Читать онлайн «Джирмийское клеймо». Страница 70

- Приветствую вас, лучшие маги Аргора! Сегодня знаменательный день в истории Цитадели! Достойно пройдя суровые испытания, к нам вернулся один из лучших магов Джирмы - Марвин! - Под восторженные крики джирмийцев наследник Бернара поклонился товарищам и сел по левую руку от предводителя. Жерар занял место справа. - Марвин доказал, что кошка может с честью выйти из любого испытания! - продолжил свою речь Бернар. - Благодаря ему, мы обратили внимание на воровскую магию, которую до сих пор не принимали всерьёз. Каста признательна Марвину за то, что он открыл нам глаза на подлую магию эльфов. Мы уже ищем, и найдём защиту от их смертельных амулетов! Марвину пришлось нелегко, но его муки были не напрасны! Мы узнали, как действует на нас магия Беркутов! Эти зажравшиеся свиньи представляют самую большую угрозу для нас! Мы должны освоить их магию и захватить власть в Аргоре! Мы - лучшие маги Аргора, и должны править им!

Зал взорвался овациями:

- Смерть Арнольду!!! Да здравствует император Бернар!!!

Рубиновая кошка вскинул руку, и джирмийцы замолчали, внимая его словам.

- Совсем скоро Аргор узнает, кто его истинные хозяева! За победу!!! - провозгласил он, поднял бокал и залпом выпил вино.

Джирмийцы опустошили бокалы, и пир начался. Заиграл оркестр. Рабы внесли корзины с хлебами, огромные подносы с запечёнными кабанами и оленями, и множество других изысканных и редких блюд, секрет приготовления которых считался утерянным даже в общине Поваров.

Кошка положила голову на лапы и облизнулась, с вожделением следя за беззаботными играми своих жертв. Джирмийцы, как всегда, угодили ей: тела и лица отобранных ими рабов были совершенны. Покровительница Цитадели присутствовала на пирах не часто и специально для неё Кошки втридорога приобретали у Хамелеонов безупречно красивых девственниц и девственников. Их клеймили и содержали в особом помещении, холя и лелея чистые, невинные тела. Накануне пира джирмийцы опаивали ничего неподозревающих рабов дурманящим напитком, и лишь во время ритуала жертвы приходили в себя. Кошка искоса взглянула на Марвина. Её принц наслаждался всеобщим вниманием и светился от гордости.

В зале не смолкали тосты в честь Джирмы, предводителя и его наследника. Бернар непрерывно подливал Марвину вино, и скоро тот опьянел. Предводитель заметил азартный блеск в его глазах и ласково сказал:

- Иди, серебряная кошка, поблагодари нашу госпожу.

Марвин одним глотком допил вино, выскочил из-за стола и подбежал к бассейну. Кошка подняла лапу и указала на русоволосую белокожую девушку лет шестнадцати, которая неистово била руками по воде и смеялась громче всех. Марвин прыгнул в воду, подплыл к рабыне и, схватив её за волосы, поволок к Джирме. Он втащил хохочущую девушку на плиту, бросил её к лапам Кошки и навалился сверху. Рабыня смеялась и плакала, а Джирма, довольно урча, наблюдала за ней. Вокруг бассейна с радостными криками носились котята. Они останавливались, хлопали в ладоши и, толкая друг друга, указывали на Кошку и Принца Джирмы. Марвин насиловал рабыню, и действие наркотика ослабевало. Девушка заметила Кошку, перестала смеяться и замерла, а потом стала рваться и дико орать, пытаясь скинуть джирмийца. Марвин расхохотался. Прижав руки девушки к плите, он насмешливо заглянул ей в глаза и укусил за нижнюю губу. По подбородку рабыни потекла кровь, и она зарыдала, моля о пощаде. И чем жалобней она молила его, тем грубее вёл себя Марвин. Измучив жертву до полусмерти, Принц Джирмы встал, привёл одежду в порядок и поставил сапог на живот рабыни.

- Я вернулся, чтобы служить тебе, Джирма! - Он рывком поднял обессилевшую девушку и полоснул кинжалом по клейму на её плече.

Джирма наклонила голову, розовым длинным языком слизнула кровь и довольно мяукнула. Сверкнул острый стальной коготь, рабыня издала нечеловеческий крик и схватилась за распоротый живот. Марвин заломил руки девушки за спину и торжественно произнёс:

- Мы в вечном долгу перед тобой, спасительница Аргора!

Кошка благосклонно кивнула, подцепила когтём внутренности ещё живой рабыни и облизала лапу. Марвин толкнул истекающую кровью девушку, и она упала к лапам Джирмы. Белоснежные зубы вонзились в нежную плоть. Марвин поклонился своей госпоже, прыгнул в воду и поплыл к бортику. Он выбрался из бассейна, и Бернар протянул мокрому и довольному наследнику кубок. Марвин одним махом опорожнил его и счастливыми глазами посмотрел на Джирму.

Кошка доела жертву, встала, обвела глазами зал и призывно мяукнула. Молодые джирмийцы повскакали из-за столов и ринулись к бассейну. Резвившиеся рабы были в мгновение ока выловлены из воды, и возле бассейна началась дикая оргия. Смех жертв перерос в душераздирающий вой. Котята восторженно закричали и, вскочив на стулья, запели хвалебную песнь Кошке, а сновавшие между столов слуги скинули одежду, чтобы отдать себя не участвующим в ритуале джирмийцам.

Вакханалия длилась несколько часов. Кошки бросали истерзанные жертвы обратно в бассейн, и Джирма с блаженным урчанием пожирала их. Расправившись с последним рабом, хозяйка Цитадели облизала морду, благодарно мяукнула своим адептам и исчезла.

Воспитатели увели из зала счастливых котят, и пир стал затихать. Джирмийцы пили вино и спокойно беседовали между собой. Марвин с безоблачно-пьяной улыбкой бродил по залу. Он выпил с Питером, которого император не оставил в Дарре, обнялся со старейшиной Теодором, поболтал с многочисленными приятелями и вернулся к своему столу. Жерар наполнил его кубок:

- Джирма с радостью приняла жертву из твоих рук, Марвин.

Серебряная кошка залпом выпил вино, с наслаждением оглядел зал и опустился на стул.

- Как я мог забыть всё это?!

- Не грусти. Лучше выпьем. - Эльф наполнил кубки. - Я тоже счастлив, что моя служба в столице закончилась. Я тосковал по Джирме.

- А я… - Марвин опустил глаза.

- Ты был околдован, и хватит об этом!..

Глубокой ночью Жерар приволок пьяного Марвина в его покои и уложил на кровать. Увидев джирмийцев, Камилла вскочила со стула и уставилась в пол. Рабыни вымыли её, поправили макияж и переодели, а друид вылечил девушку, чтобы наследник мог дальше издеваться над ней. Камилла несколько часов просидела в роскошных покоях Марвина, уныло вспоминая, как беркуты и волки гибли на дуэлях за её улыбку и сходили с ума из-за одного недовольного взгляда. Но даже сейчас Камилла морщилась, вспоминая грубые, настырные руки императора и вечный запах вина и пота, исходивший от него. В Цитадели она побывала в руках десятков джирмийцев, удовлетворяя их самые извращённые желания, и лишь ненависть к дяде помогла ей не сойти с ума. Кошки, не таясь, говорили о захвате власти в Аргоре, и Камилла была готова сделать для них, что угодно, лишь бы дожить до смерти императора. Она намеревалась покорно терпеть издевательства и побои Марвина, всей душой желая дождаться падения отказавшейся от неё семьи.