Читать онлайн «Неискоренимое». Страница 93

Глава 21. Грязь и кровь.

Планета Земля, город Пльзень, 5 января 1424 года по летоисчислению Земли.

Велика земля чешская.... Сколько веков сила была с нею, сколько власти взяла она над народами и странами после соединения под знаменем славных Пржемысловичей! Славны церкви чешские святые, славна доблестная чешская армия, а уж как славны города Чехии.... И Пльзень с её огромной и многошумной центральной площадью - не последняя среди них! Высоки и крепки стены города, велик замок княжеский. Да вот только не те нынче времена, чтобы любоваться замком-то! Ибо, как не велики и славны церкви, а всё ж ксёндзы, что в Риме, что в самой Чехии чересчур много власти взяли, чересчур много золота. Стоном стонет вся Европа под ними, как девка под разбойником, в иных землях уже и не утерпела.... Поднялись уже и Прокопий Голый, и Ян Жижка, нет покоя теперь земле чешской. Гуляют по ней удалые гуситы, да лютые римские кондотьеры, кровь в реках, кровь на земле, дым над городами.... Передрались паны и трещат чубы холопские, не до того теперь, чтобы на стены и площадь любоваться!

Йиржи Малайкат, старший сын кузнеца из Стари-Пльзенеца, был, в общем-то, неглупым парнем. Потому-то в свои почти 18 до сих пор не попал в набор ни к панам-гетманам, ни к Яну Жижке и Прокопию Голому. А уж сколько погодок его, кто через хмель, кто по глупости (сами пошли, божьи люди!), кто силой уведённый, сложили свои головы на полях брани.... Да и просто так - мало ли кто в город али село войдёт, мало ли какая муха славных рыцарей под гузно куснёт? И вешали не за что и били смертным боем и тащили в застенок по навету - всё мимо Йиржи прошло, ибо везуч был, как цыган, а верток и хитёр - как жид. Хотя чего уж тем жидам хитрость их - промеж любой уловки их по теперешним временам громят, да вешают. Один раз согрешили над Христом - теперь до Второго Пришествия маяться им, горемычным, коли в Первое сплоховали! А Пришествие, видать не скоро - вот уж сколько не пророчили приход Лукавого и мор великий над людьми - а стал 1420 год - и ничего. Это пусть карапузы голоштанные бабку Катажину слушают, что по новой пророчит, он, Йиржи, теперича умный и кликушам второй раз не поверит...

Человеку 21 века сложно себе представить, как жили и кем были люди века 15. Пожалуйста, напрягите воображение и нарисуйте в уме образ непьющего бомжа. Грязного, вонючего, заросшего - но при этом здорового и не пропитого. Большая часть планеты в те времена была заселена именно такими личностями. Сейчас тот, кто не моется полтора месяца к ряду, считается свиньей, да и является ей, по сути. Но даже такой человек знает о существовании туалетной бумаги и зубной пасты. В средневековой Европе пасты не было, а замена туалетной бумаги находилась не всегда. Вонь тогдашних городов, где не было даже канализации, "цивилизованному" человеку вряд ли вообразима. Но это мелочи жизни, по сравнению с тем, как воняло от человека, омываемого лишь после рождения - на крестинах, и после смерти - перед погребением. Жить, работать, есть, заниматься сексом - всё это приходилось делать в условиях смрада и антисанитарии. А уж как всё это выглядело.... Не верьте фильмам о бесстрашных рыцарях и прекрасных дамах, не верьте картинам в галереях! Достаточно сказать, что чуть ли не каждый второй портрет, нарисованный с 1000го по 1600й годы нашей эры, был исправлен самим художником! Этакий средневековый фото-шоп, призванный удалять с лица "натуры" следы ветрянки и проказы, бесчинствовавших тогда всюду и везде.... В том жестоком мире в причёсках водились мыши, парфюмеры составляли ароматы, чтобы скрыть вонь пота, а придворные дамы носили шелк, потому, что с него соскальзывала вошь! Женщины рожали с 17 и до климакса, причём рожали в поле, без акушеров и лекарств, а добрую треть детей им приходилось хоронить на том же поле. Просто они не доживали до первого дня рождения! Ещё примерно треть не доживала до дня, когда оставит потомство, остальным следовало родиться под счастливой звездой, чтобы справить сорокалетие.... И так во всём.

