Читать онлайн «Первый герольд». Страница 63

Вторую и третью жертвы, Борис приносил самостоятельно и без моей помощи. Рисунок одноразового алтаря у него получился с первой попытки, и не смотря на некоторую кривизну, сработал как следовало. После убиения третьего хряка, сотника куда-то увели, а меня приблизительно на пол часа, оставили в гордом одиночестве.

Когда наблюдатели вернулись, то по отдельным фразам можно было сделать вывод, что только что прошло измерение сил подопытного, и результат их впечатлил. Без лишних объяснений, меня настойчиво попросили инициировать еще пятерых добровольцев, после чего пришлось произносить лекцию об одноразовых алтарях, о жертвах и проценте получаемой от них силы, и о возможности перерождения, в которой по правде я и сам был не до конца уверен.

К разочарованию исследователей, "Плакальщик" не спешил показывать каких-то чудес вроде исцеления всех болезней или воскрешения мертвых, да и своих последователей особыми способностями не награждал. Возможно, никто из нас еще не доказал ему свою преданность, а может быть он и не мог устраивать чудеса как в фантастических романах.

"это вряд ли, все же мое перерождение он устроил, а это само по себе можно считать чудом. Может быть нужно просто принести больше жертв? Или же безмозглые животные, это недостаточная цена за мистическую силу".

Следующий день отличался от предыдущего не слишком сильно. Вместо больничной палаты, я проснулся в выделенной комнате, где из мебели имелись кушетка, стол и шкаф с вешалкой и парой полок. Личных вещей у меня почти не было, за исключением меча когда-то подаренного князем Морозом, а комплект свежей одежды, каждое утро выдавали свежий.

Мой распорядок дня, выглядел следующим образом: пробуждение, завтрак, гигиенические процедуры, легкая разминка, принесение жертвы "Плакальщику", инициация двух-трех добровольцев, тренировка, беседы с учеными пытающимися вызнать как можно больше о оружии прошлого, краткий отчет хмурому старику, ужин, гигиенические процедуры, сон в выделенной комнате. Каждый день, очередность пунктов немного менялась, а неизменным оставалось то, что рядом всегда находились двое охранников, так же исполняющих обязанности проводников и надсмотрщиков.

Каждый день уделялось по пять-десять минут, на измерение моих физических параметров, а так же силы дара. В отличие от добровольцев, которые резали глотки и вскрывали животы кабанам, мне доставались кролики, по одному каждый день. Это можно было принять за издевку, но причиной подобного стало желание научного персонала, рассчитать среднее усиление, получаемое от жизни одного маленького зверька.

Третий и четвертый дни, были похожи на второй, и у меня начало складываться ощущение того, что в ближайшее время, которое может растянуться на годы, перемен ждать не стоит. Но больше всего раздражало даже не положение почетного пленника, с которым обращаются предельно вежливо и культурно, а полное отсутствие информации о том, что же происходит во внешнем мире. Вспоминая карты, с обозначениями примерного расположения вражеских войск, которые удалось увидеть на совещании в форте, можно было предположить что первое сражение за "Одинокий утес" уже произошло.

Смогли ли наши солдаты отстоять город-крепость? Какое именно оружие используют "дьяволы"? какое положение сейчас на фронте? Все эти, и многие другие вопросы, оставались без ответа, и задавать их персоналу базы было абсолютно бесполезно, так как в ответ в лучшем случае звучало, "не имеем сведений".

"и они хотят что бы я поверил, что оперативники секретной службы, не имеют хотя бы общей информации о ходе войны? Это даже звучит глупо".

Однако, не смотря на свои желания, приходилось молчать и выполнять свою работу. Понимание того, что сбежать все равно не получится, а даже если мне повезет, то один солдат не сможет изменить ситуацию на фронте, позволяло смириться со своей беспомощностью. Даже не представляю, чем умудрился заслужить к себе подобное отношение, но руководители базы не могли не понимать, что их действия не добавляют мне любви к "темной страже" и империи в целом.

А по ночам снились сны, в которых я раз за разом, выполнял непонятные действия с неясным смыслом. По утрам, подробности стирались из памяти, и уже после завтрака, только на границе сознания оставались нечеткие образы. Интуиция подсказывала, что в этом следует разобраться, а голос разума предупреждал, что не следует рассказывать ученым о том, о чем они не спрашивают.

***

(отступление).

Величественная цитадель, разместившаяся на уступе, возвышающемся над равниной тянущейся от горизонта до горизонта, внушала трепет врагам, и уверенность в завтрашнем дне в сердца защитников империи. "Одинокий утес", был окружен пятнадцатиметровой стеной из каменных блоков, настолько плотно подогнанных друг к другу, что в зазор между отдельными камнями, невозможно было просунуть даже лезвие ножа. Две башни, южная и северная, служили отличными наблюдательными постами, с вершин которых было видно пространство, на многие километры вокруг.

Под защитой стены, в строгом порядке, стояли трехэтажные каменные дома, служащие жильем для многочисленного гарнизона, обслуживающего персонала, и немногочисленных чиновников администрации. Вместе с некоторыми военными, жили и их семьи, что служило причиной создания торгового рынка, а так же школы для детей. Общая численность населения "Одинокого утеса", достигала почти трех тысяч, из которых чуть менее половины, являлись воинами имперской армии.

Известие о приближении воинства "дьяволов", и их ручной орды "бесов", достигло ушей защитников несколько дней назад, и с тех пор, они спешно готовились к осаде и отражению штурма. Продержаться следовало совсем немного, не больше декады, и тогда подойдут основные силы крупнейшего государства людей, которым не составит труда отбросить назад краснокожих и рогатых монстров. Никто не сомневался в успехе, слишком часто стены города-крепости, доказывали свою неприступность, и горожане уверились в своей неуязвимости.

Из-за самоуверенности командующего гарнизоном, даже эвакуация мирных жителей проведена не была, и их просто спрятали по подвалам домов на время боевых действий. Разумеется, среди почти трех тысяч человек, были и те кто перестраховывался, но от их предупреждений просто отмахивались, называя параноиками.

А тем временем, пятнадцать тысяч "бесов", стройными рядами маршировали в сторону цитадели людей. Они были облачены в кожаные доспехи со стальными нагрудниками и шлемами, и вооружены короткими копьями, парными кривыми саблями, и небольшими круглыми щитами, ярко сверкающими на солнце, тщательно отполированными железными поверхностями. На нагрудной броне и щите каждого "беса", было нанесено изображение огненной птицы распахнувшей крылья и раскрывшей в крике клюв... это был уже давно и надежно забытый символ, когда-то великой и могущественной державы, погибшей в огне нескончаемой войны.