Читать онлайн «Фэнтези-2016: Стрела, монета, искра». Страница 147

В правой половине сцены размещался второй механизм, похожий на первый, будто брат-близнец. При нем также имелся механик в черной мантии и шапочке. Пучок проволок, протянувшийся под ширмой, связывал меж собою две машины. Заправлял всем действом крайне худой магистр со впалыми щеками и горячечным блеском в глазах. Неспособный стоять на месте, он рыскал вдоль сцены, меча в публику искровые взгляды. Магистр производил впечатление человека одержимого, к тому же страдающего тяжелой формой лихорадки.

Атмосфера могучего и мрачного ритуала, леденящего кровь таинства, царившая в зале, приводила Миру в полный восторг.

- Господа, для начала мне потребуется ваша помощь, - призвал магистр, сверкая глазами. - Я прошу одного из вас выйти на сцену!

...Доброволец будет принесен в жертву Проволочному Богу, - добавила Мира в своем воображении. Лишь вкусив человеческой крови, Проволочный Бог смилостивится и приведет в действие машину!

- Ну же, господа! - повторил магистр. - Не робейте, окажите небольшую помощь для успеха нашего эксперимента!

Слово "эксперимент" чертовски нравилось Мире. Она почти решилась подняться с места, когда ее опередили. На сцену вышел молодой человек, одетый семинаристом.

- Что от меня требуется?

- Будьте добры, напишите что-нибудь на этой дощечке. Любую короткую фразу, несколько слов!

Семинарист склонился над столом, недолго поразмыслил и заскрипел мелом.

- Благодарю вас! - сказал магистр, взял у него дощечку и протянул механику. - Обратите внимание, господа: никто не произнес вслух написанных слов. Теперь мы позволим машине сделать свое дело. Приступайте, Бертрам!

Механик прочел записку, сверился с некой таблицей, укрепленной на корпусе машины, и защелкал рычажками. Насколько Мира могла заметить, он набирал некую комбинацию, выдерживал паузу в пару вдохов, затем переводил рычаги в новое положение, затем - снова. Например, механик сдвигал два рычажка вверх, три вниз, а следующий - снова вверх. Пауза, все рычаги вниз. Дальше - один вверх, два вниз, три вверх. Пауза, все вниз. Через один - то вверх, то вниз. Пауза - снова все вниз. Руки Бертрама порхали над рычажками, будто по клавишам клавесина. Машина издавала ровное, очень низкое урчание. Зрелище завораживало, зал погрузился в тишину.

- Что он делает? - спросила Мира у спутника.

- Сейчас нам все расскажут, - прошептал Колин в самое ее ухо. Девушка поморщилась.

Казалось, ничего не менялось на сцене, только рычажки все щелкали под руками механика. Но вот Мира перевела взгляд на вторую машину - ту, что стояла справа от ширмы. Оказалось, она пришла в движение: барабан над столом медленно вращался, а механик, пристально наблюдая за ним, записывал что-то на дощечке.

Щелканье рычажков неожиданно прекратилось, Бертрам громко сообщил:

- Передача завершена.

Магистр крикнул через ширму второму механику:

- Гарольд, зачитайте, что вам удалось принять!

- Славься в веках, Праматерь Янмэй Милосердная, - механик Гарольд прочел слова, списанные с барабана машины.

Семинарист ахнул.

- Скажите нам, господин, эти ли слова вы написали по моей просьбе?

- Да, магистр... Но как это возможно?!

Магистр схватил записку со стола Бертрама и провозгласил:

- "Славься в веках, Праматерь Янмэй Милосердная"! Эту фразу написал наш любезный гость, Бертрам передал ее при помощи искры с первой машины на вторую, где Гарольд принял и прочел слова. Как видите, все передано и воспроизведено в полной точности!

Зрители силились осознать произошедшее, но мало кто преуспел в этих потугах. Хаос, воцарившийся в мозгах публики, вполне отражали реплики, что посыпались из зала.

- Колдовство какое-то!

- Как оно работает?

- Это что же, записка перенеслась через сцену?..

- Одна машина читает слова, а вторая пишет?

- Искра может читать и писать! Потрясающе!

- Нет, точно колдовство!

- А может ваша машина нарисовать рисунок?

Магистр терпеливо принялся пояснять.

Нет, колдовство тут совершенно не при чем, машина использует силу искры - ту же, что освещает соборы, закачивает воду в водонапорные башни, приводит в движение рельсовые поезда. Записка на дощечке никуда не переносилась - вот она, на столе у Бертрама. Машина ничего не читала, записку прочел механик, а не машина, и, двигая рычаги, он как бы... эээ... объяснил машине содержание записки, перевел ее на "искровый язык". Слова "искрового языка" поступили по проводам во вторую машину, и она...

- Слова по проводам? Это как?

- Внутри проводов слышно звуки?..

Чтобы публике стало понятнее, магистр пригласил всех желающих осмотреть машины поближе. Не теряя времени, Мира выбежала первой, за нею образовалась очередь.

- Миледи, не напишете ли свое имя?

Машина урчала, как затаившийся в пещере хищник. Мира не без опаски приблизилась к ней, неловко нацарапала мелом на дощечке: "Глория", и принялась следить за действиями механика Бертрама. Тот взял у нее записку и поглядел на деревянную таблицу, привязанную к одному из цилиндров машины. Там были выписаны все буквы алфавита, а также цифры. Против каждой буквы стоял ряд стрелочек, часть указывали вверх, часть - вниз. Положения рычажков - вот оно что! Каждой букве и цифре отвечал свой рисунок из рычажков, механик воспроизводил его, и тем самым пересказывал машине текст записки!

Бертрам добрался до буквы "о", переведя все рычаги, кроме последнего, в верхнее положение. Мира бросилась через сцену к другой машине и прилипла взглядом к барабану. Перед ним - теперь девушка рассмотрела это - висела на пруте квадратная рамочка, крохотное оконце. Когда барабан вращался, буквы, выгравированные на нем, проходили за окошком. Он остановился, в просвете оконца показалась "о". Механик мелом добавил эту букву к "Г" и "л", записанным на его дощечке. Барабан крутанулся вновь, подведя тонкую печатную "р" под оконце. Прут был слегка погнутым, рамка краем задевала соседнюю букву.

Один за другим люди подходили к первой машине, писали свое имя, показывали механику. Неутомимый Бертрам снова и снова щелкал рычажками. По примеру Миры, зрители перебегали ко второй машине и смотрели, как крутится барабан, показывая сквозь окошко буквы имен. Первая машина озадачивала многих: редко кому удавалось понять, что делает Бертрам и как переводит слова на "искровый язык". Зато второй механизм приводил всех в восторг! Потрясающе просто: смотришь в окошко - и читаешь букву за буквой! Скоро добрая треть зала сгрудилась за спиной у Гарольда, наблюдая за неторопливыми движениями барабана. Кто-то ахал, кто-то читал вслух, складывая по слогам, другие спешили угадать прежде, чем машина допишет имя:

- Джо...на... Джонатан!

- Мар... Мария?...га... Маргарет!