Читать онлайн ««Если», 1998 № 09». Страница 92

Кто же такой Годзилла? Бесспорно, плод мифологизации такого трагического события в мировой истории, как атомная бомбардировка Хиросимы и Нагасаки. Впрочем, собственно монстра породил взрыв не атомной, а водородной бомбы. История, случившаяся в самом первом фильме сериала, была навеяна трагедией японского рыболовецкого судна «Фукурую-Маро», оказавшегося в марте 1954 года неподалеку от зоны американских ядерных испытаний на атолле Бикини. В вышедшей в ноябре того же года картине ядерные испытания имели еще одно зловещее последствие — это выведенный из анабиотической спячки доисторический ящер, многократно увеличенный в размерах мгновенной мутацией и превратившийся в кровожадного монстра. Разрушительно огненное дыхание динозавра-мутанта, от которого плавятся стальные фермы мостов; радиоактивны сами следы ящера. Против этой «ходячей водородной бомбы» бессильна даже настоящая атомная. Единственный, кто не спасовал перед чудовищем, — молодой ученый, изобретатель некоего «кислородного уничтожителя».

Успех этого фильма, созданного мгновенно получившим мировую известность режиссером Иносирой Хондой и мастером спецэффектов Эйдзи Цубураей, был колоссален. А между тем саму идею киномонстра как экранного аналога реальной ядерной угрозы легко обнаружить и в вышедшей годом ранее голливудской картине Э.Лурье «Чудовище с глубины 20 тысяч сажен», также имевшей успех у зрителей.

Некоторые кинокритики считают «Годзиллу» Хонды всего лишь римейком американской ленты.

Однако вряд ли это справедливо, поскольку в комиксном голливудском фильме не отыскать даже намека на реальные человеческие страдания; условность избранного в Голливуде жанра превратила ленту в забавную безделушку. Не мудрено, что радиоактивному редозавру из фильма Лурье так и не удалось выбраться за пределы единственной картины, в то время как Годзилла действует и поныне.

Другой монстр — предтеча Годзиры (так звучит название чудовища по-японски) — Кинг Конг. Любопытно, что уже в третьем фильме сериала «дальние родственники» сцепились между собой («Кинг Конг против Годзиллы», реж. И.Хонда, 1962 г.). Однако, поскольку права на использование образа Кинг Конга встали кинокомпании «Тохо» в копеечку во всех остальных продолжениях японский ящер сражается только с чудовищами-соотечественниками.

От фильма к фильму противники Годзиллы становятся все более злобными и кровожадными, а сам главный монстр эволюционирует и, в конце концов, оказывается добрым и благородным кумиром японской детворы. Такая метаморфоза все же не спасла сериал от кризиса, и хотя ящер стал одним из самых любимых фольклорных персонажей, 22-й фильм «Годзилла и Разрушитель» (реж. Т.Окавара, 1995) завершил на Островах восходящего солнца киноэпопею о чудовище. Постановка этой картины совпала по времени с покупкой за миллион долларов у «Тохо» голливудской компанией «Tri Star» прав на использование суперзвезды японской кинофантастики.

Теперь и Годзилле, и Кинг Конгу «безработица» явно не грозит. Вслед за фильмом Эммериха выйдет «Могущественный Джо Янг» (реж. Рон Уиндервуд) — римейк третьего фильма о гигантской обезьяне 1949 года. Огромные чудовища снова в почете. Порожденная Спилбергом динозавромания вынуждает кинодеятелей стряхивать с них музейную пыль. Сверхгигантские размеры японского великана, который, родившись 50-метровым, в последних фильмах сериала «вырос» более чем вдвое, оказались в Голливуде весьма кстати. Не случайно рекламный ролик, посвященный американской ленте, часто демонстрировавшийся в прошлом году в отечественных кинотеатрах, обозначает главное отличие Годзиллы от Спилберговских и других ящеров. Оказывается, монстру Эммериха они лишь по щиколотку. Видимо, поэтому «Tri Star» с самого начала запланировала похождения суперчудовища как трилогию. Правда, на долю первого фильма выпадает весьма нелегкая задача: адаптация трудновоспринимаемого западной публикой персонажа-чужака (неспроста два самых известных фильма «Годзилла» (1954) и «Годзилла-1985» перед американским прокатом перемонтировались и дополнялись новыми действующими лицами). Учитывая определенный риск, Эммерих и его постоянный продюсер и соавтор сценариев Дин Девлин (обоих теперь называют «золотоносным дуэтом Голливуда») согласились возглавить создание картины далеко не сразу. Проект предварительно успел побывать у ярко начавшего свою режиссерскую карьеру («Скорость», «Смерч») экс-оператора Яна Де Бонта, который написал первый вариант сценария. Но он потянул на неприемлемые для компании 130 миллионов. В результате «золотоносный дуэт», неоднократно заявлявший о своей принципиальной нелюбви к девятизначным цифрам постановочного бюджета, все же удалось уговорить.

В руководстве «Tri Star» возникло мнение, что американская версия «Годзиллы» должна быть пародийной. Однако авторы «Дня независимости» пошли собственным путем. «Мы решили делать фильм таким же, как и „День независимости“, — забавным, но не пародийным», — вспоминал впоследствии Девлин. А Эммерих добавлял: «Мы не собирались снимать римейк первого „Годзиллы“, который вошел в классику жанра; мы взяли только основную сюжетную линию. Чудовище, порожденное на свет ядерными испытаниями, разрушает огромный город. Но оно ведет себя, как попавшее в западню несчастное животное, пытающееся выжить».

На сей раз монстра пробуждают к жизни французские ядерные испытания в Атлантике. Роль несчастного города Токио из фильма Хонды «исполняет» Нью-Йорк, архитектура которого позволяет проявиться разрушительным талантам монстра наиболее полно. Противостоит ему молодой ученый-биолог Ник Татапулос (Мэтью Бродерик). Стоит упомянуть и исполнителя второй по значимости мужской роли (Раймонд, следователь страховой компании). Это Жан Рено, один из самых любимых актеров Люка Бессона, сыгравший решительно во всех его полнометражных фильмах за исключением «Пятого элемента». Рено, давно покоривший Старый свет (во многом благодаря главной роли в очень успешной французской фантастической комедии «Пришельцы» — реж. Жан-Мари Пуаре, 1993 г.), теперь вполне успешно завоевывает Новый.

И все-таки подбор актеров оказался довольно необычным. К примеру, американские киножурналисты были порядком озадачены, когда узнали, что на главные роли утверждены Мэтью Бродерик, с момента своего дебюта в «Военных играх» (1983) более не снимавшийся в подобных фильмах, а также француз Жан Рено, которому еще только предстояло исполнить свою первую крупную роль в Голливуде. Однако Девлин всем объяснил, что «зрители устали от мускулистых персонажей боевиков. Им нужны умные герои». Любопытно, но, как выяснилось, Рено более всего тяготила невидимость существующего лишь в памяти компьютера чудовища, которому он должен был противостоять. В интервью газете «Фигаро» актер так охарактеризовал свое состояние: «Приходилось раздваиваться, извлекать из подсознания кошмарные фантомы. Это было мучительно, на грани шизофрении».