Читать онлайн «Ползущие». Страница 94

Крузон пожал плечами:

– Насколько я знаю, все нормально. Я же показал своему брату, что осталось от Брейкенриджа, он сам тоже кое-что видел. Так что он в курсе. Он спрятал их всех в подвале своего дома. – И Крузон бросил взгляд в окно, как будто мог там узнать, действительно ли у них все в порядке.

– Папа, ты тянешь время, – холодно вставила Шеннон.

Стэннер устало улыбнулся.

– Как ты похожа на мать. Ее я тоже никогда не мог обмануть. О'кей. – Он глубоко вздохнул и начал: – Все началось в семидесятых. Тогда появилась идея создать «умное» оружие, которое будет само искать объект, прицеливаться и уничтожать. Нечто вроде «умной» бомбы. В то время для этого использовались обычные компьютерные чипы. Но несколько лет назад в Проекте произошел прорыв в нанотехнологиях. Можно мне тоже виски? Налейте, пожалуйста, прямо в кофе.

Он сделал большой глоток и продолжил рассказ.

– Интересно, что технология начинает жить своей жизнью, даже еще не достигнув уровня искусственного интеллекта, – говорил Стэннер. – Такое впечатление, что после какого-то этапа в развитии технологии мы отдаем ей часть собственной жизни. И, похоже, слишком большую часть. Аспирин – прекрасная вещь, но проглоти пару пригоршней аспирина – и можешь отдать концы. Нам необходима вода – но если ее слишком много, мы умираем. Как понять, когда именно технологии становится слишком много?

(Шеннон смотрит на меня, как будто считает, что я опять тяну время. О'кей, сейчас начнется.)

Прорыв в нанотехнологии был достигнут в одной из лабораторий Пентагона. Все держали в глубокой тайне. Не хотели делиться с промышленностью, потому что от них могла быть утечка к противнику, и тогда мы потеряли бы преимущество. Хотя разглядеть это преимущество сначала было не так уж просто. Конечно, посредством нанотехнологии можно изготавливать микроскопические компоненты, фактически можно создавать машины размером с молекулу. Теоретически это означает, что можно втиснуть почти беспредельные вычислительные мощности в невообразимо малый объем. Однако проблема состояла в производстве наноаппаратуры. Чтобы производить ее качественно, быстро, в большом количестве, нужна нанотехнологическая аппаратура, которая будет производить нанотехнологическую аппаратуру – ну, примерно на таком уровне. Можно, конечно, пользоваться туннельными сканирующими электронными микроскопами, многими другими технологиями, но это требует очень много времени. Слишком много. Но потом ученые, работающие в Проекте – самой секретной из программ Пентагона, – эти гении создали простую нанотехнологическую ячейку, первичную клетку, у которой сначала была только одна задача – производить другие наноячейки. Каждая ячейка создавала другую, более сложную, более совершенную. Это было похоже на технологический эволюционный процесс, один аспект тянул за собой другой. В каком-то смысле это действительно было похоже на биологическую эволюцию, но сверхбыструю и миниатюрную.

Сами по себе наноячейки – это ячейки-роботы с заданной программой. Каждая из них несет определенную долю информации в формате квантового компьютера. Группы таких ячеек пользуются информацией друг друга, и процесс обновления базируется на общей сумме данных.

О'кей. В общем, выяснилось, что единственным способом создавать наноячейки с достаточно высокой степенью развития и разработанности оказался принцип самовоспроизводства и независимости друг от друга. Тенденция к структурным изменениям, инновациям была заложена в сам автоматический принцип на клеточном уровне. Они были в состоянии выдвигать гипотезы, проводить эксперименты, используя энзимы и другие молекулярные инструменты воздействия для повышения эффективности своей деятельности. Могли изменять форму ячейки.

Но их не создавали полностью независимыми. Группам этих микроскопических автоматов транслировались инструкции. Как раз на этом этапе и появляется Кью Ким, корейский Ученый, работавший в Проекте. Это была его идея. Видите ли, он считал, что раз этот процесс идет на таком микроскопическом уровне, эквивалентном микробиологии, то можно заставить наноячейки использовать на клеточном уровне биологическую материю. А так как кругом полно биологического материала, который можно утилизировать, их развитие ускорится на порядки. Он передал эту инструкцию наноячейкам, и они ее выполнили. Можно сказать, с энтузиазмом.

Вначале он предоставлял им биологический материал и материал нервной системы кошек, собак, приматов. Ячейки смогли изменить свою конфигурацию так, чтобы интегрироваться в некоторые виды нервных систем животных. С кошками всегда были проблемы. Такое впечатление, что они обладают геном независимости или каким-то компонентом в химическом составе крови, который позволяет им сопротивляться наноячейкам. Приматы, включая людей, более разнообразны и различны по своим характеристикам, чем многие из нас представляют. У нас всех много общего, но очень много различий в генетическом наборе и химическом составе организма, так сказать, химии тела. И это связано скорее не с расами, а с генетическими линиями отдельных семей.

Оказывается, некоторые люди поддаются взаимодействию с наноячейками без особых хлопот. Другие – нет. Некоторые исследователи считали, что это объясняется генной предрасположенностью, но доктор Ким полагал, что причина – в состоянии мозга и химическом составе организма, который обусловлен этим состоянием. Взаимодействие с молодыми приматами получалось хуже, химия их организма, наэлектризованность нервной системы поддерживала состояние, можно сказать, «бдительности», то есть постоянно сохраняла обостренное внимание. У старых приматов это качество менее выражено, система их поглощала чаще.

Потом стали проводить эксперименты на добровольцах: солдатах, умирающих от рака в госпиталях для ветеранов, которые надеялись, что эта биотехнологическая система интеграции – а она сводилась к сращиванию человека и машины – может дать им шанс на выживание. Но как только интеграция происходила, наноячейки начинали использовать ресурсы организма для своих целей и полностью забирали контроль над телом. Поглощенная физическая материя давала им строительный материал и энергию. Они разрушали прежнюю индивидуальность, но сначала получали от нее часть информации и перестраивали тело, основываясь на теоретической гипотезе улучшения функций. Добровольцы превратились в нелепых киборгов. Там, где были встроены системы расширения функций и увеличения возможностей, ячейки изменили нормальные человеческие клетки, чтобы контролировать реакции крови и иммунной системы. Они создали внутри организма «фабрику систем усовершенствования», чтобы дополнять его новыми механическими и электронными деталями. То есть превращали людей в… на профессиональном жаргоне это называлось ползунами и выбросами.