Читать онлайн «Том 11. Неопубликованное. Публицистика». Страница 191

— Когда-то непосредственное общение людей было ограничено территорией их проживания, т. к. «информация» за редким исключением была физически привязана к человеку. Потом появились телеграф и телефон, и «информация», оторвавшись от человека, отправилась в самостоятельное плавание, ограниченное, тем не менее, привязкой к какому-то носителю — проводам, эфиру или, скажем, виниловому диску или винчестеру. А сегодня она теряет и эту связь, прежде всего, из-за технологической простоты копирования, и именно с этим связывают трудности по «защите» авторских прав. Что вы об этом думаете, сталкивались ли с «пиратством», направленным против вас, и, если да, то как с этим боролись? — М. Б.-З.

— Да, такие случаи были, и неоднократно. У меня накопился обширный список пиратских изданий АБС, выпущенных, главным образом, в США и Израиле. Сделать с этим, по-моему, ничего пока нельзя, а значит, относиться к этому следует без истерики, успокаивая себя мыслью, что пиратские тиражи погоды все равно не сделают.

— Какие направления исследовательской деятельности (и уже сделанные открытия) вы считаете самыми важными для человечества?

— Геномика. Интеллектроника. Экология. Энергетика.

— Какова цель эволюции человека? В чем заключается его успех как биологического вида?

— У эволюции человека нет и не может быть цели. По определению. Но может быть направление. Эволюция человека есть процесс непрерывного увеличения его возможностей. Именно благодаря достижениям в этом направлении человечество достигло решающего успеха как биологический вид: выпало из процесса так называемой «естественной» эволюции.

— Как изменяется система человеческих ценностей с развитием цивилизации? Если бы человек жил вечно, то в чем был бы смысл этого существования?

— Система ценностей меняется вместе с нравственностью, то есть очень медленно. А человек, живущий вечно, не есть уже человек, и нельзя мерить его человеческими мерками. Да и вообще «смысл существования» есть, на мой взгляд, понятие сугубо индивидуальное и определяется в первую очередь самим индивидуумом. (Я, разумеется, имею в виду человека неверующего — религиозность задает смысл существования извне, и он, этот смысл, определяется тогда религиозными догматами.)

— Что важнее с точки зрения реализации вечной жизни: совершенствование телесной оболочки или перегон индивидуального разума в электронное хранилище?

— Сегодня — безусловно, совершенствование телесной оболочки. «Электронное» существование не есть жизнь. По крайней мере, в рамках современных представлений. Вполне можно себе представить и соответствующую инверсию представлений тоже, но это уже не будет жизнь homo sapiens, это будет бессмертие какого-то другого существа.

Беседу вели Н. Шахова и М. Брауде-Золотарев

Подготовка текста при участии В. Борисова

Я много и часто даю интервью в газетах и журналах — самых разных, фактически во всех, которые ко мне обращаются. Два-три раза в год обязательно выступаю по радио. Что же касается выступлений на ТВ, то тут у меня срабатывает старинный принцип: никогда и ни при каких обстоятельствах не выступать по телеку… И статьи писать практически перестал: вес Слова за последние годы сделался непривычно мал. Слов (с большой буквы) стало слишком много; мнений и суждений (по любому поводу) высказывается столько, что средний человек теряет возможность и даже желание определить свою собственную точку зрения. Особенно когда речь идет о вещах сложных, вроде экономики, финансов, социологии и пр. Текст, который вы сейчас читаете, возник по настоятельной просьбе редакции журнала рассказать о себе, о времени и о моих «знакомых» компьютерах, а потому неизбежно перекликается с моими ответами в различных интервью, прежде всего, в off-line-интервью на сайте «Русская фантастика».

…Сейчас я — пожилой Homo sapiens, склонный к сидячему образу жизни, а следовательно, и к излишней полноте. В свое время работал инженером-эксплуатационником по счетно-аналитическим машинам. Боюсь, сейчас мало кто даже слышал этот термин и совсем уж не способен представить себе эти гигантские (2500х1500х1500) гробы, с грохотом и лязгом исполняющие роль электрических арифмометров, причем один специально для сложения-вычитания — табулятор, а другой — только для умножения — мультипляйер. Это было высокое наслаждение: учить арифмометр умножать и делить! Электронная же знакомая машина была у меня тогда только одна — «Минск-22», оперативная память что-то вроде 96 байт (именно БАЙТ, и никаких вам килобайтов), внешняя память — на магнитной ленте и т. д., не помню уже ничего. Помню только, что самое ужасное на ней было — это компиляция программы и сборка, из-за непрерывных сбоев магнитной ленты. ЕС-1020 — тоже знакомая мне дама, но с ней я дела практически не имел — уволился вчистую.

Персоналкой я обзавелся давно, даже не помню когда. Во всяком случае, АН еще был жив-здоров, когда у меня появился 286-й. Я все пытался уговорить его (АНа) тоже обзавестись PC — мы поставили бы модемы и могли бы обмениваться текстами в любой момент. Но он был всегда очень консервативен, когда речь шла о технике… Значит, это произошло не позже 1990-го, а может быть, и в 1989-м. Сейчас у меня Пентиум-2…

Иногда говорят, что развитие вычислительной техники и, в частности, информационных сетей фантасты прозевали. Я не думаю, что это так. Другое дело, что описания новых информационных технологий в фантастике отличаются от реальных воплощений. У нас, к примеру, была идея Большого Всепланетного Информатория. У нас была идея Линии Доставки. У нас была идея Нуль-Связи. Все это вместе заменяло нам, причем с избытком, нынешнюю идею Сети. Может быть, именно поэтому я не способен рассматривать Сеть как очередную «победу науки над фантастикой». Для меня это совершенно естественное продолжение не вчера начавшейся телефонизации пополам с компьютеризацией. Интернет — это прежде всего новое измерение нашей жизни. Новые возможности. Новый мир. Новая среда обитания. Как и все новое, он таит в себе и великие возможности, и великие опасности. В этом смысле он ничем не отличается от ядерной физики, электродинамики или генной инженерии. Ничего особенного страшного я в Интернете не вижу. Разумеется, как и всякое массовое явление, он обязательно породит злоупотребления. Но не станем же мы отказываться от автомобилей лишь из-за того, что некоторое (кстати, довольно значительное) количество хомо сапиенс ежегодно становятся жертвами ДТП. Не верю я и в какие-то фундаментальные «прогрессоопределяющие» свойства Интернета. Уже появился (а со временем будет все утолщаться) слой «интерменов» — фанатов Сети, для которых Сеть станет вторым (а возможно, и первым, главным) домом; которым она заменит привычные формы общения и старые источники эмоциональной и рациональной информации о мире. Но таких людей никогда не будет слишком много, как никогда в мире не было слишком много фанатиков литературы или телефонного общения.