Читать онлайн «Миллениум». Страница 108

Меру была настолько велика, что вокруг нее сформировался собственный микроклимат. Влажные ветры, дующие со стороны экватора, натыкаясь на гору-остров, отдавали принесенную воду в виде дождя и мокрого снега. Здесь были все климатические зоны: от влажного тропического леса у подножья до пустынной зоны, покрытой лишайниками с вечными снегами, на вершине, где, по мнению ученых-дельфинов, сходились четыре стихии: земля, огонь, вода и воздух.

Напарники оживились, и обменялись информацией о своих планах на ближайшие трое суток увольнительной, положенной им по уставу патрульно-караульной службы.

— Повидаюсь с женой и детьми, отъемся, отосплюсь, с друзьями в водное поло поиграю, — размечтался Пик-вик.

— А я выступлю с докладом в Философском обществе, пообщаюсь с Учителем Ки-вином и предамся молитвенному созерцанию, — помечтал Цви-лай.

Услышав имя знаменитого философа и математика, Пик-вик поинтересовался: правда ли говорят, что у Ки-вина под плавниками спрятаны человеческие руки, и он управляется ими не хуже, чем морской слон своим хоботом? Цви-лай засмущался, и просвистел, что, дескать, все это — сплетни, распускаемые недоброжелателями, неспособными отличить интеграл от дифференциала или найти общее между матрицей и пустым желудком кита-кашалота.

При слове "матрица" Пик-вик поперхнулся, вспомнив о том, что так и не удосужился побывать в Университете народов моря, где на втором курсе учились его старшие сыновья: Чик (6 лет) и Каш (5 лет), — несмотря на неоднократные просьбы их педагога-воспитателя. Взглянув на небо, Пик-вик подумал, что, возможно, успеет заплыть в университет до восхода Желтого солнца и поговорит с учителями. Если поведение и успеваемость его отпрысков совершенно безнадежны, то он досрочно отправит их на службу в армию. С военным комиссаром он уже договорился, и оставалось только убедить свою супругу Цио-чио-сан, которая хотела, чтобы ее сыновья получили высшее образование и стали офицерами, священниками или учеными, как все мужчины из ее знатного рода.

Вода становилась ощутимо холоднее. Пик-вик и Цви-лай попали в холодное и сильное встречное течение. Отовсюду слышался громкий свист дельфинов, отправившихся на утреннюю охоту. Поднимающиеся на поверхность холодные воды насыщены кислородом и обогащены полезными микроэлементами, что весьма способствует развитию планктона. Планктон привлекает анчоусов. Численность этих рыб очень велика. По подсчетам ученых-дельфинов анчоусы в общей массе всех особей занимали первое место среди всех промысловых рыб. Дельфины-охотники из разных племен с помощью домашних тунцов сбивали косяки анчоусов в плотные массы и гнали их к Великому архипелагу в свои родовые лагуны.

В общем гомоне щелчков и свистов, издаваемых дельфинами-охотниками, Пик-вик и Цви-лай быстро распознали "голоса" своих сородичей и устремились к ним на помощь. Сородичи уже сбили довольно приличный косяк анчоусов, оторвав его от основной массы многомиллионной стаи. Старейшина рода Цви-пут определил им место с правого крыла загонщиков на самом сложном — втором — ярусе глубины погружения. Задача загонщиков состояла в том, чтобы анчоусы не прорвались через живое кольцо ограждения, а двигались в нужном направлении вслед за двумя ловчими, которые изгибами своего тела создавали потоки воды, имитирующие поведение головной части рыбьей стаи.

В родной лагуне охотников с нетерпением ждали иждивенцы: старики, женщины с грудными детьми, а также больные и ослабленные дельфины, — все, кто не мог добывать пищу самостоятельно. Часть пригнанных анчоусов была тут же съедена, а прочие оставлены про запас. Вырваться из лагуны через пролив загнанные рыбы уже не могли, поскольку там их постоянно караулили "дежурные по кухне". В некоторые дни охотники пригоняли столько анчоусов, что съесть их даже в несколько приемов пищи было невозможно, и тогда часть "улова" дельфины скармливали домашним тунцам или отпускали на волю.

Как уже отмечалось, Пик-вик был женат. Со своей супругой Цио-чио-сан он прожил почти семь лет. Кроме двух взрослых сыновей у них была годовалая дочь по имени Майя. Еще один ребенок в семье должен был появиться на свет через две-три недели. Как и все дельфинихи на последнем месяце беременности, Цио-чио-сан отличалась повышенной нервозностью, и по малейшему поводу устраивала своему мужу скандалы и истерики. То ей казалось, что Пик-вик не уделяет ей должного внимания и засматривается на других представительниц прекрасного пола. То она свистела ему о том, что роды пройдут неудачно: малыш выйдет из лона головой вперед и захлебнется, а она умрет от горя.

Вот, и на этот раз Цио-чио-сан испортила Пик-вику настроение, расплакавшись из-за того, что он вернулся из командировки без подарка. Подарок, к слову сказать, у него был приготовлен заранее, но он его где-то по дороге домой потерял. Обычно он дарил своей супруге морские розы и лилии, перламутровые раковины и редкие минералы, разноцветные губки или веточки кораллов, пряча все это в своих просторных карманах под плавниками. Куда подевались два больших голубых камня, которыми он хотел порадовать свою супругу, Пик-вик себе не представлял, — скорее всего, они могли выпасть во время охоты на осьминога. Маленькую круглую металлическую пластинку, которую он чуть не проглотил, когда охотился за летучими рыбами, но вовремя выплюнул, Цио-чио-сан проигнорировала, и он снова спрятал ее в карман под левым плавником.

Чтобы хоть как то утешить свою супругу, Пик-вик "нарисовал" для нее из воздушных пузырей геометрическую фигуру в виде трех пересекающихся колец, которые, будучи вихревыми образованиями, могли длительное время сохранять свою форму. Его рисунок привел в восторг дочь Майю, которая принялась с воздушными пузырями играть, ловко рассекая кольца на равные части.

Глядя на дочь, Цио-чио-сан рассмеялась, и принялась рассказывать мужу последние новости и сплетни из жизни обитателей родной лагуны и их соседей. Закончив рассказ, она вернулась к вопросу, с которого начался их разговор, а именно: где подарок?

— Опять двадцать пять! — рассердился Пик-вик и просвистел супруге о том, как он вместе со своим напарником Цви-лаем охотился на гигантского осьминога, который своими щупальцами едва не оторвал у него хвост. В этот момент ему пришлось изо всех сил работать плавниками и извиваться всем телом, поэтому самоцветы могли из карманов вывалиться.

— Зачем ты рисковал своей жизнью? А если бы осьминог тебя укусил? — разволновалась Цио-чио-сан и принялась корить его за легкомыслие и юношескую браваду, которая не подобает взрослому мужчине и главе семейства.