специалист в области электромеханики и магнитов. Зворыкин был у Колчака. С 19-го года в САСШ эмигрировал. Сбежал, другими словами. Работает в компании «Вестингауз». Занимается радио и связью. Ларионов в Ленинграде. Инженер-конструктор.

— Вот как. А зачем они ему понадобились?

— Я уже докладывал, что у Слащева Термен придумал, как по радио передавать документы. Вроде телеграфа, только без проводов, по радио. А Зворыкин, как мне рассказали, научился, как по радио передать картинку.

— Картинку?

— Да. Как в кино, только без плёнки, проводов и далеко, на дальность действия радиостанции. А Капица рассчитал, как из радио радиопеленгатор сделать. Какие антенны, на каком расстоянии, ну, и всё такое. Первые опыты по радиопеленгации у нас в России на Балтике мичман Попов провёл, еще до революции. А сейчас и техника и возможности вперед шагнули.

— А с патронами, что за проблема?