Читать онлайн ««Если», 1997 № 12». Страница 94

Автору этой статьи довелось лично наблюдать за тем, какой эффект произвели «Безумные Максы» даже на искушенную фестивальную публику, когда эти фильмы привезли на один из московских кинофестивалей в программе, посвященной австралийскому кино. Традиционно брезгливые кинокритики выходили ошарашенными и, словно дети, обсуждали, как «этот вылетел на мотоцикле с трассы и — вдребезги!». А ведь в крупнейшем нашем кинотеатре «Россия» не было аппаратуры, способной достоверно воссоздать то великолепие, которое снималось в ныне редком формате Todd AO 35 (операторы использовали 65-миллиметровую пленку, а на экран проецировалось изображение в формате 2,35:1 при обычных 1,85:1), да еще и со стереозвуком! В австралийских кинотеатрах такая аппаратура была, и публика покидала залы еще более ошеломленная. И потом снова возвращалась туда, чтобы еще раз увидеть незатейливую историю великой схватки Крутого Полицейского с бандой рокеров.

Впрочем, будем справедливы: сегодня «Безумные Максы» кажутся абсолютно шаблонными еще и потому, что вот уже два десятилетия киноиндустрия разрабатывает золотую жилу, которую в 1979-м открыл начинающий сценарист и режиссер Джордж Миллер. Попробуйте сами подсчитать на досуге, сколько раз за последние годы мы видели боевики, которые начинались со слов «Две тысячи такой-то год. Земля пережила глобальную катастрофу…» После чего быстро выяснялось, что закон не в состоянии защитить всех, и на улицах появились банды подонков, этот закон не признающих. И нет от них спасения, иначе как за спиной у супергероя. Именно успех «Безумного Макса» вызвал к жизни поток таких сценариев. А сколько «футуристических боевиков» снимается в пустынях и на городских свалках, где не нужно больших усилий для создания «постапокалиптической» атмосферы… Джордж Миллер первым а кино-фантастике успешно использовал такие «декорации» для создания своей картины. За 35 тысяч австралийских долларов он сделал фильм, который собрал миллионы. И этот пример до сих пор не дает покоя продюсерам, мечтающим заработать, не потратившись.

Но «Безумные Максы» вдохновляют не только деятелей малобюджетного кино. Вспомните второй из фильмов этого сериала История об одиноком воине, который бродит по пустыням и за умеренную плату соглашается помочь мирному племени, запуганному бандитами, в пересказе сильно смахивает на классический вестерн. Но поместите действующих лиц в пустыню, покрытую скоростными автотрассами, смените живых мустангов на «мустангов» железных, а вожделенное золото на не менее вожделенный бензин, и вы получите «Воина дороги» — лучший образец кинофантастики такого рода. Теперь попробуйте мысленно заменить пустыню на океан, автомобили — на плоты, «харлеи» — на водные мотоциклы… Получится «Водный мир». Не зря же Мэл Гибсон, игравший Макса, насмешливо заметил, что если бы создатели «Waterworld» отдали ему всего лишь десять из потраченных на фильм трехсот миллионов долларов, он бы их научил снимать кино. А так получился «Мокрый Макс». Сурово, но справедливо. И если вам захочется посмотреть масштабный «футуристический боевик» — поищите кассету с «Безумным Максом». Оригинал всегда привлекательней копии.

Словом, из трех «Безумных Максов» только последний так и не обзавелся достаточным количеством «клонов» И это, в общем-то, объяснимо. Первый фильм трилогии не нарушал рамок классической истории об одиноком мстителе. О близости второго «Макса» к любимым американцами вестернам мы уже сказали. А вот третий фильм — «Безумный Макс-3: под куполом грома» — трудно однозначно отнести к какой-либо традиции, Слишком уж много всего в нем намешано: есть путешествия героя по выжженным катастрофой землям, где обитают весьма своеобразные племена. Есть что-то вроде сатиры: в поисках запчастей Макс попадает в город Бартертаун, практически все жители которого чем-нибудь торгуют. Есть и традиционные для НФ-блокбастеров (вспомните хотя бы Императоров в «Звездных войнах» или в «Дюне») социальные архаизмы: в городе царствует суровая правительница (Тина Тернер, представляете?!), под патронажем которой проходят настоящие гладиаторские бои. И, разумеется, на месте «фирменный знак» этого киносериала — дороги, автомобили, гонки на выживание. Короче говоря, в третьем «Максе» смешано слишком много ингредиентов для одного боевика, пусть и футуристического. Не зря же это единственный фильм трилогии, по поводу которого мнения критики разделились: одни считают его лучшим в киносериале, другие, наоборот, самым слабым. Впрочем, его создатели честно признавались, что им очень не хотелось повторяться, а особого простора для импровизации выбранный жанр не давал. Видимо, именно поэтому «Под куполом грома» оказался последним в сериале, хотя предложения вернуть Макса на экран поступают его авторам до сих пор. Может быть, оно и к лучшему, что мы никогда не увидим «Безумного Макса-4». Главное — вовремя остановиться. И тогда то, что было сделано ранее, превращается в объект поклонения. А нам остается только насмешливо подмечать скрытые и явные заимствования из «Безумных Максов» в новых фильмах, следить за ходом общеинтернетовской дискуссии о причинах пристрастия кинофантастов к садомазохистской эстетике (вы только посмотрите на одежды отрицательных персонажей — сплошь кожаные стриптизерские трусики и хлысты). Можно посетить гонки на выживание или поучаствовать в их компьютерном варианте, не забывая о том, что именно фанаты «Безумною Макса» стали инициаторами таких развлечений. А можно просто еще раз посмотреть эти фильмы.

Читатели нашего журнала имели возможность познакомиться с творчеством К. Сташеффа в «Если» № 1, 1996 г. (Прим. ред.)

«Повесть Петеисе III». Древнеегипетская проза. (М., «Художественная литература», 1978 г., стр. 30–31)

Неограненный драгоценный камень. (Здесь и далее прим. перев.)

Паломничество к священным местам в Мекку.

Мусульманский храм в Мекке.

Сокр. от videlicet (лат.) — а именно, то есть.

Свод законов США.

«Отверженные» (франц)

Софтбол — разновидность бейсбола (Прим перев.)