Читать онлайн «День Победы. Гексалогия (СИ)». Страница 177

Двое других американцев попытались сбежать. Одного настигли быстро, тоже сбили с ног и тоже принялись бить, кто чем. Арматура, обрезки водопроводных труб, велосипедные цепи, просто палки и осколки кирпичей — в ход пошло все. Но третий насильник, неожиданно проворный, вырвался, и, пробежав сотню шагов, наткнулся на десяток вооруженных до зубов людей. Камуфляж на них был привычный, американского образца, но оружие — русское.

— Эй, это американец! — удивленно крикнул один из людей.

Рауль Родригес почувствовал ужас, поняв, что оказался в западне. Кокаиновый дурман окончательно развеялся, американский десантник был уже готов биться насмерть, но в свете уличного фонаря увидел нашивку полицейского на рукаве одного из русских, преградивших ему путь.

— Какого черта здесь происходит? — другой страж порядка, держа в руках компактный пистолет-пулемет, приблизился к толпе, окружившей лежавших на земле американцев. — Прекратить! Разойтись, черт возьми!

Его не услышали, но когда треснула автоматная очередь, и над головами с визгом пронеслись пули, опьяневшие от крови люди опомнились, отпрянув назад.

— Какого черта?! Вы напали на американских солдат?! Что это значит?!

Толпа расступилась, подустив к растянувшимся без движения американцам командира отряда полиции, лишь недавно прибывшего в город. Старший лейтенант Осипов, держав наготове компактный ПП-2000, обвел взглядом злых, тяжело дышавших людей:

— Что здесь творится?!

— Они изнасиловали девушку! Пришли в наш город, творят, что хотят! Убирайтесь отсюда, мы сами разберемся!

— Черта с два! Мы наведем здесь порядок! Отдайте мне американцев, их нужно отправить на аэродром, если они вообще живы! Ну, что стоите?!

— Пошел на хрен! Гаси этих «полицаев», братаны! Вали их!

Толпа качнулась, живая волна хлынула навстречу горстке полицейских, сразу ставших предателями в глазах этих людей. Осипов, для большего страха передернув затвор, направил ствол пистолета-пулемета на приближавшихся людей:

— Всем назад! Ни шагу, или открываю огонь! Назад, мать вашу!!!

Толпа замерла в нерешительности, и в этот миг за спиной и полицейских, выстроившихся жидкой цепью, взревел мотор, и вспыхнули мощные фары. Показавшийся громадным чудовищем камуфлированный «Хаммер» встал поперек улицы, и пулемет, установленный на турели над плоской крывшей внедорожника, развернулся, нацелившись на толпу. А следом за ним появился еще один автомобиль.

Из машин выбралось несколько американцев, на этот раз в полном снаряжении, в касках, бронежилетах, со штурмовыми винтовками, и винтовки эти были направлены на застывших в смятении людей. Только что перед «народными мстителями» были три безоружных, беспомощных «пиндоса», и вот вместо них уже отделение вооруженных до зубов солдат.

А вот командир американского патруля, вызванного еще одним десантником, тоже получившим увольнение и увидевшим, как линчуют его братьев по оружию, не колебался ни мгновения. Русские напали на солдат Армии США, возможно, убили двоих из них, но даже если и нет — неважно.

— Открыть огонь!

Затрещало разом полдюжины малокалиберных М16А2, и в унисон им заухал мощный М240 с одного из «Хамви», выплевывая длинную струю раскаленного металла. Свинцовый шквал буквально смел толпу бесчинствующих туземцев. Командир взвода, посланного для спасения попавших в западню десантников, видел, как русские, настигнутые пулями его бойцов, падают, валятся друг на друга их тела. Кто-то пытался уползти, оставляя за собой кровавые развода на грязном асфальте, но спасения не было. Через двадцать секунд выстрелы смолкли, и в живых здесь остались лишь несколько русских полицейских, и то потому только, что рядом был единственный выживший из троицы десантников, а стрелять по своему американский сержант не стал бы и под страхом смерти.

— Какого черта вы сделали?! — к командиру отделения подскочил Матвей Осипов, ухватив американца за грудки. — Вы только что расстреляли толпу безоружных людей! Это военное преступление!

На глазах у офицера вновь созданной полиции погибли, были жестоко убиты десятки обычных людей, тех, кого он был готов защищать, завербовавших в стражи порядка, пусть даже и служа насажденному чужаками из-за океана подставному «правительству».

— Я уничтожил террористов, посягнувших на жизнь американских солдат! И лучше тебе заткнуться, парень, если не хочешь, чтобы я и тебя посчитал террористом, черт возьми! Эти выродки получили то, что заслужили!

Американские десантники понимали без слов своего командира, и стволы винтовок, еще не остывшие, были направлены уже на русских полицейских. Рауль Родригес, поняв, что сейчас может начаться стрельба, подскочил к прибывшим на помощь братьям по оружию, скрывшись за их спинами.

— Ты, — американский сержант взглянул на Осипова. — Прибери тут! Своих мы берем с собой, вы уберите остальные трупы! И запомните, что их будет еще больше, если кто-то из жителей этого ублюдочного города посмеет хотя бы взглянуть косо в сторону военнослужащего Армии США!

Десантники, оказывается, подготовились буквально ко всему. Тела своих товарищей, до неузнаваемости изувеченных разъяренной толпой, они аккуратно упаковали в пластиковые мешки, отыскавшиеся в багажниках «Хаммеров». В один из внедорожников загрузили трупы, а в другой посадили выжившего в избиении бойца, который сам еще не верил в чудесное спасение.

— Бойцы, слушай приказ, — произнес Осипов, когда американцы исчезли. — Тела относить на тротуар! Обыщите их, может, у кого есть документы, чтобы долго не мучиться с опознанием!

— Командир, мы что, будем теперь прибирать трупы за пиндосами?! Они убили тьму безоружных людей!

Осипов ничего не ответил. Надев форму полицейского, бывший сержант ОМОНа, получивший заветное офицерское звание просто так, потому что оказался одним из первых добровольцев, да еще имел опыт именно полицейской службы, до этой минуты верил, что он и его товарищи смогут подрежать порядок. Те, кого американцы посадили в Кремле, возможно, и были продажными сволочами, но они быстро сообразили, что страна без власти скатится в хаос, и вытащить ее оттуда окажется невозможно. Именно поэтому, преодолев сопротивление тех же американцев, они создали отряды полиции, вернули оружие в руки тех, кто был готов служить своей родине. Но теперь Матвей Осипов понял, что никто не считает их хозяевами своей земли. Американцы смотрят на русских стражей порядка, как на ничтожных статистов, а свои же, русские, в глаза называют предателями, уже прилепив прозвище «полицаев» к тем, кто пытался, как только возможно защищать их же самих, охранять их покой.