Читать онлайн «Рождение Юпитера». Страница 59

Скафандр Шелли сверкал вставками отполированного металла. На вид это была обыкновенная латунь, но Шелли не оскорбляло, что его заставили надеть дешевку. Какая разница, в какой оправе встречать смерть: в золотой или в латунной?

Аляповатый шлем с завитками, имитирующими локоны, пара лихо закрученных рогов… зачем рога? Ведь он не принадлежит прайду Козо, на гербе которого, как известно, череп животного с такими же «винтами»! Напротив, козовские солдаты – вот они! – шагают рядом, на их удалых головах – простые, безликие шлемы.

Все потому что он – звезда нынешнего сезона. Внимание каждого созерцателя Партии будет приковано к украшенному рогами скафандру. Теперь бузотера Шелли не спутать с другими участниками предстоящего сражения.

Девять из десяти пуль полетят на стук его сердца.

…«Сфинкс» сел в Дарующем Пламя. Пожалуй, это был единственный город на Титане, который не использовался в качестве арены для Партии. У Шелли остались о Дарующем Пламя туманные воспоминания. Он словно взирал на происходящее сквозь запотевшее забрало гермошлема.

Будущих участников ритуальной схватки собрали в просторном, экономно обогретом павильоне. Здесь они могли поприветствовать друг друга, познакомиться с оборудованием и оружием. Использовать что-то из фамильных арсеналов запрещал устав Партии. Молодых людей вооружали винтовками и излучателями из местных оружейных складов. Этим устройствам приходилось бывать в боях, некоторым – ни один раз. К каждому была прикреплена бирка, подтверждающая исправность и Удачу.

Ему вручили автоматическую винтовку, три магазина с патронами и две гранаты, которые он даже не знал, как брать в руки. Выдали скафандр с рогатым шлемом (Шелли сразу приметил запаянное отверстие в нижней части сверкающего нагрудника), показали, как пользоваться встроенной аптечкой.

Шелли изумился: треть новоприбывших вооружалась холодным оружием – какими-то гротескными клевцами, булавами, секирами. Очевидно, дело было в «возможностях действия». Ему объяснили позднее, что чем высокотехнологичнее у бойца оружие, тем меньше «возможностей» на поле битвы.

Благородные юноши, коих злой рок впервые привел на пасмурный Титан, смотрели друг на друга зверем. Казалось, прикоснись к такому рукой – пальцы пронзит электрический разряд. Каждый старательно избегал контакта с другими новичками. Они словно страшились увидеть в чужих глазах отражение собственного отчаяния. Ветераны же степенно переговаривались. Будто не предстояло им после ужина угощать друг друга смертоносными ударами!

Шелли бродил по павильону подобно другим юнцам – в унылом одиночестве. В правой руке – зачехленная винтовка, в левой – нелепый шлем.

– Эй! – не слишком вежливо окликнул его незнакомый голос. Шелли обернулся: у колонны стоял, прислонившись к ней спиной, рослый остроглазый парень. Темное пятно на покатом лбу оказалось клеймом Козо.

– Подойди! – потребовал незнакомец. Прозвучало это весьма грубо.

Шелли подошел. Меньше всего хотелось выслушивать какие-то угрозы или оскорбления в свой адрес (иного от солдата якобы обезглавленного им прайда он не ожидал), но не бежать же прочь? Партия всех рассудит: и правых, и виноватых.

– Ты – Шелли? – уточнил парень. Получив в ответ утвердительный кивок, снял с пояса плоскую флягу и одним движением отвинтил крышку.

– Это – вода. Осторожно: холодная. – Он вложил флягу в ладонь недоумевающего Шелли и представился: – Алексис Козо Третий. Лекс.

– Спасибо, – Шелли прикоснулся губами к горлышку. Сделал мелкий глоток: чистейшая, ледниковая влага… никаких лишних примесей.

– Боишься? – спросил Козо.

– А ты – нет?

Козо округлил глаза так, будто Шелли завел речь о чем-то крамольном.

– Боюсь, конечно. Но у тебя есть весомое преимущество: тебе позволительно во всеуслышание хулить судьбу. Я же обязан войти в Партию непоколебимым шагом, с огнем в очах.

Шелли показалось, что «непоколебимый шаг» и «очи» позаимствованы из какого-то старого марша.

– Не пей во время ужина вино. Станут предлагать «колючку» – откажись или лучше сдай дельца патрульным. Голова на плечах и координация движений – это первооснова. Партия длится не долго, когда окажешься внутри, время вовсе перестаешь замечать. Сражение закончится до того, как ты опомнишься.

– Ты уже бывал там? – спросил Шелли, понимая, что вопрос вышел скорее риторическим.

Лекс кивнул.

– Да, один раз. Этот будет вторым. И еще: нажимая на спусковой крючок, говори противнику: «У меня нет к тебе ненависти», тогда Золотая Удача не покинет тебя.

…Немного позднее ему представился немолодой, но могучий, словно горный утес, бесфамильный. Бедолага был навсегда лишен подобающей красоты. С середины неровного лба до оттопыренной нижней губы тянулись четыре глубоких шрама. Выглядели шрамы жутковато, – точно чьи-то пальцы, оканчивающиеся кривыми когтями, прошлись по идеальному лицу сверху донизу, сдирая плоть и вскрывая кости черепа.

– Константин. – Бесфамильный чинно поклонился. – Сегодня сражаюсь на твоей стороне, благородный.

Шелли удивился: бесфамильные созданы с уникальной целью – их гены оберегают прайды от вырождения. Никому бы в голову не пришло заставлять бесфамильных мужчин выполнять партийную повинность.

Константин не стал таиться:

– Мое семя не дает новую жизнь. Прайды не нуждаются в таком бесфамильном.

Шелли вздохнул; ему было искренне жаль человека, лишенного смысла.

– Что ж… все понятно, Константин. Чего же ты хочешь от меня?

– Я буду охранять твою спину. У меня вдоволь «возможностей действия»: я вооружен молотом и им крушу скафандры, что те глиняные черепки. Но и ты не пожалей «действий», благородный, если заметишь, что воля богов забросила меня на «битое поле».

– Неужели кто-то бы пожалел?

– Так. Увы – так. Чтобы избежать досадных недоразумений, перед битвой я стал смотреть благородным в глаза. Это помогает. Видишь ли, – мой взгляд забыть трудно.

Действительно: из-под разорванных век на Шелли взирали гноящиеся, лишенные белков оптические имплантаты. Молодой человек невольно отступил от Константина на шаг.

– Моя магия, – заулыбался бесфамильный.

Чуть ближе Шелли удалось сойтись с ветераном по имени Эдвин де Штарх. Тот прибыл на Титан вместе с молодым Анжело Баттиста, которого сопровождал в пути по просьбе матери благородного.

Спокойствие де Штарха передалось Шелли. Ветеран сидел на мраморной скамье и изучал части разобранного излучателя-кадуцея, с которым предстояло идти в бой его протеже.