Читать онлайн «Человек, заставлявший мужей ревновать. Книга 1». Страница 85

– Я хотела бы поблагодарить его преподобие и миссис Джой Хиллари за приглашение в их милый сад, – заикнулась Джорджия и уже собиралась призвать всех покопаться в карманах и тратиться, но вместо этого пошутила и закончила, почувствовав, что теряет внимание аудитории.

Посмотрев вниз, она увидела Джека, трущегося о заднюю лапу Динсдейла.

– Ах ты грубиян, – закудахтала Мамаша Кураж, ударив белым ботинком Джека по морде.

– И я объявляю праздник открытым, – пробормотала Джорджия.

– Я убью и Джека и Лизандера, – поклялась Джорджия в ярости. – И Ларри, – добавила она, увидев, как тот торопливо подбегает к палатке со своим шоколадным тортом.

Впрочем, на размышления времени уже не было.

Шипя: Ну почему ты не прорепетировала передо мной и Персивалем? – Гай потащил ее на конкурс маскарадных костюмов.

– Она даже не поблагодарила помощников, – проворчала мисс Крикдейл.

– И хорошо сделала. А вообще тебе нужен пуленепробиваемый жилет, – пробормотал Боб, пропуская ее на арену, окруженную людьми, наряженными в костюмы пастухов, цыган, клоунов и поп-звезд.

Джорджии особенно понравились дети, среди всех выделялись мальчики Мериголд, одетые как Маргарет и Деннис Тэтчер, и две дочери Архангела Михаила, которые, претендуя на победу, потели внутри белой лошади. И тут ее отвлекла Гермиона, превосходно выглядевшая в кремовом костюме от Шанель и большой соломенной шляпе.

– Я надеюсь, мы не опоздали, – сказала она, выводя на арену маленького ангельского мальчика в матросских костюмчике и шапке. Это, видимо, и было сокровище Гермионы и Боба – Козмо.

– Привет, дорогая, вовремя. Дай-ка мне посмотреть на тебя.

Склонившись над ним, Джорджия чуть не лишилась сознания: с такого же лица, как у Гермионы, смотрели черные, мертвящие глаза Раннальдини.

В следующий момент она пронзительно закричала, потому что мальчик резко пнул ее в голень, а затем ударил «Денниса Тэтчера» телескопом. Это быстро повлияло на решение Джорджии. Она поставила мальчиков Мериголд первыми, дочерей Архангела Михаила вторыми, гонщика мисс Маффет третьей, а Козмо никаким.

– Маленький Козмо очень чувствителен. Ему не понравится такой расклад, – зловеще произнесла Гермиона, успокаивая рыдающего сыночка.

– Вот теперь тебе точно понадобится пуленепробиваемый жилет, – прошептал Боб.

– Ну что, можно выводить собак на арену для детского конкурса? – прокричал Гай.

– Жаль, что Раннальдини в Женеве, а то мы могли бы продемонстрировать его, – сказал Мередит.

– Судить будет наша Гермиона Гарфилд, – добавил Гай под одобрительные крики, мгновенно утихомирившие ее гнев.

– Все должны иметь тюбики «Смартис», – настаивала теперь она. – Я не потерплю ни малейшего отклонения.

– Гермиона так заботлива, – заметила Джой Хилла-ри.

Мисс Крикдейл, увидев, что Ферди отвесил Тини хорошего пинка, доложила об этом представителю общества охраны животных, имевшему свою палатку у выхода. Джорджия молча раздавала автографы, пораженная тем, что маленький Козмо – сын Раннальдини. Как Боб и Китти мирятся с этим? Наконец Гай объявил по громкоговорителю об окончании конкурса в цветочной палатке и скором представлении победителя. «Где же Лизандер?», – в унисон думали Ферди и Джорджия.

Ставший после крикетного матча героем Парадайза, он находился среди пьяниц в «Жемчужных воротах». Каждый хотел его угостить, а Лизандер по обыкновению возвращал долг. Хитрая Мышь, на которую он ставил в забеге 1.30, пришла первой. Поскольку он рассказал всем о ней, выпили сначала за победу, потом по его предложению за день Джорджии, ну а затем – чтобы подбодриться. К половине третьего Лизандер уже плохо соображал. С трудом вспомнив о предстоящей встрече с Джорджией, он приплутал в своей одежде из лисьего меха к дому священника. Слыша голоса, перелез через стену и оказался в кусте бузины позади большой палатки. Потом Лизандер протиснулся в секцию конкурса изготовителей домашних вин, к столу, заставленному открытыми бутылками.

Победительницей вновь была признана мисс Крикдейл. В прошлом году после пары стаканов ее вина из бузины Архангел Михаил, пьющий немного, вышел из дома и зарулил прямо в витрину «Яблони».

Допив оставшиеся полбутылки лучшего напитка, Лизандер, со вчерашнего вечера ничего не евший, не считая теста для торта, вдруг почувствовал сильный голод и слопал тарелку шпината и сосисок и только потом заметил призовое самбуковое той же мисс Крикдейл.

К тому времени в палатку уже набились люди, пожимавшие ему руку и поздравлявшие. «И в самом деле, – думал Лизандер, – я еще никогда не был на такой прекрасной свадьбе. Надо бы еще выпить».

На улице инспектора общества защиты животных, разыскивающего Ферди, очень больно ударила Тини, которую было решено наказать.

Солнце начинало садиться, и в саду священника появилась тень от шпиля. Из цветочного павильона выходили мрачные претенденты. Казалось, мистеру Бримскомбу досталось все.

Перехватив чая в палатке и напомнив о том, что Гермиона любит ромашковый с медом, Гай пригласил с собой Мериголд, не присевшую с шести часов утра, выпить чего-нибудь покрепче. И теперь Джорджия видела, как они оба смеются. «Предатель», – думала Джорджия, мечтая о том, чтобы кто-нибудь запустил в Гая кокосовым орехом.

Когда выяснилось, что отсутствующий Лизандер победил в конкурсе шоколадных тортов, Гай обрадовался меньше, чем Ларри, Мередит и священник.

– 'Мы даже не смогли определить, из чего тесто и откуда такой аромат, – прокомментировал представитель жюри.

Тут настал час Ларри проводить аукцион и тем самым вернуть утраченные позиции, поскольку им не было завоевано ни одного приза.

Нужно же показать, как проводятся выгодные сделки, и он выставил подписанную копию «Рок-Стар» за восемьдесят фунтов.

Затем Гай стал призывать выложить сорок фунтов за букет полевых цветов. Его собрала и составила из душицы, тимьяна, скабиозы, светлых и темно-лиловых колокольчиков нянька маленького Козмо Гретель. Гермиона была на небесах.

– Гай Сеймур – самый великодушный мужчина в Ратшире, – говорила она, несколько раз поцеловав его в губы.

Найдя в себе мужество открыть совместную банковскую декларацию только сегодня утром, Джорджия с растерянной улыбкой стояла среди безделушек. Финансовый крах был полным. Она знала, что должна, засучив рукава, помогать Мериголд и Китти, но чувствовала себя парализованной на высоких каблуках и боялась заговаривать с людьми, смущенными ее славой и тоже молчавшими. Она нашла Ферди сидящим на тюке сена с шоколадным мороженым. Его оживление исчезло.

– Извини, Джорджия. Я присмотрел бы за ним, но он заморочил мне голову этим треклятым пони. Думал, мне удастся его задержать.