Читать онлайн «Странники и Островитяне». Страница 26

События в доме продолжают развиваться неожиданным образом. Количество посетителей таково, что мне пришлось нанять несколько человек персонала, чтобы следить за ними. Гарольд организовал печатание входных билетов, установил процедуру их продажи и сейчас пишет брошюру-путеводитель для посетителей. Рабочие из команды Сэма соорудили гардероб, примыкающий к холлу, и занялись обустройством буфета. Миссис Праудфут, дама из Исторической ассоциации, объявила, что желает занять должность буфетчицы. И к моему огромному удивлению, мне, не спросив моего мнения, отвели роль хранителя того, что, в сущности, превратилось одновременно в библиотеку, музей, концертный зал и художественную галерею города! Внутри меня растет тревога: я больше не в силах контролировать то, что здесь происходит!

Среди толп народа, ежедневно осаждающих наш странный дом, я выделил несколько постоянных посетителей. Одним из них была пожилая дама в длинном старомодном костюме. Она втащила удобное кресло в комнату на втором этаже, где хранится коллекция минералов, и завела привычку дремать там днем. Когда-нибудь мы забудем о ней и запрем ее в доме на всю ночь! Еще есть группа музыкантов, которые проводят здесь все дни напролет, исполняя длинные импровизированные произведения на клавишных инструментах. Звуки, которые они извлекают, совсем не похожи на музыку, которую я когда-либо слышал, но многие посетители, похоже, высоко ценят их экзерсисы.

Приходили к нам и дети, которых в интересах образования было решено пропускать бесплатно. Те, что помладше, играют в комнатах с игрушками, а один рыжеволосый мальчик обнаружил среди журнальных подшивок коллекцию комиксов. День за днем он читает их, растянувшись на полу, совершенно поглощенный рассказами о приключениях и чудесах, в то время как его собака рыщет по саду, исследуя его окрестности.

Сейчас мне приходит на ум, что одной из причин моего первоначального нежелания пускать в дом посетителей было опасение, что количество поломок и происшествий увеличится. Но, к моему большому облегчению, этого не случилось. Однако все маленькие аварии, похоже, были каким-то образом связаны с Сэмом. Но я почему-то все также не могу решиться на серьезный разговор с ним. На самом деле нужно разобраться с этим как можно скорее.

— Щекотно!

Рыжик выдернул травинку из пальцев Эйлин и отбросил в сторону. Эйлин посмотрела на него с притворной обидой, потом рассмеялась:

— Это тебе не поможет. У меня их еще целое поле!

Они лежали рядышком в высокой траве, на вершине одного из холмов, неподалеку от деревни, лениво наслаждаясь теплом раннего лета. Немного поодаль Малыш гонялся за бабочкой, пытаясь схватить лапами ее трепещущие крылья. Высоко над ними парила одинокая пустельга. А из долины чуть слышно доносился звон церковного колокола, отбивающего время.

— Он отбил три или четыре часа? — пробормотал Рыжик себе под нос.

— Точно не знаю. В любом случае еще полно времени. Иди сюда!

Пустельга улетела прочь, и на несколько минут все снова стихло, пока Малыш внезапно не разразился коротким заливистым лаем. Рыжик и Эйлин неохотно сели.

— Глупая собака. — Эйлин начала приводить в порядок свои растрепавшиеся медные локоны. — Он что, не видит, что мы заняты?

Но внимание Рыжика уже привлек тонкий столбик дыма, поднимающийся над далекими зарослями деревьев за дорогой.

— Видишь? Как, по-твоему, что это?

— Спорим, это Странники, — сказала Эйлин. Она резко вскочила на ноги, расправляя платье. — Давай побежим и посмотрим.

И помчалась вниз по холму. Малыш бежал следом, возбужденно лая. Пожав плечами, Рыжик не спеша пошел за ними.

Повернув, они наткнулись на лагерь Странников, разбитый на маленькой поляне у дороги. Там стояла повозка, окрашенная в простой темно-зеленый цвет и удивительно удобная на вид. Прямо перед ней у огня сидел молодой мужчина в поношенной одежде и точил нож с длинным, странно заостренным лезвием. Тощая серая лошадь щипала траву в отдалении, откуда-то раздавался плач младенца. При звуках чужих шагов незнакомец поднял голову. У него были темные волосы, смуглое лицо и глубокие черные глаза. Гладкая кожа и темный пух над верхней губой свидетельствовали, что он всего на несколько лет старше Рыжика.

— Добро пожаловать, незнакомцы, — приветствие прозвучало неожиданно официально. — Имя мое Гидеон Блэквуд, по профессии — укладчик изгородей. Мой дом — ваш дом. — Он протянул руку Рыжику и Эйлин.

Рыжик немного помедлил, но Эйлин оказалась посмелее. Задев его плечом, она сделала шаг вперед.

— Приветствую тебя, Гидеон, — сказала она. — Я Эйлин, а это Рыжик. Ой, и еще где-то здесь бегает пес. Его зовут Малыш. Малыш, уйди оттуда!

Во время этого обмена любезностями из повозки вылезла женщина. Она тоже была совсем молоденькой, темноволосой и темноглазой, как и мужчина. Женщина держала на руках младенца, который крепко спал. Подойдя к ним, она скромно улыбнулась.

— Я Пэг, — сказала она. — Останетесь поесть с нами?

Рыжик заколебался.

— Наверное, моя мать… — начал он.

— С удовольствием, — прервала его Эйлин. — Какая красивая малышка. Как ее зовут?

— У нее еще нет имени, — ответила Пэг. — Среди наших людей ребенок не получает имя до своего первого дня рождения. Ей нужно немного времени, чтобы понять, кем она является.

— Можно, я чуть-чуть подержу ее?

— Пожалуйста. Почему бы тебе не зайти со мной внутрь? Ты можешь повозиться с малышкой, пока я буду готовить ужин.

Час спустя Гидеон и Рыжик, растянувшись у огня, передавали друг другу фляжку с мутным темно-красным вином. Повсюду на земле были разбросаны инструменты Гидеона для кладки изгородей, и Рыжик, забыв о застенчивости, засыпал его вопросами о жизни Странников.

— Как ты находишь дорогу от одного места до другого? — спросил мальчик.

Гидеон озадаченно посмотрел на него.

— Нам не приходится искать дорогу, — почти сразу же ответил он. — Дорога сама находит нас.

Теперь пришла очередь удивляться Рыжику, но, прежде чем он решился задать другие вопросы, Пэг объявила, что ужин готов. Рыжик ожидал увидеть экзотический овощной суп из вьющихся растений и плоти диких животных, поэтому был немного разочарован, когда получил тарелку довольно обычной еды, которую, очевидно, приготовили из содержимого консервных банок. Но в конце длинного дня любая еда бывает кстати, особенно с вином.

После ужина Гидеон набил трубку ароматными травами, зажег скрученной бумагой и, несколько раз глубоко затянувшись, передал Рыжику.