Читать онлайн «О завтрашнем дне не беспокойтесь». Страница 312

— Почему? — удивилась Эмм Ми Фиш.

— Потому, что ты не соизволила проверить, как я реагирую на тебя— дерзко заявил он.

— Ах, так! Ну, давай, посмотрим! — весело сказала она, зашла за ширму, разделась, подошла к нему, с помощью специального пульта сняла показания приборов, удивленно развела руками и сообщила:

— Действительно, в твоем представлении я превосхожу Жанну Валери.

Но это, наверное, из-за большего объема груди и бедер.

— Не скромничай! Ты здесь самая красивая! — льстиво возразил он. Эмм Ми Фиш прикрепила к себе электронные датчики, сдернула с него простынь, и прежде чем попасть в его страстные объятья, погрозила ему пальцем и, шутя, объявила:

— Смотри! Не доведешь меня до оргазма, кастрирую! И Павлов приступил к делу в полном соответствии с наставлением любимого античного поэта Овидия, который писал:

В результате он добился того, что Эмм Ми Фиш от переполнявших ее реакций и эмоций даже захохотала. Когда же она, немного отдохнув, сняла с датчиков показания того, что на медицинском языке называется «тазовым биением», то глазам своим не поверила: 25 ритмических сокращений с интервалом в 0,8 секунды! Счетчик Райха, который измерял выделенную ими во время коитуса высокочастотную, так называемую, оргонную, энергию вообще вышел из строя. Лишний дубль при постановке научного эксперимента, особенно в биофизике, очень часто необходим для исключения случайных совпадений. По этой причине Павлову в тот же день после обеда пришлось повторить тест-драйв с Жанной Валери, а после ужина повозиться с чернокожей медсестрой Рудой, которая нескромно призналась ему в любви. На основании всей совокупности полученных данных Эмм Ми Фиш составила подробный отчет, в котором сделала заключение об адекватности сексуального поведения ее подопечного и соответствии уровня его умственного развития минимальным социальным требованиям. Для дальнейшей судьбы Павлова данное заключение имело огромное значение, поскольку он оказался в обществе, где такие понятия, как «сексуальный маньяк» и «сексуальное насилие» уже давно отсутствовали: они исчезли вместе с исчезновением особей мужского пола. И все было бы замечательно, если бы часть отснятого в его палате скрытыми камерами видеоматериала не попала на скандально известный канал интервидения «2х2». Тележурналисты представили дело так, будто Павлов — не разумный человек из далекого прошлого, а дрессированная горилла из новосибирского зоопарка, над которой проводятся неэтичные опыты. Цинь Ши Хуан выступила с гневным опровержением, и в научных и околонаучных кругах завязалась острая полемика. Злоумышленника из Центральной клинической больницы, который решил на скандале немного заработать, вычислили очень быстро, уволили с работы и передали дело в суд. По правде говоря, Эмм Ми Фиш легче от этого не стало: она очень сильно переживала и едва не заболела. На 20-й день пребывания в новосибирской Центральной клинической больнице в жизни Павлова произошло очень важное событие: прибывший из Москвы чиновник вручил ему паспорт гражданина мира на имя Ди Ва Пава и два чипа. Паспорт представлял собой пластинку размером с пятикопеечную монету из кристаллического вещества серого цвета. На этой пластинке была записана вся информация о нем, включая сведения о его генотипе. Один из чипов предназначался для передачи информации о состоянии его здоровья в единую базу данных регионального управления медицинского обслуживания населения и вживлялся в шею ниже затылка. Второй чип вживлялся в большой палец правой руки и предназначался для считывания информации о состоянии его личного банковского счета. Сразу после вживления и активации «основного финансового документа» ему вручили карманный персональный универсальный компьютер и показали, как надо им пользоваться, чтобы проверить состояние личного банковского счета. Денег, к его удивлению, на его счете оказалось немало: около 10 тысяч кредитных единиц. За такую сумму, как ему объяснили, он мог бы, например, приобрести в турфирме «Красная Планета» билет для полета на Марс и оплатить двухнедельное проживание и экскурсионное обслуживание. Более половины суммы денежных средств, поступивших на его личный банковский счет, собрал общественный фонд «Природное наследие», вице-президентом которого была не кто-нибудь, а сама Цинь Ши Хуан — лауреат Нобелевской премии по биологии и медицине. С получением паспорта Павлов обрел все гражданские и политические права, наравне с другими гражданами планеты, то есть свободу проживания и передвижения, выбора профессии и трудоустройства, а также — избирать и быть избранным в органы законодательной власти всех уровней и местного самоуправления. Его, правда, предупредили о том, что за ним в течение неопределенного периода будет вестись скрытное наблюдение, в целях профилактики и предотвращения правонарушений и преступлений. По совету Цинь Ши Хуан он подписал с Центром исторической антропологии Новосибирского гуманитарного университета годичный контракт на участие в научных исследованиях и экспериментах в качестве специалиста I категории с месячным окладом 85 кредитных единиц. Эта сумма соответствовала тогдашнему минимальному уровню зарплаты, но на большее Павлов по причине отсутствия у него каких-либо дипломов об образовании и повышения уровня квалификации претендовать не мог. В связи с тем, что срок его пребывания в Центральной клинической больнице заканчивался, перед ним встал вопрос о месте проживания.

