Читать онлайн «Живые консоли». Страница 37

– В другой раз.

Тима сел на выдвинувшееся из стены жестковатое кресло, явно не рассчитанное на длительное использование. Свободный конец оптоволокна с легким щелчком вошел в отверстие на его шее, и реальность исчезла.

Находясь в межузельном пространстве, Вероника направила запрос на поиск Дюгема, и спустя несколько секунд Кассий ответил:

– Доступ заблокирован.

– Скажи мне хотя бы, на каком узле он находится.

– Корпорация «Живой ландшафт на потребу», тип местности – саванна.

Девочка разозлилась. Мало того, что бросил ее наедине с озабоченным дизайнером, так еще и смылся на охоту!

– Поехали туда же.

На нее наплыла воронка, в которой цветными пятнами разбегались по осям размытые детали пейзажа. Детализация быстро достигла предельного значения, ландшафт охватил образ Вероники и включил его в динамическую поддержку: на высокую желтую траву легла ее длинная тень, коснувшись ствола монументального баобаба.

Кажется, здесь всегда царил тропический закат, с крупным оранжевым светилом, чуть касающимся горизонта, и редкими перистыми облаками, заляпанными длинноволновой частью «видимого» спектра.

«Ну и где прикажете его искать? – сварливо подумала девочка. – Подними-ка меня на дерево».

Вид сверху впечатлял. Под ногами колыхалась упругая крона, то ли по недосмотру дизайнеров, то ли умышленно наделенная непроницаемостью (поэтому Вероника не провалилась сквозь нее). Во все стороны тянулось море трав, кое-где оживляемое деревьями, крупными лужами с лежащими в них бегемотами и петляющими отрезков дорог. Виднелись пылевые завихрения – по дорогам и невозделанной саванне в колесных повозках с шумными двигателями, с тяжелыми ружьями наперевес носились оголтелые охотники, преследуя дичь: зебр, гну и прочих антилоп. Дюгем утверждал, что именно так всегда добывал себе пищу древний человек, пока еще на планете имелись места, где можно было пострелять и поездить вволю.

– Включи дискретный опознавательный сигнал, – приказала Вероника. Теперь программа Дюгема каждую минуту будет сообщать хозяину о местонахождении его подруги, пока ему не надоест слушать одно и то же и он не соизволит откликнуться. – И все фильтры.

Теперь только естественные, запрограммированные дизайнерами «Живого ландшафта» звуки и образы касались ее преддверно-улитковых и зрительных нервов. Звонкие выстрелы и стрекот моторов отсеялись, как будто их и не было.

– До критической отметки усталости – двадцать три минуты, – тихо высказался Кассий.

Скоро нужно будет отключиться от Сети и лечь спать, и поработавшие за день мышцы расслабятся, чтобы набраться сил для следующего долгого дня. Девочка села на крону лицом к закату и широко раскрыла глаза, позволяя неяркому свету проникать в самые глубины мозга. Ей тут нравилось.

Вечно заходящее солнце, приклеенное к глубоко синему небу, переполнило собой все ее чувства. Проницая черными вытянутыми телами сплошное оранжевое сияние (не засоренное пылевыми облачками от снующих машин), наискосок от горизонта летела правильная стая «обобщенных» птиц. Ломаные линии крыльев равномерно колебались, перемещая по верхней полусфере узла их правильные вытянутые образы. Скорее всего, простая проекция – а так красиво.

Тима проявился в очень странном месте. В слабом гравитационном поле, ограниченном непроницаемыми стенками, шевелились, летали или подскакивали самые разные забавные штучки, а управляли их движением крошечные дети возрастом от трех до пяти лет. Ровный белый свет мягко ласкал глаза.

Мальчик усмехнулся, смутно вспомнив себя, когда его еще не выпускали на необозримые пространства Сети, а ограничивали питомником. Он немного напряг память, и к его удивлению весь период его детской жизни засверкал свежими красками, будто со старой мнемокопии удалили пыль и царапины и превратили ее в полноценную постановку. «Спасибо Людовику», – благодарно подумал он и пощупал бугорок за ухом.

Он вспомнил свои любимые игрушки, истрепанные им до полной деструктуризации – мехового коричневого зверя с короткими лапами и круглыми ушами, который разговаривал басом и постоянно требовал меда (впрочем, не обижаясь, если Тима отказывал ему: ведь кукла не нуждалась в пище, не нужно было даже менять батарейку – энергия Сети бесконечна), и почти настоящий флаер, с яркими рычагами и крупными цветными экранами. Ему вспомнился и первый преподаватель – пожилая женщина-бион, которая целенаправленно донесла до воспитанников азбуку и примитивную арифметику.

– Дядя, а что это ты тут делаешь? – строго спросил малыш, остриженный по последней моде и облаченный в крошечное платье, несколько великоватое для его щуплого тела. Оседлав мяч, он подпрыгивал на месте, каким-то чудом удерживая вертикальное положение и не опрокидываясь.

Тима улыбнулся:

– Тетю Ирину не встречал?

Малыш махнул рукой себе за спину и лукаво ухмыльнулся:

– Ты ее муж?

– Ну… пока нет. – Тиму озадачили собственные ощущения: он вдруг подумал, что произнесение утвердительного ответа сопровождалось бы сильным эмоциональным подъемом и удовольствием.

Парнишка погрозил ему пальцем.

– Скачи за мной! – крикнул он и ловко развернулся на месте.

Тима схватил вертевшуюся поблизости двуногую лошадку с мягким седлом. Ее пружинистые ноги вознесли гостя на высоту нескольких метров, и ему пришлось наполовину погасить вертикальную составляющую скорости, чтобы не потерять своего маленького проводника из вида. Тот мастерски уворачивался от других детей, занятых своими веселыми забавами. Особенно Тиме понравился одинокий малыш, сосредоточенно мастеривший воздушный шар при помощи газового баллона с гелием. При этом он пытался приспособить к делу коробку из-под цветных кубиков.

Вскоре между кособоких стен рукотворного городка гость увидел Ирину, чинно присевшую на скамейку поодаль от гомонящей толпы детей.

Она причесывала какую-то серьезную девчушку, что-то втолковывая ей с интимным видом, словно делилась своим самым важным жизненным опытом.

– …А перед сном заколку нужно снимать, иначе к старости волосы выпадут, – услышал Тима окончание фразы.

– Тетя Ирина, к тебе почти муж!