Читать онлайн «Миллениум». Страница 131

— Ты в этом уверена? — засомневался Галыгин, подозревая, что прототип литературного героя, изображенного в сочинении "ЭП-Мастера", мог выпасть из своего времени, как немец Курт Райнер, про которого он не так давно прочитал в Интернете.

В один из августовских дней 1997 года этот 25-летний парень, весь грязный и исцарапанный, прихрамывая, подошел к входу в термальный парк "Сады Посейдона". Он сказал служащему, что сорвался на мотоцикле под откос и теперь плохо соображает, где находится. Райнера отправили в больницу, и на следующий день он назвал свое имя, фамилию и отель, где остановился. Однако в списке гостей никакого Райнера не обнаружили. Загадочным происшествием занялась полиция. Скоро удалось установить: в 1981 году в этом отеле действительно останавливался немецкий турист по фамилии Райнер, который затем исчез. Тогда расследование пришло к выводу, что он, скорее всего, утонул, купаясь в море. Все долгие 16 лет (!) Курт считался погибшим. Где он находился все это время, так и осталось загадкой. (1)

II

Ненадолго отвлечем читателя от романтического свидания Геннадия Галыгина с обворожительной Еленой Сергеевной и из Строгино переместимся в другой район Москвы — Хамовники, в скромную однокомнатную квартиру православного священника отца Андрея, пригласившего своего бывшего одноклассника Антона Шлыкова по поводу переустановки операционной системы и "дров" на его домашнем компьютере. Как известно, дело это — ответственное и не сиюминутное.

Для ускорения установочного процесса операционной системы, офисного пакета, драйверов и нескольких полезных рабочих программ Антон Шлыков принес из дома свой ноутбук и применил "заливку". Под этим термином компьютерщики подразумевают образ, снятый с другого компьютера, то есть образец уже установленной операционной системы и софта. Узнав, сколько "заливка" займет времени, отец Андрей пригласил Шлыкова на кухню, чтобы испить чай из самовара, недавно подаренного ему прихожанами по случаю престольного праздника. Самовар был настоящий, то есть медный, полуведерный, тульский, — но, естественно, не с дровяным, а с электрическим подогревом.

Усаживая гостя за стол, отец Андрей посетовал на тесноту пространства кухонного помещения, в котором даже для самовара не хватает места. Говоря об интерьере жилища отца Андрея нельзя не упомянуть о двух десятках икон на окрашенных мелом стенах, старинном сундуке, в котором хозяин хранил свою одежду, большом книжном шкафе из красного дерева с ящичками и стеклянными дверцами, высокой конторке, кресле-кровати и круглом журнальном столике в минималистском стиле.

Из бытовой техники в квартире присутствовали только холодильник и оконный кондиционер. Телевизор и аудиосистемы отец Андрей не держал из принципа, но без персонального компьютера (ноутбука) и Интернета уже не мог обойтись, исполняя наказ Святейшего Патриарха Алексия II: "Истина Христова должна быть распространяема максимально широко…Интернет предоставляет исключительную возможность в этом отношении, и Церковь не вправе пренебрегать ею, ибо по слову апостола — горе мне, если я не благовествую".

Пока все, что надо, копировалось, распаковывалось и устанавливалось, два бывших одноклассника, а ныне: программист и православный священник, — спокойно пили на кухне душистый травяной чай и обсуждали проблемы компьютерного моделирования литературного творчества.

В обыденной жизни дружеская встреча представителей столь разных профессий практически маловероятна. По этой причине будет уместным напомнить, что отец Андрей и Антон Шлыков родились в Москве в один и тот же год (1962), окончили одну и ту же школу с математическим уклоном, учились в одном классе и в среднем школьном возрасте сидели за одной партой. В то же время никакого запанибратства и дружбы между ними не было. В школе все знали, что Андрюша Эммаусский — сын православного священника, и когда-нибудь тоже станет священником или иеромонахом, поэтому даже отпетые хулиганы обходили его стороной, то есть не задирали и мелочь (деньги) не вымогали.

Учителя чуть ли не с пятого класса относились к Андрюше Эммаусскому, как к взрослому, и не могли не нарадоваться на его примерное поведение и успеваемость. За это они прощали ему все — даже неполиткорректность. Их любимец категорически отказался носить красный пионерский галстук, не участвовал в линейках с выносом пионерского знамени под звуки барабана и горна, не стремился попасть в комсомол, хотя лучше его в классе никто не мог прочитать политинформацию или рассказать о решениях последнего Пленума ЦК КПСС. К великому сожалению ставить его в пример другим школьникам учителя не могли, но золотую медаль для него из ГОРОНО все-таки выбили. В качестве последнего аргумента директор школы привел убийственное сравнение с 17-летним гимназистом Владимиром Ильичем Ульяновым (Лениным), который свою золотую медаль получил, несмотря на то, что его старший брат Александр был приговорен к смертной казни за участие в подготовке покушения на государя-императора.

Во время учебы отца Андрея в духовной семинарии, а Антона Шлыкова — в МГУ имени М.В. Ломоносова, они практически не общались. Затем отец Андрей переехал в Ленинград, где вскоре поступил на учебу в Духовную Академию. В середине 90-х годов, когда отец Андрей вернулся в Москву, они оказались соседями по двору и стали видеться, если не каждый день, то через день.

Антон Шлыков очень живо пересказал отцу Андрею содержание двух последних новелл, сочиненных программой "ЭП-Мастер" за истекшие сутки, и выразил свои опасения насчет невероятного сходства главного литературного персонажа и его реального прототипа. Не забыл он упомянуть про дуэль, на которую реальный Павлов, обиженный изменой жены, вызвал Геннадия Галыгина, и о результатах встречи секундантов враждующих сторон.

Услышав последнюю новость, отец Андрей огорчился и предложил выступить мирным посредником, дабы конфликт не закончился кровопролитием. Шлыков сказал, что дело зашло слишком далеко, и дуэль, по-видимому, состоится.

Слово за слово, и Шлыков поинтересовался у отца Андрея насчет того, что тот думает о реальности существования человеческих клонов — искусственно созданных людей с одинаковой жизненной программой. Дело в том, что он почти удостоверился в правдивости истории "двойников" Павловых, изложенной в сочинении "ЭП-Мастера". Его супруга Елизавета по его просьбе нашла в электронной базе данных вкладчиков Сбербанка СССР подтверждение факта существования двух Павловых — однофамильцев и полных тезок, проживавших в конце 70-х годов в Москве: одного на улице Теплый Стан, другого — на Ленинградке. Соответствующие адреса и номера телефонов Шлыков переписал себе в блокнот.