Читать онлайн «Игра воровки. Клятва воина [ Авторский сборник]». Страница 102

Еще на одном листе перечислялись названия тормалинских, далазорских и даже некоторых каладрийских городов. К каждому городу прилагался список имен, а возле каждого имени стояли цифры. Мне это ни о чем не говорило; я отложила лист в сторону и взяла другой – с перечнем эльетиммских владений здесь, на островах, где тоже перечислялись, как я в конце концов решила, имена. Некоторые были зачеркнуты, а сбоку тоже были проставлены цифры.

Я уставилась на оба списка, пока не возникла новая картина, напоминавшая некоторые алдабрешские резные изделия, где с одной стороны было изображено дерево, а с другой – лицо. Если я рассчитываю покинуть эти скалы посреди океана, мне следует искать информацию о том месте, куда я направляюсь; думаю, Беловолосый имел изрядную сеть шпионов у нас дома и, судя по цифрам, хорошо платил им. Я задумчиво посмотрела на второй список. Здесь явно процветала конкуренция, но так как соперники предпочитали не встречаться лицом к лицу, я бы побилась об заклад, что предательское убийство было популярным вариантом. Может, да, может, нет. Но не значит ли это, что у них стоят стражники до самых стропил, как у лескарских дворянок, пытающихся избежать «брака» путем похищения? Я не заметила никаких признаков этого. Может, все дело в магических защитах? Пожав плечами, я отложила списки в сторону – для этого не было времени.

В следующей стопке лежали листы, озаглавленные по названиям эльетиммских владений. Я не поняла ни слова, поэтому оставила их и потянулась за стопкой, судя по оттенку чернил, более свежей. Мороз пробежал у меня по коже, когда я узнала имя Райшеда и разобрала слова «Зьютессела», «Д'Олбриот» и «Тадриол». Зная методы Ледышки, я не могла винить Райшеда за выдачу информации, но встревожилась, увидев, как много всего этот ублюдок выудил из его головы. Лист, озаглавленный «Айтен», содержал несколько кратких строк, и казалось, Ледышка не добыл много стоящего и из меня. Да и не знаю я ничего стоящего, не так ли?

Я перевернула страницу, и рука внезапно задрожала – имя Джериса бросилось мне в глаза. У меня не хватило духу разбирать запись его допроса, поэтому я быстро отложила лист и тупо уставилась на то, что лежало под ним. Несколько листов покрывал каллиграфический тормалинский, и я узнала полученный дорогим образованием почерк Джериса. Что я нашла?

«Успокойся», – одернула я себя.

Усмирив дрожащие руки, я стала медленнее дышать, пока слова не возникли из бессмысленной путаницы строк. Это оказался подробнейший трактат по крушению Империи. Я пропустила ссылки на произведения и людей, о которых ничего не знала, но в тщательной аргументации так явственно слышались энтузиазм и эрудиция Джериса, что слезы навернулись на глаза. Сердито поморгав, я начала просматривать документ, ища что-нибудь полезное для тех, кто еще жив. Упоминание эфира привлекло мой взгляд, и я прочла полностью весь отрывок.

«Из работ Трел'Митриа и анналов, хранимых орденом, известным как „Молоты Мизаена“ (ныне не существующим в Западных Землях), видно, что в Старой Империи преобладала магия, о которой мы теперь говорим как об эфирной. Магия стихий была второстепенной наукой, не имеющей, как считалось, большой практической пользы. Эфирная магия черпает потенциал для силы, содержащейся в умах индивидуумов, что объясняет ее родство с формами мысленной связи и умственного контроля, которые необычны в магии стихий».

– Ближе к делу, Джерис, – проронила я вслух, опуская несколько параграфов, содержавших рассуждения о мысленной связи в легендах и преданиях.

«Эта сила увеличивается, когда несколько умов фокусируются на одном объекте. Свидетельство Аргулемена и Немита Ученого доказывает, что религия обеспечивала этот фокус и в Старой Империи, и в культуре древних эльетиммов, что объясняет, почему жрецы были главными практикующими этой магии в те дни».

И объясняет, почему эти ублюдки сровняли с землей каждую усыпальницу, встреченную ими на пути. Дальше шел сложный отрывок рационалистского аргумента, и Джерис даже выдвигал предположение, что наши идеи богов, возможно, произошли от древних и особенно искусных жрецов, владеющих эфирной магией. Имелось еще много в том же самом духе, но я пошла дальше, пока упоминание Кель Ар'Айена не остановило меня.

«Из этих отрывков, взятых из эльетиммских исторических трудов, явствует, что существование восточного континента и местонахождение там тормалинской колонии Кель Ар'Айен более не может отрицаться. Если следующее свидетельство из „Анналов“ Гериода может быть принято как точное, то оно говорит о том, что битва за власть над этими землями была ожесточенной и сильно полагалась на магию».

Я проскочила весьма подробные доказательства этого, мало что для меня значившие, и готова была поверить Джерису на слово.

«Если принять поправки Гара Претзена и добавить летописи эльетиммов, становится ясно, что, когда тормалинские поселенцы оказались в ловушке, они нанесли удар не по магии, которой владели эльетиммы, но каким-то образом по источнику их силы. Однако при этом они не только уничтожили основы вражеской магии, но и основы Тормалинской Империи у себя на родине. Эфирная магия в западных землях так и не оправилась в хаосе, воцарившемся после распада Империи, и в последующие Темные Поколения. Клановая система эльетиммов, однако, продолжала обеспечивать мысленный фокус для верности населения и, таким образом, резерв силы, хотя серьезно уменьшенный, для практикующих эфирную магию, которые были и жрецами, и правителями».

Далее Джерис подробно описывал состояние религии в Тормалине и других местах у нас дома – я это пропустила. Если нам нужны жрецы и верующие, чтобы дать нам эфирную магию для борьбы с этими ублюдками, то мы проиграли еще до того, как эльетиммы высадились. Я не могла вспомнить никого из своих знакомых моложе среднего возраста, кто делал что-нибудь более благочестивое, чем справлять те или иные праздники да клясться тем или иным божеством. Жрецам не стоило беспокоиться о доводах рационалистов, отвращающих людей от религии; апатия сама по себе отлично справлялась с этим.

Я была сильно подавлена и остальное читать не стала. Итак, теперь я получила ответы. Помогло мне это? Поможет это Планиру, даже если допустить, что мы сумеем передать ему что-то из этой информации? Сможет ли он добиться какого-нибудь содействия от императора? Если да, то смогут ли Тормалин и маги остановить вторжение, подкрепленное неизвестной магией? Половина герцогов в Лескаре, вероятно, перейдут на сторону эльетиммов, просто чтобы получить преимущество над своими соперниками, и к тому времени, когда Каладрийский Совет Дворян обсудит этот вопрос, эльетиммы уже встанут лагерем у их сторожей. Сэдрин его знает, что будут делать алдабрешцы, но готова поклясться, это будет все что угодно, только не со трудничество.