Девушку выдавали замуж без учёта её мнения, развод считался чем-то неслыханным, ей приходилось терпеть ВСЁ. В том числе запрещённые нынче законом побои и пьянство, которое было единственным развлечением более-менее зажиточных людей. А таковыми в те времена считались все, кому не грозила в ближайшее время голодная смерть! В этом тёмном мире, полном безграмотных и страшных людей убивали за измену, сжигали за красоту и знания, вешали за религиозную и национальную принадлежность. Любой мало-мальски значимый социальный процесс же вообще сопровождался массовыми казнями за те или иные политические убеждения. Это сейчас мы звоним в скорую и полицию, найдя в подъезде труп. Тогда даже малый ребёнок знал верную последовательность действий в такой ситуации. Проверить визуально на наличие заразных хворей, перевернув палкой, если лежит лицом вниз - мало ли! Снять сапоги - вещь добрая, ещё и после тебя может послужить кому-нибудь. Обыскать - а ну как не разбойники постарались, может, осталось что в карманах? Одежду, если не слишком дешёвая и поношенная, тоже снять. И только после этого, если советь зачешется, похоронить. Если же почва рядом с дорогой каменистая, или время зимнее, даже "высоконравственный" путник полениться копать могилу. Максимум - заупокойную прочтёт, ежели знает. Насильники и убийцы, распутники и взяточники, попрошайки и говнари, алкаши и бездомные, садисты и фанатики, неучи и быдло.... Сейчас их принято считать преступниками и дном общества. Тогда они составляли ВСЁ общество! И ещё полноправным членом жизни тогда была смерть. Она могла прийти к кому угодно и когда угодно, её не скрывала от людей иллюзия социально-политической безопасности, эффективной медицины, надёжной инфраструктуры. Ей привыкли глядеть в лицо каждый день и оттого относились к ней проще. Не то, чтобы её не боялись, просто к ней так привыкли.... Тогдашний человек был в этих вопросах лишён иллюзий и предельно циничен. А ещё он был очень прост внутренне. В противном случае мир, где прогресс полз со скоростью раненной черепахи, а информационные потоки были на несколько порядков уже современных, он просто сошёл бы с ума от скуки и однообразия...

Так вот, Йиржи Малайкат был именно таким не спившимся, циничным и простоватым бомжем, флегматичным и способным на очень разные поступки.... Правда, про простоту следовало говорить с оглядкой - всё-таки его интеллект был весьма высок и он неплохо двигался по жизни. Разумеется, настолько, насколько вообще мог в те времена двигаться по ней безродный смерд! Он был жив, относительно здоров, его спина не была голой, а желудок пустым. И это в то время как рати таборитов и крестоносцев гуляли по Чехии, сея смерть и погром, когда горели города и полчища обездоленных ползали по божией земле, словно саранча, насланная Моисеем в числе прочих Казней Египетских! Его семья (видно, в свою породу он был таким везучим и изворотливым) тоже не бедствовала. Может, тому было причиной то, что его отец помимо прочей кузнечной работы умел хорошо латать кольчуги и был в военное лихолетье человеком очень нужным. Может потому, что семейство Малайкатов ухитрилось ни разу не угодить и не насолить католической церкви, да и просто не попадаться на глаза её эмиссарам. Потому не отбирали их имущества монастыри, не брали в свои училища их детей схоластики (хотя и плебеям, теоретически, туда ход был не заказан). Sanctum Officium, то есть Инквизиция, Святая и ужасающая, на столь мелких сошек тоже внимания не обращала. А потому и при власти ксёндзов, фратров и прочих "инфулатов" Малайкаты жили спокойно, и после их падения не были народом записаны в "прихлебатели поповские". А уж как поступали с прихлебателями подобными во время сие, то один Бог видел, да только он один, всемилостивейший, и простит, если сумеет, конечно! Уж и вешали, и топили, и рвали, и резали, и "сатанинский суп" варили... Изрядное зрелище, когда живого человека сковывают, на грудь крысу садят, накрывают наглухо кастрюлей, да колотят по ней, чтобы шуму побольше было. Тварь божья, от страха обезумев, выбирается единственным доступным путём. А, поелику утварь её зубам не поддается, вгрызается она в податливую плоть казнимого, прогрызая грудь насквозь до спины, зарываясь в землю и выбираясь на свет из норы рядом с уже отмучавшимся, остывающим трупом...