Читать онлайн «Диско 2000». Страница 80

Саймон изобрел анти-миллениализм 3 абсолюта 124 года П. Э.,[12] когда последователи Фаллоу и всех прочих неохристианских и нью-эйджерских учений начали готовиться к миллениуму, до которого, в тот момент, оставалось еще два года, три месяца и девятнадцать дней. Саймон же по кличке Короткое Замыкание утверждал, что, по его расчетам, до миллениума оставалось еще три года, три месяца и девятнадцать дней, да и то миллениум этот совсем не настоящий, а первый настоящий случится не раньше, чем через восемьсот лет.

Саймон полагал, что, поскольку патафизика является, в первую очередь, наукой, то и патафизический календарь — это единственный подлинный календарь. Поскольку все остальные науки изучают всеобщее, и только патафизика изучает исключительное, то и патафизический календарь — исключительный. Ведь это единственный календарь, в котором пятница всегда приходится на тринадцатое число, чтобы народ не расслаблялся.

Родителей Саймона по кличке Короткое Замыкание, как вы уже догадались, звали вовсе не мистер и миссис Короткое Замыкание. Их звали Тим и Молли Мун. Конечно, останься они жить в прекрасном графстве Корк, именоваться бы им Мойхенами (Mudhen). Но, поскольку в Соединенных Штатах, население прочло бы эту древнюю кельтскую фамилию как «Мудхен», родители Саймона предпочли сменить свою старинную фамилию на более ходовую. Саймон, который был юношей дотошным, знал, как чудовищно выглядит эта фальсификация с позиций гэльской этимологии, но, поскольку ни одного американца даже под дулом пистолета нельзя заставить выговорить звук «х», оставалось только мириться со сложившейся ситуацией.

Впрочем, это было не важно: ведь друзья в любом случае называли Саймона «Коротким Замыканием».

— Вон идет Короткое Замыкание, — говорили они.

Или же:

— Кто тут вьется, словно тень отца Гамлета? Не Саймон ли это Короткое Замыкание?

Или же:

— Берегите ваши жесткие диски, парни — Саймон Короткое Замыкание зашел в помещение!

Саймон получил это прозвище в результате своих экспериментов с патапространством, к которым он перешел после того, как истощил все возможности как киберпространства, так и криптопространства.

В киберпространство может попасть любой владелец компьютера, но в криптопространство (а только в нем и стоит жить) может попасть только обладатель последней версии PGP, выпущенной на этой неделе, не раньше. Криптопространство населено исключительно троглодитами и партизанами, подлинными обитателями киберпространственной ночи.[13] Патапространство, как и обычное киберпространство, было доступно для всех, но вполне постижимо лишь для Истинно Просветленных Умов, к числу которых относились сам Саймон и еще одиннадцать членов «Общества Незримой Руки».[14]

Хотя внешне Саймон сильно смахивал на снежного человека (разве что размер ноги у него был вполне людской), но душа у него была добрая. Если бы он хоть на миг отказался от своего прикида в духе начала шестидесятых и постригся в парикмахерской, он легко мог бы сойти за менеджера среднего звена из Силиконовой долины. Он никогда не использовал свои патафизические таланты для того, чтобы причинять вред окружающим (за этим он следил очень тщательно). Наличие их всего лишь окружало его ореолом загадочности и заставляло задуматься о том, не проник ли уже некий сверхчеловеческий разум, вполне вероятно — инопланетного происхождения, во всемирную паутину Интернета.

Продвинутые хакеры, которые знали о существовании Саймона и о том, чем он занимается, часто ввязывались в многочасовые дискуссии на тему, какие сайты организованы самим Саймоном, какие — его подражателями, какие являются плодом стараний сетевых безумцев, а какие — и впрямь форпостами внеземных цивилизаций.

Если вам случалось наткнуться в сети на вирусоподобную программу, которая, не причиняя никакого вреда системе, время от времени настоятельно требовала выслать порцию лазаньи голодающим пришельцам в Сектор 51, то вы, вероятно — но не более чем вероятно — столкнулись с одним из патафизических провокаций против рассудочного мышления, организованных Саймоном. А может, это были плоды баловства другого любителя сетевых розыгрышей, хотя нельзя исключать и того, что это были на самом деле проголодавшиеся пришельцы, погибающие посреди горячих песков юго-запада Соединенных Штатов. Кто может знать, что взбредет на ум ЦРУ?

За все свое недолгое существование (которое продлилось не более двенадцати миллиардов лет, после чего лучшие умы планеты эмигрировали на Дзету Сети) Земля произвела на свет приблизительно восемьсот сорок пять тысяч видов животных, что вполне нормально для такой крошечной и недолговечной планеты.

Среди этих видов амфибии, к которым относятся лягушки, жабы, саламандры, тритоны, квакши и прочие квакающие и прыгающие твари в том же роде, составляют ничтожный процент: их насчитывается всего-то две с небольшим тысячи разновидностей.

Несколько лучше обстоят дела у млекопитающих, каковых существовало четыре с половиной тысячи видов, включая преданных собак, ненавистных, но неистребимых крыс, чванных гуманоидов, царственных львов, пронырливых полевок, жвачных копытных, угрюмых медведей, учтивых свинок (домашних, диких, двуногих и в полицейских мундирах), а, кроме того — лис, динго, гиппопотамов, водных животных (касаток, дельфинов, кашалотов, аллегорического белого кита и потрясающего воображение голубого кита).

В порыве творческого вдохновения Земля породила более семи тысяч видов рептилий, среди которых брахиозавр, стегозавр, тиранозавр, крокодил, аллигатор, боа-констриктор, гадюка, кобра, мамба, щитомордник, гремучая змея, а также достопочтенный Джоули Фаллоу.

Но существуют на Земле и такие твари, которые расплодились в количествах прямо-таки сюрреалистических. Это, конечно же, птицы, представленные более чем девятью тысячами видов, разнообразие которых простирается от невероятного павлина до ослепительной малиновки и неприметного воробья. А представьте себе к тому же сойку, зяблика, сокола, ястреба, чайку и самоотверженного пеликана, клюв которого, как это известно любому знатоку классической поэзии, вмещает больше пищи, чем желудок…

А что говорить о двадцать одной тысяче видов рыб — от акулы и лосося до гуппи, кальмара и омара.

Не иначе, как впав в творческий экстаз, природа расщедрилась восьмьюстами тысячами насекомых (очевидно, она считала членистоногих своим наивысшим творческим достижением), из которых жуки составляют большинство. Таким образом, из восьмисот сорока пяти тысяч видов животных более чем восемьсот тысяч суть различные разновидности букашек.