Читать онлайн «Слуга праха». Страница 64

Пирамиды Гизы все так же возвышаются над пустыней, но воздух вокруг них наполнен выхлопными газами, а современные кварталы вплотную приблизились к подножию древних сооружений.

На расстоянии броска камня от офисных зданий с кондиционерами начинаются джунгли, обитатели которых понятия не имеют ни о Яхве, Аллахе, Иисусе или Шиве, ни о том, что такое железо, медь, золото или бронза. Они охотятся при помощи луков и деревянных стрел с пропитанными змеиным ядом наконечниками и изумляются, видя ползущий по лесу бульдозер, ревом мотора нарушающий покой их заповедного мира.

Стадо козлов в горах Иудеи выглядит точно так же, как стадо козлов во времена правления Кира. А пастухи, присматривающие за овцами у стен Вифлеема, — точная копия тех, что слушали откровения пророка Иеремии.

Несмотря на многовековые связи и сотрудничество, Восток и Запад всегда противостояли друг другу. Шейхи пустыни, разбогатевшие на нефти, обнаруженной под песками, ездят на фешенебельных автомобилях, но по-прежнему носят традиционные одежды и головные уборы. Их женщины в любой точке мира живут взаперти и, лишь изредка выходя за порог, прячут лица под покрывалами.

Рядовые жители Нью-Йорка — признанной столицы западного мира, куда стремятся самые умные и богатые люди со всего света, — на редкость самоуверенны и при этом удивительно невежественны.

Много ли людей, независимо от места жительства, знают наверняка, что такое двоичный код, полупроводник, триод, электролит или лазерный луч?

Промышленная элита, обладающая не меньшей властью, чем когда-то религиозные лидеры, вселяет в людей безграничную веру в невидимое: в ионы, нейтроны, гамма- и ультрафиолетовое излучение и черные дыры в космосе.

После пробуждения все символы, образы, знаки сияли для меня так же ярко, как глаза умирающей Эстер.

В те минуты она как будто говорила: «Служитель праха, слушай. Служитель праха, приди и смотри».

Я горевал и страшно злился на ее убийц, а тем временем передо мной открылся весь земной, материальный мир. Я познавал его, постигал без спешки, страха или смятения.

Оставаясь безмолвным и невидимым, я путешествовал по городу и заметил, как человек в припаркованной машине на углу Пятьдесят шестой улицы и Пятой авеню достал крошечный телефон и заговорил по-немецки с кем-то из своих служащих в Вене.

Какая-то женщина круглые сутки сообщала о погоде по всему миру, хотя сама не покидала пределов Америки и стояла перед камерой где-то в Атланте.

Мою горькую потерю, Эстер Белкин, оплакивали люди, никогда с ней не встречавшиеся, потому что ее история облетела весь мир, точнее, все страны, где вещал Си-эн-эн. Оплакивали ее и приверженцы Храма разума, к которому она никогда не принадлежала.

Ее отчим, основатель Храма Грегори Белкин, крепкий мужчина внушительного роста, рыдал перед камерами и все твердил о каких-то культах, террористах и заговорах. «Почему они стремятся навредить нам?» — вопрошал он. Его черные глаза блестели, коротко стриженые волосы были такими же густыми, как у Эстер, а кожа отливала золотом, словно мед на солнце.

Мать убитой девушки избегала посторонних. Одетые в белое сестры милосердия быстро провели ее мимо орущей толпы репортеров. С длинными, распущенными, небрежно причесанными волосами и тонкими, молитвенно сложенными руками она выглядела немногим старше дочери.

Полицейские и представители властей осуждали падение нравов.

А вообще, наступили страшные времена. Жестокость в любой форме превратилась в предмет купли-продажи.

Грабежи, изнасилования, разбойные нападения, избиения стали широко, если не повально, распространенным явлением. И все это под прикрытием рассуждений о мире, цивилизации и прогрессе. Локальные войны возникают все чаще и чаще. Люди погибают в Сомали, Афганистане, на Украине, и души их витают над землей, словно кольца дыма.

На рынке оружия можно встретить и белых, и темнокожих, торговля идет бойко и бесконтрольно. Маленькие воюющие страны соперничают с более крупными в легальной и нелегальной закупке вооружения, боеприпасов и взрывчатки у разваливающихся империй. Могущественные державы стремятся ограничить распространение ракетного и химического оружия, сократить производство ручных гранат и пуль, а сами тем временем разрабатывают все новые виды ядерных бомб, способных уничтожить все живое на земле, если не планету в целом.

Очень важной темой стали лекарства. О них говорят и спорят все.

Лекарства лечат. Лекарства убивают. Лекарства полезны. Лекарства вредны.

В мире существует великое множество лекарств, служащих самым разным целям, и никому не дано постичь все их многообразие и помнить назначение каждого.

Реестр одного только нью-йоркского госпиталя включает бесчисленное множество препаратов, ежедневно спасающих жизни путем прививания, инъекций, внутривенных вливаний или приема привычным способом. Избежать хаоса удается только благодаря компьютерам.

Во всем мире криминальные авторитеты борются за первенство в нелегальной торговле запрещенными препаратами, изыскивают деньги и средства для производства и распространения синтетических наркотиков, а также кокаина и героина с одной только целью: заставить людей ощутить эйфорию или полное умиротворение и вызвать у них желание испытывать это чувство снова и снова, то есть сделать наркозависимыми.

Теперь о культах. Культы, а точнее, секты стали предметом повального увлечения и одновременно источником самых разных страхов. По сути своей секты — это несанкционированные религиозные организации, члены которых, как правило, дают клятву верности тому, чьим моральным убеждениям и устремлениям доверяют. Такие объединения порой возникают буквально на пустом месте, создаются одним человеком — таким, например, как Грегори Белкин. А иногда группа людей, фанатично увлеченных какой-то идеей, порывает с крупной религиозной общиной и организует собственную церковь.

Отношение к сектам было разным.

Смерть Эстер Белкин породила целый рой слухов и споров относительно сект.

Ее лицо то и дело возникало на экранах телевизоров.

Несмотря на то что сама она не принадлежала ни к одной секте, имя ее связывали буквально со всеми незаконными объединениями — и с теми, кто выступал против власти, и с теми, кто отрицал Бога, и с теми, кто призывал бороться с богачами.

Неужели Эстер убили приверженцы ее отца? Однажды в частной беседе с кем-то она заметила, что Храм разума распоряжается слишком большими деньгами, владеет множеством зданий по всему миру и обладает немалой силой. А быть может, в ее смерти виновны враги Грегори Белкина? Ведь всякому ясно, что смерть дочери будет для него тяжелым ударом. Вдруг они решили таким образом предупредить его, выразить недовольство многочисленностью его сторонников. Не исключено, что для кого-то Храм разума стал опасен. Но для кого? Среди множества сект есть либеральные, радикальные, реакционные, ратующие за возвращение к старине… И члены этих сект способны на самые ужасные поступки.