Читать онлайн «Нет тебя прекраснее». Страница 64

– Скажи мне, – попросил Джош, и голос его зазвучал теперь ниже, почти хрипло, а в глазах вспыхнула страсть. Он думал о Жасмин, но знал, что женщина увидит лишь голодный блеск глаз. Дженн вздохнула, прижала руки к груди и выпалила:

– Ладно! Она пошла в библиотеку. Ох, она меня убьет! Публичная библиотека, угол Пятой и Сорок пятой…

– Библиотека? – Джош отклеился от притолоки и снова стал самим собой. – Библиотекарь?

Дженн кивнула. Она выглядела растерянной: половина ее души мучилась угрызениями совести за то, что выдала подругу, а другая половина счастливо вздыхала, вспоминая, какими глазами на нее смотрел Митч Тэнк.

– И его зовут… – протянул Джош, подозревая, каков будет ответ.

– Джош Тоби, – пробормотала Дженн.

У него перехватило дыхание. Еще один Джош Тоби. Который же из них двоих? Кто единственный возлюбленный Жасмин? Он торопился уйти, но все же вернулся, взял Дженн за руку и поцеловал со всей грацией, за которую было бы не стыдно и Ромео.

– Благодарю вас. – Он услышал, как вздохнула Дженн, и глаза ее подернулись дымкой мечтательности. Но Джош уже бежал вниз по лестнице, на ходу набирая номер на мобильном.

Жасмин сидела на ступеньках публичной библиотеки и разглядывала величественный фасад. Ноябрьское утро выдалось по-настоящему холодным, солнце скрылось за низкими серыми тучами. Люди оделись в свитера и куртки, но все равно зябли и пытались согреться любыми способами. Вот, например, внизу, на тротуаре, очередь к тележке уличного торговца горячими бутербродами.

Скоро зима, думала Жасмин, и эта мысль успокаивала ее. Пойдет снег и заметет улицы белым, прикроет грязь и заставит людей реже выходить на холод. Станет спокойнее, и ей будет проще жить, потому что она любит жить тихо и мирно. «Это, кстати, 4571-я причина, по которой я не могу быть с Джошем», – напомнила она себе. А потом задумалась, не вернуться ли ей в Индию. Последнее время эти мысли посещали ее все чаще. Она представила свежесть раннего утра и пение птиц, которые смолкнут, когда безжалостное солнце зальет улицы и сады. Вспомнила босоногих ребятишек. Запах карри. Женщин, одетых в сари. Яркие, торжествующие цвета: красный и оранжевый, индиго и зеленый, вспышки пламенеющего шелка.

Радж. Его друзья. Ее унижение.

Воспоминания о Радже плавно перетекли в мысли о сестрах. Вероятно, Радж – это всего лишь повод, чтобы не думать о более глубокой душевной ране? О том, что сестры отвергли ее, не приняли в семью? Ненавидели ее, поскольку она не могла быть мелкой мошенницей, какими выросли они сами? Жасмин всячески пыталась доказать, что она сильна, что умеет страдать и жить так же, как они… но ей не поверили. И тогда она оставила записку и ушла из дому на поиски силы.

Четыре года она провела в Огайо, но так и не сумела избавиться от своих комплексов и от ностальгии. Ее приютили в местном театре, и миссис Инглтон, женщина, руководившая костюмерной мастерской, не задавала лишних вопросов. Девчонка умела шить, у нее имелось чутье, и не было никаких претензий – что еще требовать от костюмерши? Жасмин довольствовалась минимумом денег и согласилась спать на продавленной койке в мастерской, лишь бы иметь работу и возможность учиться на практике любимому делу. Шить Жасмин научилась в четыре года, когда ее индийская няня – айа Амита дала девочке иголку и шелк и показала, каким живым существом может быть ткань.

За четыре года, которые Жасмин провела под началом миссис Инглтон, она обрела богатейший практический опыт, и не было такого костюма, который она не сумела бы создать буквально из ничего. Нахваливая ее, миссис Инглтон порой говаривала, что актеру и рот открывать не надо – за него все уже сказал правильно подобранный костюм. Правда, сама Жасмин за эти годы почти превратилась в невидимку. Мастерица-невидимка, мышка-норушка.

Жасмин сидела на ступенях библиотеки и ждала Джоша Тоби, который скоро должен прийти на работу. Может, именно рыжий библиотекарь и есть ее истинный возлюбленный? Если с первым Джошем все получилось так ужасно… то она просто обязана еще раз попытать счастья с этим.

– Жасмин?

Она обернулась, удивленная.

Ее окликнула по имени незнакомая светловолосая женщина.

Незнакомка была потрясающе одета. С первого взгляда Жасмин оценила чудесный цвет и покрой голубого льняного платья, поверх которого женщина надела не менее стильный черный шерстяной пиджак. Судя по покрою и форме отворотов, пиджак куплен в бутике Валентино. Коллекция этого года. Роскошные золотистого оттенка длинные волосы блестящим каскадом спадали на плечи и спину. В руке женщина держала стаканчик с кофе. Она открыла пластиковую крышечку, вдохнула аромат кофе и снова закрыла стаканчик. Села рядом с Жасмин, которая терялась в догадках, кто бы это мог быть: журналистка? Поклонница Джоша?

– Меня зовут Морин, – представилась незнакомка.

– Решили с утра разжиться сенсацией? – спросила Жасмин, мучительно пытаясь сообразить, почему имя женщины кажется ей знакомым.

– Все зовут меня Мо, – невозмутимо пояснила та. – Я агент по связям с общественностью и работаю на Клео и Джоша.

Так это Мо! Жасмин побледнела и испуганно покосилась на женщину. Уж лучше бы папарацци. Наверняка это неземное создание явилось, чтобы предложить ей оставить звезду в покое и не портить сложившийся дуэт Клео и Джоша.

– А Клео тоже здесь? – спросила Жасмин на всякий случай.

– Нет. – Мо опять открыла стаканчик и погрузила лицо в облачко ароматного пара. Заметив удивленный взгляд Жасмин, она пояснила: – Я вообще-то не пью кофе. Мой желудок совершенно не принимает кофеин, но мне очень нравится запах. Бодрит и вообще тонизирует. – Она наклонилась над кофе и дышала глубоко.

Жасмин молчала, ожидая, пока эта совершенная, но со странностями дама перейдет к цели их встречи.

– Хотите кофе? – спросила Мо. – Я уже надышалась, но он все еще горячий.

Жасмин сглотнула. Кофе хотелось невероятно. На кухне Дженн имелись только травяные сборы и зеленый чай. Но можно ли принимать кофе из рук человека, который работает на твоего противника (и одновременно на твоего любовника) и, скорее всего, жаждет, чтобы она навсегда исчезла в неизвестном направлении? Вдруг эта женщина в роскошном льняном платье небесного цвета и волосами, как солнечный свет, – отравительница? Жасмин вздохнула и сказала:

– Спасибо. – И взяла предложенный стаканчик. Мокаччино-латте от «Старбакса» – а Морин даже не собиралась его пить! Хорошо работать на миллионеров, черт возьми. Можно позволить себе маленькие слабости. Жасмин грела руки о стаканчик с кофе и надеялась, что Мо не насыпала туда яду. Она вспомнила сцену из «Ромео и Джульетты», когда священник напоил девушку отравленным напитком и та должна была притвориться мертвой, чтобы ожить и иметь возможность любить. Еще разок, напомнив себе, что они не в Вероне, Жасмин отпила кофе.