Читать онлайн «Операция Карантин». Страница 46

- Между прочим, начальник, - процедил Олег, непримиримо глядя ему в глаза, - у нас за такие дела, как запирать людей на замок, морду бьют.

Он раздраженно похлопал себя по карманам, достал пачку сигарет.

- А вот это - отставить! - сипло гаркнул Полынов, но тут же смягчил тон и криво усмехнулся. - Нет, морду ты мне можешь попытаться набить, но курить не советую.

- А что случилось? - недоуменно спросил Володя.

- Бак с бензином в "уазике" от разрежения потек, - устало вздохнул Полынов и сел на кровать. Врать ему было не занимать - целый курс обучения в спецшколе по придумыванию на ходу правдоподобных "сказок" прошел. Бензин по полу растекся, под обшивку проникать стал. А там электропроводка. Еще немного - и быть пожару. Пришлось машину на парашюте десантировать.

- Серьезно? - недоверчиво уставился на Никиту Володя.

Ничего не говоря, Олег сорвался с места и выглянул в дверь.

- Ну ни фига себе... - присвистнул он оттуда.

- Ладно, - благодушно махнул рукой Никита. - Предлагаю мировую. Наливай, Олег. Только мне чуть-чуть, все-таки печень еще пошаливает.

Он глянул на Фокину. Леночка сидела молча и смотрела на него во все глаза. Как на героя.

"С чего бы это она так? - удивился Никита. - Уж героев она среди спасателей на местах чрезвычайных происшествий навидалась предостаточно. Для нее такое поведение мужчин - будни. Или, может, в данном случае я для нее какой-нибудь особенный герой?" Приятное тепло проникло в сердце.

- Никита, у вас сосуды в глазах полопались, - сказала Леночка и в момент разрушила идиллически-романтическую картину, начавшуюся было формироваться в голове Полынова. - Давайте, я вам их альбуцидом закапаю.

Глава восьмая

Степь затянуло мглистой пеленой пожарища, и карантинная зона с высоты тысячи метров напоминала собой громадную заплату с обожженными краями на теле планеты. Гореть в пустынной, голой, как лунная поверхность, степи было нечему, но горела сама земля, обильно орошаемая из огнеметов, чьи огненные языки короткими вспышками прорезали то здесь, то там медленно вспухающие в безветрии клубы дыма. Но не только этим отличалась оцепленная территория от снимков из космоса недельной давности - в просветах дымной пелены на переднем крае выжженной земли просматривалась вторая линия окопов, сузившая зону метров на пятьсот, а у поселка Пионер-5 окопы подошли вплотную к околице. Панорама ошеломляла своей грандиозностью, а скрупулезная обстоятельность, с которой проводилась стерилизация голой земли, невольно наводила на недоуменные размышления: откуда у нищей по нынешним временам армии взялись миллиарды рублей на проведение подобных "учений" и какой такой "джинн" просочился в степь из подземелья заброшенной военной базы, если против него применяют столь крупномасштабные и радикальные меры, не считаясь ни с затратами, ни со средствами? Именно от этой мысли в сердце закрадывалась леденящая жуть. Ни в какое сравнение с увиденной картиной не шли карантинные меры в Центральной Африке против эпидемии "тофити" - там разве что аэропорт закрыли, а границы как были "прозрачными", так и остались.

- Мудрят они что-то, ядрен корень! - недовольно поморщился Устюжанин.

- В каком смысле? - тихо спросил Полынов. На время посадки он пришел в пилотскую кабину, чтобы с высоты осмотреть место предстоящей работы.

- В самом прямом... - Устюжанин вздохнул. - На второй круг заходим, а они все никак не определятся, где нам лучше приземлиться. Будто не ждали нас.

- Может, без их координат сядем? - предложил штурман. - За пределами зоны оцепления степь плоская, как стол. И ветра внизу нет. Садись, где хочу. Лучше не придумаешь. Почти как в Афгане.

- Продолжай запрашивать, - буркнул командир корабля. - И забудь о своих "подвигах" в Афганистане. Авось не во вражеском тылу, чтобы лихачить.

- Есть координаты! - крикнул радист.

Штурман придавил плечом шлемофон к уху и начал наносить отметки на карте.

- Вот здесь, - протянул он планшет Устюжанину.

Полынов заглянул через плечо командира корабля на карту. Место посадки находилось далеко не только от карантинной зоны, но и километрах в пяти-шести от командного пункта учений.

- Что это они нас к черту на кулички запроваживают? - недоуменно впился глазами в планшет Устюжанин. - Ладно, выбирать не приходится. Заходим на посадку!

- Тимофеич, - тихо спросил Полынов, наклонившись к уху командира корабля, - как у тебя с горючим?

- В смысле? - вскинул тот брови.

- Дозаправляться на обратную дорогу надо?

- У армии дозаправишься... - скривил губы Устюжанин. - Хватит с избытком.

- Тогда не глуши турбины. Как мы выгрузимся, сразу взлетай. Ясно?

Устюжанин повернул к Никите лицо и внимательно посмотрел ему в глаза. Будто ища подтверждение своим догадкам.

- Понял, - хмуро кивнул он.

- Вот и хорошо. А мы постараемся выгрузиться как можно скорее.

Никита на прощание сжал ладонью плечо командира и быстро покинул пилотскую кабину.

Чем дальше, тем больше не нравилась Полынову "командировка" в Каменную степь. Откровенно настораживал и даже пугал своей непредсказуемостью тот непрофессионализм, с которым он столкнулся в лице полковника Федорчука, хотя на совещании у министра обороны полковник произвел впечатление матерого оперативника. То ли в ФСБ утратили годами нарабатываемые КГБ навыки, то ли где-то "в верхах" некто, имевший самое непосредственное отношение к точке "Минус", запаниковал и, пустившись во все тяжкие, самолично с дубовой прямотой планировал "зачистку" оперативного поля. Впрочем, если рассматривать второй вариант поглубже, можно предположить, что как раз в ФСБ об акциях против Полынова знают единицы, и контрразведчики-профи к ним не привлечены. А "писарчуков" и "секретчиков", не имеющих представления об оперативной работе и тонкостях диверсионных актов, там предостаточно. Иначе никак не объяснишь промахи ФСБ во время слежки за Никитой по улицам Москвы, вечерний визит двух "участковых" и совсем уж из ряда вон - противопехотную мину в "уазике". Профессионализмом здесь и не пахло. Так может поступить лишь школьник-дебил, которому "училка" закатала в дневник "пару" по поведению, а он, в панике, чтобы родители не узнали, расстрелял ее из автомата прямо в классе во время урока. Работать против дилетантов всегда трудно и, как ни странно, гораздо опаснее, чем против профессионалов. Самое страшное, что дилетанты непредсказуемы, поскольку вначале делают, а потом думают. И если на многие их неуклюжие уловки профессионал может махнуть рукой и с легкостью ускользнуть из расставленных "капканов", то против некоторых действий не спасут и семь пядей во лбу. Потому что дилетант не будет мудрствовать лукаво, как проникнуть в квартиру фигуранта, чтобы там тихонько, "без шуму и пыли", устранить его, а попросту взорвет к чертовой матери весь многоквартирный дом со всеми потрохами. И всех "делов". И плевать ему на остальных жильцов, пусть даже у фигуранта соседом по площадке окажется министр внутренних дел. В общем, попал Полынов еще в ту переделку, как кур во щи. И никаким лаптем эти щи не расхлебать...