Читать онлайн «Пришедшие из мира имен». Страница 172

Мы могли бы общаться друг с другом, но не испытываем потребности. Закон предписывает передачу знаний от отца к сыну или от матери к дочери, как обязательство. Во всех остальных случаях только тогда, когда вопрошающий обратится к тебе. Женщина не должна обращаться первой, поэтому я никогда не пытаюсь постигнуть мысли своей жены, поскольку они не интересуют меня, а мне ничего не нужно от неё. Я никогда и ни в ком не нуждаюсь и не интересуюсь, как живут другие.

                Однажды, придя к месту ритуального танца, я заметил примитивный, но довольно большой летающий объект совсем неподалёку. Я исполнил то, ради чего сюда пришел и собирался вернуться, поскольку в моей базе данных нет никаких предписаний относительно подобных случаев, а любопытство мне неведомо. Я уже сошел с круга и собрался уйти, но из машины вышли люди. Если бы они не пошли на контакт первыми, я прошел бы мимо, поскольку они не представляют для меня никакой ценности в качестве объектов познания. Подобного внимания не заслуживает вообще никто другой из живущих, кроме меня самого.

                Эти существа были достойны удивления, если бы я был способен удивляться. Я позволил им подойти поближе и совершить приветственные ритуалы, поскольку научен с уважением относиться к разуму других и их традициям. Их ритуалы сложны, странны и очень разнообразны. Я бы принял их поведение за проявления хаотичности, если бы не прожил развитую ментальность. В нашем обществе не принято осуждать традиции других людей, но я рад, что у нас сохранились лишь САМЫЕ НЕОБХОДИМЫЕ из них.

                Воспользовавшись внешним прибором, адаптирующим образный поток, они вступили со мной в контакт. Они подошли слишком близко и стали рассматривать меня, я не реагировал, поскольку не имел раньше подобного опыта и не владел предписания к таким случаям, внушенными в детстве. Эти люди выглядели бы нормально, если бы не их подвижные лица. Казалось, что каждая лицевая мышца включена в работу, особенно деятельны ротовые и челюстные. Они издавали гортанные звуки, воспринимаемые мною, как единый поток, непонятно каким образом синхронизированный с интенсивностью их ментальных эманаций. Время от времени они растягивали мышцы губ до такой степени, что обнажались зубы. Очень часто они касаются друг друга и издают резкие отрывистые звуки, никак не связанные с деятельностью мозга. Их поведение отвратительно. Я испытал нечто, похожее на стыд. Невообразимо сколько они тратят энергии впустую! Я напрягаюсь так только во время танца.

                В редких случаях общения, мы передаём информацию от разума к разуму, а затем перерабатываем её годами. То же самое я сделал и сейчас, когда они соединились со мной с помощью прибора, усиливающего их замутнённое эмоциями восприятие. У них внутри — хаос. Мне придётся анализировать всё это не один год.

                Я ушел, как только они прервали связь, оставляя их наедине со слишком разнообразными ритуалами, и не испытывая ни малейшего интереса к продолжению контакта

Никогда в жизни у меня не возникала мысль пропустить хотя бы один из ритуалов, ибо благодаря им зиждется наше совершенное общество, жизнь в котором целесообразна и комфортна для каждого. Раз в полагающиеся несколько дней я являюсь в дом к своей жене для совершения обряда оплодотворения.

                Женщины живут отдельно от мужчин в городах иного типа, имеющими в своей основе отрицательно заряженный магнитный узел. В их домах энергия накапливается не от ядра земли, а притягивается из космоса, сотканная их света звёзд созвездия Сейлунар, она питает планету чистым Светом. Здания в таких городах выглядят иначе: это исполинские цилиндры с воронкообразными крышами в несколько раз превышающие размером наши конусы. Они расположены не по спирали, как в городах яньского типа, а в точности повторяют расположение звёзд созвездия Сейлунар. Непосвященному наблюдателю подобное расположение может показаться случайным и хаотичным, как само мышление женщины. Наши города вечны, как сама планета, а иньские зависят от срока жизни звёзд созвездия, которое они наследуют. Гибель одной из звёзд — явление маловероятное, но, если подобное событие произойдёт — город тоже будет обречён.

                Я нахожу нужное мне здание и отсчитываю положенное количество этажей сверху. Её окно закрыто тяжелой тканью, на которой нанесён опознавательный рисунок. По этим символическим изображениям мужчины находят жилища своих жен. Лодка мягко касается стены, я отодвигаю полог и захожу в дом, оставляя лодку за окном. В городах иньского типа транспорт оставляют у окна, которое служит так же и основным входом в жилище, поэтому башня выглядит, как бы, обвешенной украшениями и лишена аскетичной красоты и величия наших зданий.

 Жизнь женщин полна никчёмных декоративных излишеств. Множество тканей, они повсюду: на полу, на кровати, на обоих стульях и, даже, на столе. Несметное количество ёмкостей: для воды, для огня, для еды, для приготовления еды на огне, для сушки растений, баночки с красками, ящики с растениями и ещё множество предметов, предназначение которых мне неведомо. Всё это — сложный женский мир, в котором гораздо больше традиций и обрядов, чем в мужском. Их жилища намного превосходят наши по размеру, чтобы вместить всё это, поэтому их здания такие огромные.

Холодный свет звёзд не согревает их, но дарит пламя. Пламя — материализованный Огонь Матери приходит к женщине после выполнения ритуала его вызова. Оно может вспыхнуть на её ладони, не обжигая кожи, просто в воздухе или в любом другом месте, где она сочтёт необходимым. Постепенно пламя становится жарким, согревая жилище женщины и пригодно для приготовления еды. Пламя не нуждается в дополнительной пище, звёзды Сейлунар дают энергию для его поддержания, при условия содержания в жилищах иньского типа.

В комнате пахнет едой и красками. Жена занята нанесением орнамента на полотно, увидев меня, она оставила работу и подошла ко мне для приветствия, приходя к ней, я должен прикоснуться губами к лицу. Отрешенно глядя сквозь меня она равнодушно ждёт приветствия, а потом подходит к сосуду с едой на огне. Сохнущее полотно источает аромат травы, земли, огня и её волос.

Готовое высохшее полотно она свернёт и отнесёт в положенное место, оставляя там, найдёт другое такое же, но неокрашенное. Она никогда не видит женщин, которые приносят и забирают полотна. Каждый из нас делает только свою часть работы, и не интересуемся нечем, лежащим за её рамками.

Раз в год моей жене приносят одежду для меня, я снимаю старую и надеваю новую.