Читать онлайн «Отцы Ели Кислый Виноград. Второй Лабиринт». Страница 59

С улицы через толстые стены камеры, куда поместили Ирми и Ноама, невнятным гулом доносились выкрики толпы подростков-студийцев, которых привели к участку близнецы Дорон. Выкрики перемежались звуками гитары и дерзким речитативом, на ходу импровизируемым Рувиком. Немного поодаль взволнованной стайкой собрались одноклассницы Ренаны. В какой-то момент невнятный гул усилился до громкого возмущённого воя, поднятого подростками, стоявшими стеной у входа. Но Ноам, похоже, ничего не слышал; он сидел на каменном полу и беззвучно шевелил губами, углубившись в книжечку псалмов. Ирми не сразу осознал, что давно не видел Максима. Сидя на тонком топчане, брошенном на пол камеры, он впервые задался вопросом – где Максим? Слыша крики подростков-студийцев, он почему-то подумал, что, наверняка, их привёл сюда именно Максим, и это его немного успокоило.

Он ещё не знал, что Максима держат в одиночке, что ему задают "наводящие" вопросы, вроде: "Расскажи, кто тебе посоветовал поселиться в Меирии, вернее – кто тебя туда направил? Кто именно из антистримерских лидеров тебя послал в "Самовар", с какой целью? Сколько человек ты отвратил от программы "Самовара"? Нападение на полицейского доказано, и от этого тебе не отвертеться – придётся отвечать. Но для полноты картины ты должен чистосердечно признать свою вину, раскаяться и рассказать всё о своей подрывной деятельности по разложению меирийской общины и группы, прибывшей в Арцену по специальной программе прохождения гиюра". Максим с самого начала решил молчать, за что его наградили несколькими увесистыми тумаками и оставили в покое… если "покоем" можно назвать сидение в крохотной, грязной камере с тёмными, зеркальными стенами, словно бы непрестанно издающими силонокулл-пассажи. Так прошло три дня, после чего его привели в комендатуру.

Сидящий за столом солидный полицейский чин, не глядя на него, процедил, что у него неожиданно нашлись доброхоты, согласившиеся заплатить залог для его освобождения из-под ареста. Но пусть он не думает, что он волен продолжать свою антистримерскую деятельность – отныне он будет находиться под постоянным наблюдением органов власти и ему придётся еженедельно являться в полицию.

Собравшиеся у входных дверей участка подруги Ренаны увидели, как Далила в окружении своих друзей выходила из двери в торце здания участка, о чём они тут же передали студийцам. Это вызвало возмущённую реакцию друзей Доронов, отголоски которой докатились до Бенци, сидевшего в приёмной. В комнату вошёл полицейский и поманил Бенци: "Забирайте ваших хулиганов. И… угомоните тех, что безобразничают на улице: они мешают нам работать! Сил никаких нет!" Близнецы, которые под утро привели к участку толпу своих друзей, не знали и не могли знать, что до наступления полуночи из полиции тихо и без лишнего шума отпустили и сдали Зяме на руки его дочерей, несмотря на то, что большинство свидетелей показали: именно сестрицы Ликуктус – главные зачинщицы драки в "Шоко-Мамтоко".

Свидетелям (то есть почти всем, кто в тот вечер находился в кафе) в доступной форме при посредстве достижений фанфармационной техники растолковали, что драку в популярном кафе в центре Меирии устроили фанатичные фиолетовые девицы, подстрекаемые "русским" антистримером, затесавшимся в их компанию. Этот тип под своей щуплой комплекцией скрывает мощный разрушительный антистримерский потенциал – достаточно внимательно заглянуть в его маленькие, хитро прищуренные глазки. Скрытые манипуляции этого типа (не исключено, с помощью скрытого излучателя обертонов вредных звучаний) оказали на посетителей кафе слишком сильное воздействие – вплоть до галлюцинаций.

Пристроившийся за столиком сбоку бесцветный субъект в штатском словно бы мимоходом бесцветным голосом задал вопрос: не слышали ли они перед началом драки в кафе звуков шофара? Это вызвало среди свидетелей замешательство, выраженное в нестройном галдеже: "Нет… Вроде, ничего подобного не было… И в автомате таких композиций не было…" – "Вот-вот! Вроде бы! Значит, это были обертоны…" – коротко бросил бесцветный субъект, а сидевший за столом офицер пояснил ласковым, проникновенным тоном: "Потому-то вам и привиделось, что две хрупкие девушки из хорошей семьи затеяли драку. На самом деле они – невинно пострадавшие в ней, потому что защитили оказавшуюся в кафе "русскую" журналистку, воспитанницу "Самовара". Ведь драка, как таковая, началась с оскорбления, нанесённого журналистке, находящейся при исполнении, двумя фанатично настроенными фиолетовыми девицами. Жаль, что им, непонятно, каким образом, удалось скрыться от законного возмездия".

После того, как отпустили свидетелей, основательно сбитых с толку и уже не понимающих, что они видели на самом деле, а что им могло привидеться, начали допрос Ирми и Ноама. Они безуспешно пытались рассказать, что именно Далила начала с приставания к Ирми, каким-то образом ей удалось привлечь к этому сестриц Ликуктус. Но их никто не стал слушать, их слова натыкались на ледяное молчание, только под конец им обоим пригрозили: "Смотрите, как бы не пришлось отвечать за злостную клевету на невинных девушек из приличной семьи, за инсинуации в адрес репатриантки и попытки таким образом уйти от ответа за собственные преступления – а это серьёзное обвинение!" Обоим сбитым с толка парням ничего не оставалось, как прекратить попытки что-то доказать, и они замолчали. И тут начался странный и показавшийся им бессмысленным допрос: "Куда вы спрятали шофар? Кому вы его отдали? Тому "русскому"?" Ребята никак не могли понять, какое отношение имеет шофар к драке девчонок в кафе, в конце концов, этот, многократно повторенный, вопрос их окончательно запутал. Зато поняли, что Максим арестован, но где он и что с ним, они не знали.

Их продержали в камере больше двух суток, после чего неожиданно выпустили под залог. Перед оформлением необходимых документов им в самой суровой и грозной форме было сказано: "Мы вам настоятельно советуем (если вы не хотите себе крупных неприятностей!) прекратить распускать клеветнические слухи о якобы участии в драке двух скромных девушек из хорошей семьи. Вам всё ясно? Мы знаем, кто начал драку, кто напал на полицейского… Скажите спасибо, что вас на сей раз прощают!" На несколько раз повторенное: "Вам ясно?!" – они так ничего и не ответили.

Значительно позже Бенци Дорон им рассказал: из-за активного участия в драке сестриц Ликуктус было решено "считать это дело не представляющим общественного интереса". Посему сочли за лучшее замять дело и только раскрутить часть этой истории в прессе, придав ей романтическую окраску, и этим ограничиться. Что и было проделано Офелией и тружениками агентства "OFEL-INFO" в лучшем виде.