Читать онлайн «Промысел Господень: Летописи крови». Страница 109

— Не думаю, иначе бы их поведение было бы несколько другим. Мне кажется, что сейчас Псы действуют как любой другой каинит, напрямую неподвластный контролю Патриархов.

Ватек задумался. Он готовился к встрече с холодными, расчетливыми убийцами, а получил горстку жалких, сомневающихся вампиров с неустойчивой психикой. Это обстоятельство могло коренным образом изменить ход событий.

— Что еще тебе удалось почувствовать?

— Этот человек… о которым ты говорил. Он странный.

Ватек позволил себе усмешку.

— Он по-прежнему не отбрасывает тени?

— Да, к тому же и сапиенсом его назвать можно весьма условно.

— Объясни.

— Его физическое состояние никак не связано с тем, какой рисунок выстраивает его аура. Он очень похож на нас, но это естественное перерождение.

— Такого просто не может быть! Ты противоречишь всем возможным законам!

— Знаю, меня сейчас трудно понять, но я говорю то, что вижу. Разве такое невозможно?

Вампир наслаждался единоличной властью. Но врожденное чувство осторожности все еще держало его в некоторых рамках. Своих детей он также старался держать на поводу, не позволяя буйствовать без должной необходимости. Но вскоре ставшие насущными вопросы пропитания и безопасного жилья поставили его перед необходимостью жесткого выбора между прежней, скрытой от посторонних глаз, жизнью и активными действиями по расширению угодий.

На некоторое время проблему удалось решить за счет вытеснения с оккупированных земель прочих каинитов. Действия в этом направлении были сопряжены с неизбежными конфликтами, но до поры вампиру удавалось осуществлять свою экспансию, оставаясь вне подозрений. Он интриговал, выплетал сложные паутины заговоров, ловко играя на вечной борьбе с сапиенсами. Но такое положение дел не могло сохраняться вечно. Рано или поздно, и это он осознавал весьма отчетливо, все тайное всплыло бы на поверхность.

Перспектива оказаться между двух огней его не прельщала. Наступило время активных действий.

Между тем облюбованный им район Ящеров стал пользоваться дурной репутацией. Люди, замечающие частые случаи исчезновений себе подобных, сторонились некогда весьма популярного места, жить в котором считалось особым престижем. Каиниты же, озабоченные слишком активными действиям охотников за вампирами, предпочитали переместить свои убежища на более безопасные территории. Если бы тогда кто-нибудь из них вышел на след вампира, многих трагедий в будущем можно было бы избежать. Но уловки последнего оказались слишком изощренными для привыкших верить в свое превосходство каинитов. Никто из них не мог подумать, что сородич может быть причиной, по которой многие вампиры уходят из мира живых. Условно живых, конечно же.

Наконец вампир приступил к завершающей стадии своего плана. Первым шагом к тотальному контролю стала ночь страшной резни. В течение нескольких часов он и его импровизированная армия превратили всю землю Ящеров в оплот темной силы.

Это были часы боли, крови и смерти, которую вершили над всеми, не глядя ни на пол, ни на возраст. Вампир лично участвовал в особо изощренных казнях, которым были подвергнуты плененные сапиенсы. Он наслаждался их мучениями, питаясь ими как обычной кровью. Он давно заметил, что его физические трансмутации оставляют отпечаток и на сознании. Что эмоция становится таким же кормом, как и плоть. И это доставляло ему ничуть не меньшее удовольствие.

Многих своих жертв он сделал вампирами. Его семя, смешанное со свежей людской кровью, дало жизнь существам более могущественным, чем другие каиниты. Сотни вампиров, не страшащихся дневного света, были готовы к тому, чтобы обрушиться на остальной мир и подчинить его своей власти. Во главе их стоял он, довольный собой как никогда. И в предвкушении грядущей власти вампир неизбежно допустил ошибку.

Когда Патриархи обратили на него свое внимание, он позволил себе уничтожить их эмиссаров. Делегация из полудюжины Псов, обученных каинитов, готовых убивать любого, кто встанет у них на пути, продержалась не так долго, как могло бы быть в случае обычного мятежа. Он напал на них днем, когда Псы не могли оказать никакого сопротивления. Вампир убил их быстро, понимая, что сам факт совершенного преступления и так вызовет у Патриархов особое желание с ним посчитаться. Но он был готов и к такому повороту.

Вампир не собирался останавливаться на достигнутом. Когда Ящеры превратились в нагромождение мертвого камня и металла, среди которых тенями скользили каиниты, ищущие новых жертв, он вновь атаковал. За считанные дни окрестные земли были залиты новой кровью. Казалось, что черную волну насилия ничто не остановит.

Поскольку силы людей, направленные на борьбу с ночными монстрами, никогда не отличались ни масштабом, ни сплоченностью, то очевидно, что успеха в борьбе с новой заразой они не имели. Проще говоря, редкие отряды дневальщиков и охотников за упырями были сметены и уничтожены одним филигранным ударом. Многие из них были приобщены к растущей армии вампиров, не боящихся ничего на земле.

Чума разрасталась. Вместе с ночными ветром в другие города прибывали хладнокровные убийцы, повсюду сеющие одно и то же — смерть. Они больше не делали различий между человеком и каинитом, уничтожая любое существо на своем пути. Днем или ночью, в любое время каждый мог стать их очередной жертвой. Казалось, против этой инфекции нет никакого противоядия.

Несколькими часами раньше Ватек дал приказ не чинить препятствий существам, желающим проникнуть в его кондо. Он распорядился таким образом, имея в виду существ, имеющих стойкое желание встречи с ним. Сейчас же он был готов основательно пересмотреть первоначальный план. Раньше он полагал, что Псы станут весьма интересными собеседниками. Кому, как не им, знать о желаниях Патриархов, через их уста Ватек услышит то, что должен был узнать с самого начала. И, конечно, убийство Псов в таком случае станет его основной победой на данный момент.

Но то, что он узнал от Терцио, было неожиданностью, к которой Ватек был не готов. Он даже мог смириться с тем, что в бою с Псами мог погибнуть. Теперь же ему предстояло говорить с каинитами, трясущимися от страха. И, что было очевидно, боялись они отнюдь не Шерхана. Тогда в чем же причина их странного поведения?

Затянувшийся момент сомнений прервал конкретный Тальви:

— Милорд, мы обнаружили их.

— Думаю, Нунцио, они и не пытались скрываться. Они уже на территории?

— Да. Как было приказано, им не препятствуют.

— Правильно… Терцио?

Спатта, на время вновь погрузившийся в транс, ответил не сразу.