Читать онлайн «Цель жизни». Страница 117

Обе армии несли потери, но гномы были вынуждены отступать и вскоре были прижаты к стенам. Минотавры удвоили свой напор, и слаженная работа бородатых воинов, рассыпалась.

Для воинов находящихся за стеной, ситуация стала критичной, сами они выжить уже не могли, и в этот момент, главные ворота распахнулись, а на поле боя ворвались "золотые гвардейцы", как таран, сметая со своего пути ошеломленных напором минотавров. Шторм, сражался в первых рядах своего воинства, каждый его удар, отнимал жизнь очередного врага. Воспряли духом и бойцы других отрядов, одним рывком, отшвырнув смешавшегося врага, а со стен, начали осыпать врагов стрелами, уцелевшие арбалеты.

Успех был краткосрочным, минотавры опомнились, их было слишком много, что бы проиграть из-за одиночного удара. Вновь и вновь, рогатые воины осыпали бородачей короткими копьями, сильнейшие из воинов, смогли остановить продвижение "золотой гвардии", а после этого, захватчики перешли в контратаку.

В некоторых местах, уже начался штурм стен, хоть пока и безуспешный, но стало понятно, что поражение уже неизбежно...

...стена пала за три часа, а схватка двух основных армий, переместилась во внутренний двор цитадели. Из гномов, сопротивление продолжали только "золотые гвардейцы", и пара сотен других воинов, примкнувших к ним. Сам Шторм, продолжал отчаянно биться в первых рядах, и минотавры, оказывающиеся рядом, уже не стремились вступать в бой с ним лично.

Рыжебородый принц, без устали, размахивал знаменем, которое как символ несгибаемой воли, поддерживало воинов внизу, удерживающих вторжение.

Шторм, крутанувшись на одной ноге, снес голову ближнему минотавру, и только теперь понял, что не осталось рядом с ним ни одного соратника. "Золотая гвардия", отчаянно пыталась пробиться к своему королю, но Минотавры, наконец сумевшие окружить самого опасного врага, ни в коем случае не желали упускать жертву. Десятки копий бились в щит, доспехи были испачканы кровью, в нескольких местах, из пробоин струилась кровь короля.

Один удачный бросок, и зазубренный наконечник пробил золотой нагрудник, увязнув в могучей груди бородача. Шторм пошатнулся, но устоял, меч в его руке сверкнул, и рука ближайшего противника, удерживающая секиру, упала на землю пропитанную кровью.

Яростный рев мог бы оглушить кого угодно, рогатые воители бесновались, их удары достигали цели, но враг не желал умирать. Еще два копья уже со спины, пробили доспехи, и так же застряли в теле могучего гнома, и еще одна отрубленная голова захватчика, упала к ногам его соратников.

Восток озарили солнечные лучи, чистое небо вспыхнуло, словно некто незримый, но огромный, зажег факел невероятных размеров.

Первые минотавры прорвались в твердыню, и бой закипел уже в коридорах, а Шторм, пронзенный уже пятью копьями, продолжал свое сражение, словно для него не существовала смерть.

Самый большой минотавр, сжимающий секиру в мускулистых волосатых руках, вышел против короля гномов, и все остальные рогатые воины, почтительно отступили, освобождая пространство.

Шторм из последних сил держался на ногах, уже не соображая, что происходит, но, продолжая размахивать мечом. Новый враг, не вызвал никаких эмоций, и клинок, ярко сверкнув, устремился в широкую грудь. Древко секиры приняло выпад, а затем, одним молниеносным ударом, монстр снес голову короля.

Эльза вцепилась пальцами в пояс, на котором висели ножны ее меча. Принцесса с замиранием сердца следила за могучим стариком, и ее душу окатило холодом, когда она увидела, как пал великий правитель.

Лицо рыжебородого гнома не изменилось, но глаза потемнели. Руки продолжали сжимать древко, а знамя все так же, развивалось на ветру.

- капитан. - Принц обратился к ближнему бойцу "серебряной гвардии".

- да, мой король? - Без эмоций, отозвался воин.

- вы должны обеспечить безопасность моих гостей, а так же тех из подданных, что не могут держать в руках оружие. Пока враг еще не захватил твердыню, уходите через подземный ход. Теперь вы отвечаете за их жизни, идите.

- но мой король, как же вы?

- я должен держать знамя, пока хоть один воин верный короне сражается, я не сойду с этого места, и пусть враг видит, что волю гномов ему не сломить. Идите, это приказ.

Не обращая внимания на возмущение и протесты принцесс, "серебряные гвардейцы" силой вытолкали делегацию на лестницу, а затем, зашумели звуки ног, закованных в железные сапоги.

Время шло, слаженного сопротивления уже не было, но в коридорах и залах твердыни, еще кипели жаркие битвы, на балконах виднелись силуэты арбалетчиков, небольшая группа "золотых гвардейцев", зажатая в угол, продолжала отбиваться, понимая бесполезность собственных действий.

"хороший день" подумал новоявленный король, глядя на солнечный диск, уже достаточно высоко поднявшийся над горизонтом. В его голове блуждали спокойные мысли, о росе, испаряющейся с травы, гудящих потоках воды, переливающихся через обточенные камни, о раскаленных горнах, в которых потомки будут закалять метал. Его присутствие на башне, привлекало всеобщее внимание и минотавры, стремились всеми силами добраться до символа свободы и несгибаемой воли, развивающегося в руках рыжебородого гнома. И пока они рвутся по лестницам, сражаясь с остатками когда-то могучего воинства, беглецы все дальше уходят от твердыни, с каждым шагом уходя из жадных лап проклятых захватчиков.

Сзади раздались шаги, на наблюдательную площадку поднялись несколько тяжелых минотавров, вооруженных секирами и копьями. Принц развернулся лицом к противникам, и, перехватив древко с развивающимся знаменем в левую руку, правую положил на рукоять булавы.

- ну что, дети больных коров, кто будит первым?

Никто из противников не понял слов рыжебородого гнома, но общий смысл до них дошел. Копья отлетели в сторону, и первый минотавр начал наступать, раскручивая секиру над головой. А по лестнице, уже поднимались новые враги.

Выпад, и секира натыкается на подставленную булаву, а затем рыжебородый, ловким рывком, освободил свое оружие и ударил прямо в открытый живот. Хлынула кровь и рогатый воитель, выронив секиру, согнулся пополам, после чего получил сокрушительный удар по голове.

- и это все?! - Взревел новоявленный король, внешне легко подбросив в правой руке свою булаву.

На самом деле, мышцы гнома разрывались от жуткой боли, вызванной усталостью. Но бросить знамя, значило признать поражение, а это обрушило бы ту последнюю стену, что держалась в душах еще живых воинов.

Второй противник был осторожнее, он кружил изредка проводя опасные выпады, но так же совершил ошибку, ожидая сопротивления при очередном ударе, и не почувствовав его, тяжелое тело провалилось вперед, на встречу шипованной булаве. С хрустом проломились ребра, и второй минотавр упал на каменный пол.