Читать онлайн «Америkа (reload game)». Страница 48

И дело тут было вовсе не в количестве кораблей, захваченных калифорнийцами на тех коммуникациях: "Прямо скажем, для британской торговли "к востоку от Суэца" это было ничтожным процентом. Однако страх перед русскими рейдерами поразил моряков британского торгового флота до неподвижности в портах, а страховые премии лондонского Ллойда поднялись для индийско- и тихо-океанских маршрутов в пять раз против обычного. Воспользовавшиеся этой ситуацией американские и голландские конкуренты быстро стали вытеснять Владычицу морей с рынка восточных фрахтов. Дело дошло до того, что, отчаявшись найти и уничтожить русские корабли, британцы пошли на отправку своих торговых судов в конвоях. Все это требовало непременного присутствия Королевского флота там, где раньше соперники и враги исчезали от одного звука английской речи... Тем более, что за спиной разгромленных береговых батарей Ост-Индской компании была огромная молчаливая страна, впервые после полувековой давности удач французского корсара Сюркуфа увидевшая, что море не принадлежит инглизским сагибам безраздельно" (конец цитаты).

Роль десантников Евдокимова и рейдеров Диего-Гарсия в разжигании вспыхнувшего невдолге "Сипайского мятежа" (он же - "Первая Индийская революция", кому как больше нравится) не стоит, на наш взгляд, преувеличивать - как это делают некоторые русские и английские историки, но не стоит и преуменьшать - как это делают, в массе своей, историки индийские и китайские. Телеграфные провода, разносящие новости, обратились тогда в бикфордовы шнуры, и вскоре базары всей "огромной молчаливой страны" хохотали в голос над ограбленными и униженными сахибами, отпуская им в спину шуточки насчет "Калькуттской казны, подаренной Белому царю" - и, смеем полагать, шуточки те сыграли роль никак не меньшую, чем столь любимая всеми военными историками новая оружейная смазка из смеси говяжьего и свиного жира, смертельно оскорбившая религиозные чувства солдат-сипаев и индуистского, и мусульманского вероисповедания. Понятно и то, что и отвага Евдокимова, и несообразительность ост-индских оружейников в любом случае стали не более чем катализаторами для серьезнейших внутренних процессов: целенаправленное уничтожение Ост-Индской компанией местного ремесленного производства, обрекшее на реальную смерть от голода несколько миллионов бенгальцев (кто их, в сущности, считал?..) почему-то вспоминают куда реже, чем пресловутую смазку...

Как бы то ни было, Субконтинент полыхнул тогда как-то весь и разом (что, заметим, сильно выходило за рамки не только намерений Петрограда, но и его желаний). Британская империя почти на два года ухнула в трясину тяжелейшей и абсолютно бесславной военной кампании, потребовавшей предельного напряжения всех ее ресурсов; неудивительно, что британцам стало вовсе не до Крыма с Николаевом (благодаря чему, собственно, Российская империя по итогам той проигранной вдребезги войны и сумела отделаться легким испугом, уступив лишь устье Дуная и демилитаризовав Аландские острова), и уж тем более не до Калифорнии на краю света.

Заметим, что калифорнийский Нэйви, едва лишь началось Сипайское восстание, немедля прекратил "дергать тигра за усы" и свернул рейдерство на британских коммуникациях, а Русско-Американская компания клятвенно заверила Ост-Индскую, что "оказание военной помощи индийским мятежникам, равно как ведение совместных с ними боевых операций, в планы Конференции негоциантов пока не входит". Формулировка вышла более чем прозрачной, так что призывы лондонских пламенных русофобов, вроде Дэвида Уркварта и генерала Эванса, отнять у "американских русских" хотя бы их базы на Хавайях и в Китае вызывали у самих ост-индцев сильнейшее раздражение; тем более, что Веллингтон (принявший, как мы помним, деятельное участие в истории с "диверсантами Рэй-Ланкастера") со свойственной ему экспрессией высказывался по адресу "крохоборов, готовых ради шестипенсовой выгоды превратить в смертельного врага нашего возможного будущего союзника на Пацифике". "Будущего союзника"? - а почему бы и нет, ведь у Британской империи, как известно, "нет ни вечных друзей, ни вечных врагов, а есть лишь вечные интересы"...

Крайне любопытно, кстати, сложилась судьба тяжелораненых калифорнийцев, оставленных тогда Евдокимовым в Калькуттском госпитале. Английским врачам удалось спасти почти половину из них, а вот побывать в статусе военнопленных они просто не успели: всем им вскоре пришлось, плечом к плечу с британцами, более двух месяцев оборонять Калькутту от осадивших ее мятежников (которые, ясное дело, резали любых белых, не вникая в детали их расовой принадлежности). Майор О'Хара оказался волею случая одним из двоих старших по званию в гарнизоне; он сдружился с майором Рингвудом (столь удачно нокаутированным им тогда у Водных ворот), принял под командование сперва роту глубинной разведки, а потом - по выбытии из строя Рингвуда с большей частью британских офицеров - и оборону в целом, сам заработал очередную нашивку за ранение, и был в итоге представлен пробившимся наконец к ним на выручку генералом Гордоном к новоучрежденной британской военной награде - Кресту Виктории. Это доставило ему среди британских comrades-in-arms славу "самого хитроумного ирландца в истории": получить "два разных ордена за одну и ту же Калькутту" - сперва за ее взятие, от Русской Америки, а потом за ее оборону, от Британской империи - это, согласитесь, высоко...

Помимо британского ордена, лихой майор увез с собою в Петроград и прелестную шотландку Айлин Маклауд, служившую няней в семье губернатора (нашлась-таки наконец работа и для патера Брауна, обвенчавшего их по католическому обряду) - каковое событие повергло офицеров Форт-Уильяма в уныние едва ли не большее, чем имевшая место прежде того потеря крепости. Кроме того, он перед своим отъездом дал свидетельские показания ("...Разумеется, с разрешения вашего командования и лишь в той части, в какой вы сами найдете это возможным, сэр") британскому трибуналу, разбиравшемуся с сентябрьским падением Калькутты.

- ...Вы спасли мою честь, сэр, - прочувствованно произнес на прощание Рингвуд (трибунал поначалу явно не прочь был назначить в козлы отпущения именно его, дабы выгородить лорда Сеймура). - Вечный ваш должник!

- Майор майора не обидит, - ухмыльнулся ирландец. - А долг можете отдать потом девонширским сидром, а то у нас, в Калифорнии, с этим делом как-то не налажено.

- Договорились!

17

- М-да... - покрутил головой Расторопшин. Уже давно рассвело, но света в комнате почти не прибавилось: затопившая улицы непроглядно-серая петербургская дождевая муть норовила просочиться в комнату прямо сквозь стекло окошка, проступая на нем жирной испариной. И как только люди в этой здешней болотине живут... - Всё точно как вы и говорили, Александр Васильевич: какая там, к дьяволу, Новгородская республика! Это уже выходит какое-то Опоньское царство...