Читать онлайн «Кир Торсен против Черного Мага». Страница 211

Спустившись на свежие опилки он вывел всю свою медвежью рать на середину и велел им сидеть и ждать, пока их позовут к ужину. По медведям нельзя было сказать, что лорд Грасс не покормил их на ночь, но угостить их следовало хотя бы потому, что они были очень милые. А ещё мишки были очень упитанные, ухоженные и чистые, что прямо говорило о том, как дорожил ими этот странный лорд Грасс. Киру сразу же стало ясно, что медведи ему ничем не угрожали и что не с ними ему предстояло схватиться. Скорее всего, мишки оказались здесь только для того, чтобы помочь ему урыть Оферта и Гирея, а может быть и ещё какого-нибудь серого, который досадил ослепительному лорду. Хотя ему и не очень-то понравилось, что ему подстроили ловушку, он не обиделся. На месте лорда он тоже устроил бы проверку любому типу, заявившему, что он рыцарь Мастера Миров. И не такую, а даже пожестче.

Кирилл быстро обошел подвал по кругу и скоро убедился в том, что выход из него так просто ему не найти, а потому направился к большой поилке, стоящей справа от того места, где он свалился прямо на Спартака. Там он достал из нагрудного кармашка, замаскированного под декоративное убранство камзола, две плоские упаковки прессованного, обезвоженного жареного мяса. Вода подавалась по толстой, стальной трубе в широкий лоток и сливалась из него с двух сторон в два каменных корытца с дырками в дне. Глядя на то, как смотрят на него мишки, он стал замачивать мясо в холодной воде. Тетюр, готовя для него этот «НЗ», применял магию и поэтому за считанные секунды каждая тяжелая, тёмно-коричневая пластинка размером два на четыре сантиметра, вобрав в себя воду, превратилась в почти килограммовую телячью отбивную. Тёплую, сочную, вкусную и к тому же очень ароматную.

Всего в двух упаковках было дюжина этих магических галет и когда он позвал медведей, они слопали мясо в считанные секунды, а обжора Язон тут же стал жалобно скулить и просить добавки, но Спартак тотчас закатил ему затрещину и он быстро прекратил свое нытьё. Медведи снова собрались на середине арены и принялись наблюдать за тем, как их новый друг стал обследовать стены подвала, тщательно простукивая их плоским метательным ножом, которые он достал из всё того же нагрудного украшения. Таких ножей у Кира было целых двадцать штук, хоть забросайся, а потому его камзол был довольно тяжелым и неудобным одеянием, но, как говорится, своя ноша спины не сломает. Зато он был готов к любым неожиданностям. Вскоре он окончательно убедился в том, что легкого пути наружу у него нет и решил обследовать широкое окно ложи, для чего медведям вновь пришлось поработать.

Примерно полчаса он учил их выстраивать живую пирамиду у стены и когда мишки всё поняли, подал им команду. Троица самых здоровенных медведей — Геракл, Ахилл и Сократ встали на задние лапы внизу, вплотную друг к другу и опершись здоровенными лапищами на гладкие гранитные блоки. С помощью Спартака, служившего им живым приступком, к ним на плечи взобрались Одиссей и Язон. Как только они угнездились, язва Язон все время норовил почесать лапой башку Сократа и Киру пришлось его приструнить грозным окриком, он дал команду Спартаку и тот ловко взобрался на товарищей. Настала очередь Кирилла и он, цепляясь за густой мех руками, взобрался по мохнатой пирамиде на плечи малыша Спартака и смог заглянуть в ложу.

Посветив внутрь электрическим фонариком, ничего интересного он там не обнаружил. Предусмотрительность лорда Грасса, казалось, не имела границ. Ложа представляла из себя стальную комнатку с небольшим пультом с микрофоном, дюжиной тумблеров и лампочек, да, парой больших кресел. Никакой двери он не увидел, а стальные плиты с большущими клепками, внушали к себе уважение, как и стекло толщиной сантиметров в пять. Взорвать стекло, как и одну из стен он смог бы, но толку от этого не было бы никакого, зато вреда приключилась бы целая прорва, вплоть до его собственной геройской гибели и смерти ни в чём неповинных мишек. Поэтому он просто достал из кармана чёрный маркер, реанимированный к жизни Гуильрином и написал на стекле так, чтобы надпись могла прочитать его золотая любовница, горестную фразу, эдакий крик души: — "Ах, Корбелла, любовь моя, за что ты бросила меня в этот каменный мешок на съедение огромным, голодным медведям? Хорошо ещё хоть то, что я несъедобный".

Хохоча во все горло, он кубарем скатился по медвежьим спинам вниз и скомандовал им: — "Отбой!", после чего направился к воде и угостил каждого из своих мохнатых помощников ещё одним куском мяса, а пройдохе Язону, самому шустрому и подвижному из медведей, дал даже два куска мяса. После этого он стал учить медведей новым трюкам. В грядущем сражении с Офертом и Гиреем их помощь ему была не нужна и потому он добрых полчаса втолковывал им, что они должны сидеть тихо и не высовываться, а Спартака, как самого умного, научил пользоваться карманным распылителем вуали забвения, похожим на фонарик-жучок, только немного побольше и без лампочки, которую заменял латунный носик распылителя. Вынув из него контейнер с изумрудной пыльцой, он быстро научил медведя, лапа которого была побольше, чем его голова, по команде «Вжик-вжик», нажимать на скобу распылителя и водить им из стороны в сторону, стоя перед остальными медведями, терпеливо сидящими на полу, маскировочную вуаль забвения.

Когда Кир убедился в том, что мишки были готовы терпеливо сидеть в засаде, он снял с себя камзол и принялся готовиться к бою, чтобы избавить свою золотую девочку от смертельной опасности — двух серых монстров. Хотя он и был немного обижен на свою любовницу-интриганку, его чувства к ней нисколько не угасли и он решил устроить из этой драки самый настоящий спектакль. Поэтому, первым делом он достал из своих каблуков два бруска пластита и, набив каблуки мокрыми опилками для их утяжеления, принялся готовить противопехотные мины на тот случай, если врагов у него будет уж слишком много. Разделив пластит на десять кусочков, он вынул из-за обшлагов два листа тонкой жести, разрезал их ножом и, свернув в трубочку, изготовив небольшие, но очень мощные взрывные устройства, в которые он вставил миниатюрные радиовзрыватели.

Место для минного поля он выбрал давно. Прямо напротив поилки, явно, находился потайной вход в подвал серых. Во всяком случае только там он учуял их запах, смесь уксусной эссенции и тухлятины. Да, и медведи, проходя мимо этого места сердито рычали и чихали. Похоже, что они тоже не очень-то любили серых. Прикинув расстояние от того места где сидели сытые и довольные, как слоны после бани, мишки, Кир стал копать в плотных, хорошо утрамбованных опилках, под которыми лежал мелкий гранитный щебень, глубокие ямки. Диаметр подвала был метров шестьдесят и взрывы медведей не должны были побеспокоить и, уж, тем более, чем-либо повредить им. На всякий случай после того, как Кир разложил свои мины в шахматном порядке, он научил их еще одному трюку, по команде «Уши», закрывать свои уши лапами и тотчас перешел к другому номеру программы.