Читать онлайн «Испанский смычок». Страница 143

Но чем глубже я знакомилась с жизнью Казальса, тем яснее понимала: он не совсем устраивает меня как герой. Попутно я узнавала о фактах из жизни других музыкантов, которые больше отвечали моему замыслу. Также появилась масса вопросов, на которые невозможно было найти ответ в документах. Журналисту это показалось бы непреодолимой преградой, но писателя подобные трудности не пугают. А главное, я пришла к выводу, что жизнь Казальса, музыканта и публичной фигуры, имела много общего с историями жизни многих других европейских музыкантов, композиторов и даже художников. Эти люди бились над одними и теми же проблемами, решали одни и те же морально-нравственные вопросы. Это давало большой простор для творчества.

Одним словом, я сама не заметила, как вместо документалистики занялась сочинением романа.

В книге описаны вымышленные события. Тем не менее не исключено, что разбирающиеся в музыке читатели обнаружат между ее главным героем Фелю Деларго и Казальсом немало сходства. И тот и другой выросли в Каталонии, пользовались королевским покровительством (правда, разных королев), владели смычком, украшенным самоцветом, и разделяли республиканские политические взгляды. Но Казальс родился в 1876 году, а Фелю — в 1892-м, следовательно, реальный человек и придуманный персонаж общались с разными музыкантами, политиками и монархами, были свидетелями и участниками разных общественно-политических событий. Казальс никогда не совершал турне с человеком, подобным Аль-Серрасу или Авиве, не встречался с Франко и никогда не выступал ни перед каудильо, ни перед фюрером. Хотя и Казальс, и Фелю принципиально отказались от выступлений (подобно многим музыкантам 1930–1940-х годов) по политическим мотивам, происходило это в разных исторических обстоятельствах и имело разные последствия.

Точно так же Хусто Аль-Серрас некоторыми внешними признаками (крупное телосложение и любовь к розыгрышам) напоминает испанского пианиста и композитора Исаака Альбениса, хотя различий между ними гораздо больше, чем сходства. Годы жизни Альбениса — 1860–1909, то есть большая часть описанных в книге событий не застает его в живых. Он не подвергался политическим гонениям, не участвовал в испанской гражданской войне, не исчез бесследно в конце жизни. Он никогда не концертировал с известным виолончелистом. Его композиции, в отличие от композиций Аль-Серраса, были хорошо известны публике и пользовались успехом.

Вместе с тем признаюсь, что я наделила многих второстепенных персонажей характеристиками, заимствованными из реальной жизни: частично для того, чтобы усилить ощущение достоверности происходящего, частично ради собственного удовольствия и удовольствия главных героев, частично — чтобы было чем их пугать. Таковы король Альфонсо XIII и королева Испании Эна, Мануэль де Фалья, сэр Эдуард Элгар, Пабло Пикассо, Вэриан Фрай, Франсиско Франко, Адольф Гитлер, Бертольт Брехт и Курт Вайль. Конечно, я позволяла себе с ними некоторые вольности.

Одной из важнейших составляющих моей работы над романом были поездки в описываемые мною места. (Я и в самом деле предпочла самостоятельно пройтись по садам Альгамбры, а не полагаться на буклеты с улицы Ришелье.) Многие детали я почерпнула из книг, в числе которых — самые серьезные исторические исследования и музыковедческая литература.

В 2002 году я побывала на концерте симфонического оркестра Сан-Хуана в Пуэрто-Рико и не могла не восхититься мастерством виолончелиста Йезуса Моралеса. Продемонстрировав широчайшую терпимость к моим более чем скромным музыкальным способностям, он согласился дать мне несколько частных уроков игры на виолончели и объяснил сущность некоторых особенностей испанского стиля исполнения. Кроме того, Моралес пригласил меня на концерт, организованный в доме Пабло Казальса в Сан-Хуане, где он исполнил сюиты для виолончели Баха. Это было одно из самых сильных впечатлений всей моей жизни.

Я благодарна моему редактору Ребекке Салетан за ее доверие к автору-новичку и совместную работу. Без поддержки моего агента Элизабет Шейнкман я бы не написала ни страницы. Благодарю также Стаею Деккер, Давида Хоу, Джудит Маккоун, Кэти Ригс, Лиз Деметер, Дженифер Гилмор и всю команду издательства «Харкорт» за их редакторские, дизайнерские и административные таланты, а Равви Мирчандани, Джасон Артур и Джами Бинг из Соединенного Королевства — за их своевременную помощь.

Мой муж Брайан и мои дети Ари и Тзипора, сопровождавшие меня в этом путешествии, демонстрировали неизменную готовность идти в любое место и испробовать все что угодно — во имя музыки, литературы и испанского шоколада. Спасибо друзьям-писателям с Аляски Биллу Шервониту, Ли Гудмен, Эллен Белавски, Нэнси Дешу, Соне Сенковски и Джил Фредстон за их советы и поддержку; моим сестрам Оноре и Элизе и моей маме С. Романо за то, что они читали первые варианты рукописи; виолончелисткам Линде Марш-Ив и Линде Оттам за их уроки, а также Карен и Стюарту Фергюсон за более чем десятилетнюю дружбу и прекрасные советы. Я выражаю искреннюю благодарность Дэйву Стейну из Фонда Курта Вайля; сотрудникам музея Пабло Казальса в Пуэрто-Рико и Культурного центра Мануэля де Фальи в Гранаде (Испания).

Осуществлению проекта помогла щедрость Фонда Расмусона и Совета по вопросам искусства Аляски, которые в критические моменты оказывали мне моральную и финансовую помощь.

И наконец, я стоя аплодирую потрясающим виолончелистам, ныне живым и ушедшим от нас, — Пабло Казальсу, Ханне Чанг, Гамильтону Хейфицу, Линн Харрелл, Йо-Йо Ма, Жаклин Дю Пре, Натаниэлю Розену, Яносу Старке и Джулиан Ллойд Уэббер. Их записи звучали в моих наушниках на протяжении тысяч часов, пока я писала книгу. Я надеюсь, что этот роман поможет читателям найти для себя музыку, которую невозможно описать словами.

Крендель (исп.).

Добрый день, донья (исп.).

Матерь Божия (исп.).

Предатель, изменник (исп.).

Злодей (исп.).

Малявка (исп.).

Стопроцентный (исп.).

Милый (исп.).

Мансанилья — разновидность хереса.

Смирение (фр.).