Ему рекомендовали на первое время поселиться в гостинице неподалеку от университета, а уже потом, скопив определенную сумму денег, снять внаем квартиру из муниципального жилищного фонда. Языку бытового общения андрогинов он научился очень быстро, даже не принимая специальных стимуляторов укрепления памяти, которые ему предлагали.

Язык новой науки, литературы и искусства ему еще предстояло освоить, и он очень рассчитывал на возможности самообразования, которые ему предоставляла новая информационная среда и информационная культура. 10 июня 3797 г. Павлов покинул Центральную клиническую больницу, в которой провел ровно 30 дней. Проводить его пришел почти весь медицинский персонал. Врачи собрали для него, кроме сувениров, кое-какие полезные вещи: одежду, обувь и портативные бытовые приборы, — которые могли бы пригодиться ему в его новой жизни. Павлов тепло простился со всеми, поблагодарив за проявленную к нему заботу и внимание. Из гостиницы прислали такси, на котором он добрался на свое новое место жительства. С Эмм Ми Фиш Павлов не прощался, так как им еще предстояла продолжительная совместная работа по проблеме социальной адаптации реликтовых гоминид мужского пола. В холле гостиницы его встретили два пожилых андрогина: Пак Джоан и Шейла Ли, — его будущие коллеги по работе в Центре исторической антропологии. Обе «бабули» хорошо знали эсперанто и помогли ему освоиться в новой для него обстановке: показали, как пользоваться удобствами гостиничного номера, пообедали вместе с ним за его счет в очень дорогом ресторане и совершили экскурсионную поездку по Новосибирску. Его будущим коллегам были интересны его впечатления от кардинально изменившейся за тысячу с лишним лет городской архитектуры и инфраструктуры, и они просили его сравнить то, что он видит, с тем, что было прежде. После завершения экскурсии они отвезли его в гостиницу и оставили одного. От обилия впечатлений и полученной информации голова шла кругом. Павлов принял контрастный душ и завалился спать. 11 июня 3797 года Павлов вышел на работу. От здания гостиницы до университета было рукой подать — 15 минут ходьбы по тенистым аллеям городского парка. Комплекс университетских зданий поразил его изысканным дизайном. Он ожидал увидеть много народа, привычную суету студенческих будней, но, к своему удивлению, людей оказалось совсем немного. Как ему потом объяснили, студенты и преподаватели общаются друг с другом, главным образом, посредством персональных компьютеров, и привычные формы занятий, вроде лекций и семинаров, уже давным-давно заменили учебные чаты. Директор центра Чан Ди Ван, лично, провела для него ознакомительную экскурсию по факультетам и лабораториям. Затем его привели в отдел кадров, где с помощью специалиста-филолога он заполнил множество различных форм, необходимых для приема на работу, и ответил на вопросы начальника кадровой службы и начальника службы охраны. В Центре исторической антропологии работало 35 научных работников, из которых постоянно на своих рабочих местах находилось не более 5–6 человек вспомогательного состава: секретари, лаборанты и дежурные референты. На работу в привычном значении этого слова большинство землян уже давно не ходили. Все виды производства и даже финансовые и банковские операции были полностью автоматизированы.