Читать онлайн «Северные огни». Страница 107

Мисс Нине Джекс

Боринг-лейн, Ки-стрит.

Послышался шорох дамских юбок, а в следующее мгновение появилась и сама дама. Заглянув предварительно в дверь, она вошла в гостиную, присоединившись тем самым к престарелому джентльмену, слегка смахивающему на некое зеленоватое создание юрского периода. Устроившись в кресле на колесах, он глядел в окно — высокое, от пола до потолка, выходящее на безлюдный садик за домом — и не сразу заметил вошедшую.

— Кристофер?

Престарелый джентльмен обернулся. В минувшие годы он со всей очевидностью производил впечатление весьма импозантное, однако теперь некогда внушительные габариты изрядно умалились — я бы сказал, иссохли и съежились, — не осталось ни следа упругой гибкости и силы, отличавших его в молодости. Невзирая на возраст и дряхлость, одет он был весьма щегольски — в черный сюртук с невысоким воротничком, парадный жилет, широкий шейный платок и брюки в клеточку. Ноги укутывал полосатый твидовый плед, морщинистые руки покоились на коленях. Впрочем, хотя тело и истаяло, глаза на некогда красивом лице в обрамлении седых прядей, и по сей день не слишком-то поредевших, по-прежнему светились живым умом.

— Да? Да? Что такое, Амелия? — вопросил джентльмен голосом, некогда выразительным и властным, как и подобает ученому эрудиту, но с годами изрядно осипшим.

— У нас гости, Даниэль Дэмп и Тайтус Тиггз, а с ними несколько друзей, — отвечала дама, спутница жизни престарелого джентльмена, как вы, возможно, уже догадались.

В глазах старика вспыхнул живой интерес. Он бодро закивал и, руками приведя в движение деревянные колеса, выкатил кресло вперед.

— Где же Хоббз? Прикажи Хоббзу немедленно их впустить. Даниэль и Тиггз — здесь! Вот-те на, что за нежданный сюрприз! Да-да, конечно, Амелия, всенепременно — вели Хоббзу проводить их сюда!

Благодушно улыбаясь, супруга профессора выплыла за дверь. Сама комната, подобно окну, выходившему в сад, отличалась немалыми размерами в том, что касалось высоты потолков, однако казалась довольно сумрачной, если не считать того места, куда падал свет из помянутого окна. Вдоль стен тянулись книжные шкафы, насквозь пропыленные; на них выстроились ряды гипсовых бюстов с суровыми, незрячими взглядами, неизменно обращенными в вечность. Невзирая на все это, комната была уютная, комфортабельная — необыкновенно приятная, предположил бы я, в самые холодные из зимних ночей — с ее-то роскошным каменным камином, затейливыми дверями красного дерева, широкими полосами коврового покрытия, блестящими столиками из древесины тропических пород и мягкими диванами и креслами!

Вскоре в дверях появились доктор Дэмп и профессор Тиггз в сопровождении вышеупомянутого слуги — очень чопорного и исполнительного, с лицом, смахивающим на крохотную выдавленную изюмину, и с промасленными, зачесанными к затылку волосами. За ними следовали сестры Джекc, мистер Киббл и мистер Банистер. Замыкали шествие хозяйка дома и мистер Джек Хиллтоп — тот самый мистер Хиллтоп, что некогда бежал в Бродшир, якобы для поправки здоровья; заключив, что нынешняя тайна слишком уж любопытна, чтобы так просто ею пренебречь, он отбросил всякую мысль о «былой энергии и мужестве» и возвратился в Солтхед вместе с прочими.

— Да-да, приятнейший из сюрпризов! Даниэль! Тайтус! Как вы оба поживаете?

— Отлично выглядите, Кит! — воскликнул профессор Тиггз, тепло пожимая руку престарелого джентльмена. — Без вас университет уже не тот. Сколько ж это лет минуло с тех пор, как вы ушли на пенсию? Два года? Или все три?

— Боюсь, что четыре. Четыре, да уж и пятый пошел… убавляться они и не думают. Даниэль, до чего славно вас снова повидать! А вы ничуть не изменились. Практика процветает, я полагаю?

— Я сам просто диву даюсь, — отозвался доктор с видом весьма довольным, как всегда, когда разговор заходил о нем. — «Процветает» — не то слово. Вы просто не поверите. Для занятий философией времени абсолютно не остается. Пациенты так и ломятся!… Но позвольте представить вас и очаровательную Амелию нашим спутникам.

Как только церемония знакомства завершилась и исполнительный Хоббз с лицом, похожим на изюмину, обнес гостей напитками и закусками, профессор Гриншилдз и его супруга устроились под высоким окном, сквозь которое в комнату просачивался сумеречный вечерний свет, а гости расселись перед ними полукругом.

— Мы только что приехали из Бродшира, — начал доктор с чрезвычайно важным видом. — Собственно говоря, в Солтхед мы прибыли не больше часу назад, сразу же взяли наемный экипаж и помчались сюда. Просто-таки прямиком из конторы Тимсона… Видите ли, нам необходимо обсудить с вами одно неотложное дело.

— Ага! — воскликнул профессор Гриншилдз, приятно удивленный тем, что вдруг оказался в фокусе пристального внимания, и притом немало польщенный: ведь столько людей проделали изрядный путь, дабы проконсультироваться с ним по серьезному делу! Удалившийся от дел профессор классической филологии уже давно считался авторитетом разве что в глазах прекрасной Амелии.

— Нам необходимо ваше содействие, Кит, ваши обширные познания касательно древнего мира и его обитателей, — проговорил профессор Тиггз. Его лучезарное благодушие в кои-то веки сменилось суровой решимостью. — Мы приехали узнать ваше мнение, мнение выдающегося специалиста, как сказал Даниэль, по вопросу величайшей значимости для всех жителей Солтхеда.

— Ага! — снова воскликнул профессор Гриншилдз, украдкой оглядываясь на жену. Слова профессора, похоже, еще больше его заинтриговали. — Но, Тайтус, все это так необычно. Право же, боюсь, я не понимаю, как именно могу вам всем помочь. Объект моих изысканий — далекое, темное прошлое, утраченные миры железа и бронзы, давным-давно канувшие в небытие. Кому это в наши дни может понадобиться?

Не откладывая дела в долгий ящик, гости совместными усилиями набросали общую последовательность событий — начиная от обнаружения реликвии в «Итон-Вейферз» и кончая появлением зловещих призраков в усадьбе и среди жителей Солтхеда, причем каждый или каждая из рассказчиков расцвечивали дискуссию собственными живописными подробностями. С каждым новым откровением взгляд живых глаз профессора Гриншилдза становился все более цепким; с каждой минутой увлекаясь все сильнее, ученый просто-таки искрился энтузиазмом. Особенно заинтересовали его кубическая каменная глыба, обнаруженная в «Итон-Вейферз» («Это был cippus?» — осведомился старик у мистера Банистера; мистер Банистер же ответил, что понятия не имеет, что такое cippus, если только не «столб» по-латыни.), и синяя статуя, рассыпавшаяся пылью в часовне. Он забросал гостей вопросами насчет мистера Томаса Скарлетта и его коллекции редкостей, и в общем и целом пришел от всей истории в полный восторг — с академической точки зрения. Профессор всерьез недоумевал, как так вышло, что вокруг него происходит столько всего необычного, притом, что сам он до сих пор пребывал в полнейшем неведении.